Узник Фороса. Глава восемнадцатая

Впервых числах декабря Казистов сам позвонил Губанову и попро-
сил принять его. «Что за вопрос у тебя?» – грубо спросил Прези-
дент СССР. «Хочу согласовать свой визит в Белоруссию», – ответил
Казистов. «А что тебе его согласовывать? Ты теперь у нас самостоя-
тельный человек, союзную власть не признаешь, вот и поступай, как знаешь», –
явно не желая встречаться с Казистовым, произнес Алексей Петрович. «Здесь
есть некоторые нюансы, которые я хотел бы с тобой обговорить», – уклончиво
настаивал Казистов. «Ну хорошо. Приезжай завтра к двум часам дня в Кремль,
поговорим», – согласился, наконец, Губанов и положил трубку. «Что-то серьез-
ное задумал совершить, если предупредить меня хочет. Значит, боится чего-
то!» – сделал вывод Губанов, но чувства радости от этого не ощутил. Власти,
которой разными путями добивался многие годы, с каждым новым днем у него
оставалось все меньше и меньше. Он судорожно, до головной боли, искал пути
ее возврата, но не находил. И, вместо того, чтобы действовать, совершать до-
стойные мужчине поступки, Губанов все сильнее и сильнее погружался в апа-
тию и безразличие. Словно речь шла не о распаде великого государства и не о
судьбах миллионов людей, а о его личной трагедии. Наблюдая за мужем, Рита
старалась встряхнуть его, окрылить, дать надежду на счастливый исход вре-
менных трудностей, но эти старания с его стороны не находили понимания и
поддержки. Поняв, что зря старается, Рита взрывалась, высказывала мужу не-
лицеприятные слова и замыкалась со всеми тревогами наедине. Шло драго-
ценное время, а моральное и духовное падение мужа так и не прекращалось.
Встреча политических противников вновь проходила наедине. Началась она
спокойно, без обвинений и оскорблений, что в какой-то степени обнадеживало
225
Президента и настраивало на позитивное настроение. Но после того, как Казистов
сообщил истинную причину своего визита, все встало на свои места. «Я пришел по-
ставить тебя в известность, что на следующей неделе выезжаю в Белоруссию на
встречу с коллегами – Председателями Верховных Советов Украины и Белоруссии.
Вопрос, который мы собираемся там обсудить, напрямую связан с ликвидацией
СССР и правопреемстве его властных и экономических полномочий. Не исключаю,
что прямо там мы примем какое-то коллективное решение по этому поводу. По-
этому хочу предупредить, что если ты решишься на наше задержание или физи-
ческое устранение, то документы, свидетельствующие о твоей роли в подавлении
выступлений мирного населения в союзных республиках и в создании ГКЧП, будут
опубликованы в России и за рубежом. Они очень убедительные, так как получены
от твоих бывших друзей, соратников и помощников. Так что думай, товарищ Пре-
зидент, прежде чем на что-то решиться», – криво усмехаясь, произнес Казистов.
«Ты что, от жажды власти и злобы ко мне совсем головой тронулся!? А мнение на-
селения СССР? Оно ведь против развала страны! Вы хоть думаете о последствиях,
которые могут возникнуть в результате исчезновения на карте мира ядерной дер-
жавы?! Ни хрена вы не думаете. Вам главное быть государями и иметь возможность
распоряжаться богатствами, нажитыми многими поколениями!» – растерянно вы-
крикнул Губанов. «Поздно стал проявлять заботу о стране, Алексей Петрович. Вме-
сто того, чтобы раскатываться со своей Ритой по миру и рассказывать иностран-
цам о том, какой ты либеральный Президент, необходимо было, не покладая рук,
в своей стране наводить порядок. Так что не надо меня призывать к совести. Ты –
главный виновник в том, что страна одной ногой в могиле стоит. В общем, я тебя
предупредил, а ты думай, как поступать. Только хорошо думай. Ты же не хочешь,
чтобы твоя семья без кормильца на долгие годы осталась», – издевательским тоном
произнес Казистов и пошел на выход из президентского кабинета.
«Подлец! Какой же подлец! С таким цинизмом и наглостью заявить мне,
Президенту огромной страны, что собираешься эту страну уничтожить! И еще
шантажирует семьей! Да я тебя в пыль сотру! В тюрьме сгною! И с твоими по-
дельниками также поступлю! Вы на себе почувствуете, как я могу это делать!
Слетайтесь, голубчики, на белорусской земле, я подожду этого момента», – вы-
крикивал слова ненависти Губанов. Лицо его покрылось багровыми пятнами,
а весь внутренний организм вибрировал от гнева, ненависти и беспомощно-
сти. Чтобы взять себя в руки и успокоиться, Президент достал из буфета бутыл-
ку армянского коньяка, налил почти полный стакан и выпил.
Алкоголь подействовал минут через двадцать. Тяжелые мысли стали посте-
пенно покидать голову, но душевного комфорта не появлялось. «Постой, дорогой
товарищ Казистов, не спеши. И на моей улице будет еще праздник. Тогда я с то-
бой разделаюсь публично и так, чтобы впредь и другим не повадно было», – слабо
226
улыбнулся Президент и пригласил к себе Силина. Выдав ему дежурные поручения,
он через некоторое время покинул кремлевский кабинет и в сопровождении но-
вого начальника личной охраны выехал в сторону загородной резиденции.
Угнетенное состояние мужа Рита заметила сразу. «Ты почему такой вялый?
Заболел или нервы сдали?» – спросила она. «Сегодня встречался с Казисто-
вым. Разговор получился у нас очень тяжелый», – честно ответил Губанов. «Что
ты с ним возишься, как с торбой? Давно бы нашел причину и направил его
послом в какую-нибудь африканскую страну. Пусть там негров возбуждает
своим видом», – дала совет жена. «Не так все просто, Рита, как тебе кажется.
Он теперь избранник народов России, и моя власть на него не распространя-
ется», – ответил Алексей Петрович. «Алексей, что с тобой происходит? Ты сам
на себя не похож. С каким-то бездарным и безграмотным мужиком не можешь
справиться? Неужели жалко этого хама? Зря. Он тебя не пожалеет, когда воз-
высится над тобой», – высказалась жена. «Не возвысится. Я не позволю ему
этого сделать», – ответил Президент и загадочно улыбнулся. «Ну дай бог, дай
бог! А то меня предчувствия плохие в последние дни мучают. Мне кажется, что
ты руки опустил, борьбу прекратил и скоро сдашься. Тогда и тебя, и нас ждут
времена унижений и насмешек», – осторожно высказала свои опасения Рита.
Губанов и на самом деле в последнее время стал меньше заниматься госу-
дарственными делами. Почувствовав президентскую апатию, в среде рабочих
аппаратов ЦК КПСС, Верховного Совета и Правительства СССР стали распро-
страняться настроения разброда и шатания. Не только рядовые сотрудники, но
и руководители высшего звена пребывали в панике и легком шоке. Москва и вся
страна погружались в хаос, анархию и депрессию. Реальность угрозы распада
страны нарастала, как снежный ком. Население, целенаправленно доведенное
до нищеты и занятое поиском пропитания, отстранилось от проблем государ-
ства и было полностью деморализованным. Молодые доморощенные демокра-
ты с изуверской жестокостью забивали последние гвозди в крышку гроба СССР.
Они не задумывались над вопросом: «Что будет с народом великого государ-
ства, после того, как оно распадется на мелкие княжества?». Их волновал другой
вопрос: «Что они будут иметь от своих хозяев за выполненную работу по разва-
лу некогда могущественной сверхдержавы?». Почувствовав слабость централь-
ной власти и возможность всплыть на гребне волны выплеснувшихся нечистот
на самый верх государственной пирамиды, эти деятели шли на любые гнусные
поступки, аферы и преступления. На экранах телевизоров постоянно мелькали
нахальные и довольные лица в основном неславянской национальности и объ-
являли себя заклятыми врагами коммунизма. Хотя еще недавно многие из них
занимали государственные посты и состояли в Коммунистической Партии. Шум
от разноголосицы накрыл огромные просторы умирающей страны.