Мы были в этой жизни

Мы были в этой жизни — и в ней сложились мы. Не как итог продуманного фарса, а так, по делу — не напрасно. Вот взяли и сложились. А мир нам дверь открыл на миг, и мы шагнули внутрь, ещё не зная, будет там хотя бы что-то. Не понимая, как вообще мы здесь случились. Оказались? Вопрос оставим без ответа. Он сам себе ответ. Проспались. Встали и пошли. Мы родились! И родились мы из мгновений, случайно — без всяких объяснений...

А получились только наши сны — и в этом правда золотая. Сны осени и пробивной весны. Воспоминания, те самые внутри, где цвет и свет намного больше фактов. По нашей жизни пронеслись они, как ветер по полю, оставив след неуловимый. Тот запах скошенной травы, то дрожь в коленях. И укатили в невидаль, ту даль — куда рукой подать. Туда смотреть лишь можно, пока там горизонт растает алый... Но этого уже немало. Вполне достаточно всем будет... И нас никто там не осудит...

Пусть эти сны мешают календарь. Пытаемся по числам жить, дела по дням считая. Но всё не то. Мы снова начинаем. Иначе всё устроено внутри. Там по своим законам время держит бег, рассвет встречая... Мгновение весомее, чем год. Забытый запах вернуть эпоху может. Смешение земного с небом рождает совершенство. Живое, трепещущее, почти неуловимое. Не безупречное, возможно. Гарантий не даёт оно, не обещая ничего, и подписей не ставит. Оно есть просто — свет фар чужих в окно, когда на улице уже темно.

Жизнь будто бы влюбилась в сон. Не в ту сонливость, что тянет веки вниз. В ту грань реальности, что мягчит установки. Податливее всё, где лишь шептать, а не кричать. И в этом полусне она несёт нас и качает, как полудом, полувагон, полуперрон... Пусть недостроено пока. Пусть временно, но удивительно своё, родное. И этот полоумный перезвон, который обещает что-то. Он всё равно звучит в груди. Он отзывается в шагах и в паузах между словами. Он без ответов, но помогает не потерять дорогу. Дорога, если в никуда ведёт.

Там, как во сне положено, всё вдруг: нахлынет, и летит, и рвётся. В ушах сиреной отдаётся. Как будто кто-то дверь рванул, и в комнату ворвался ветер, сметая на пути своём буквально всё — не верь... Приносит он с собой и моря запах, дальних стран, или чего-то там ещё, что ты назвать не можешь. И так же вдруг, внезапно оборвётся всё... Не потому, что было плохо, не потому, что так недолго, а просто потому, что круг замкнулся. Круг, заданный не нами, начертанный не нашими руками, но прожитый тобой и мной: и каждым вдохом, попыткою понять, что значит это всё.

Скамейка у старенькой оградки. Не у подножья гор, не на вершинах, куда лишь без оглядки добраться можно. Не долетели — доплелись. И в этом «доплелись» нет поражения. В нём — усталость, которая бывает после долгого пути, в нём — благодарность за путь, что был вообще. К вершинам нужно двигать без устали и страха. Не помня тех, кто позади застрял. Мы тормозили, чтоб на закат смотреть, чтобы послушать, как шуршит листва, запомнить чей-то смех. И потому вершин мы не достигли — зато увидели всего с избытком. С вершины этого не рассмотреть...

Так и случилась жизнь. Не как триумф, не как прекрасный опус. Как тихий сбивчивый рассказ, где важны не слова, но паузы меж ними, с дрожащей интонацией, и то, как голос чуть срывается на самом важном слоге. И в этой жизни мы уже сложились — достаточно... На этом всем спасибо!

                июль 26г.)"