Зеленая рукодельница

   В кабинет быстрым шагом вошел Мартин.
   — Владимир Иванович, есть заказ!
   — Говори, не тяни за душу! — воскликнул Владимир Иванович.
   — Такая глупость, это уму непостижимо! — зарокотал Мартин басом. — Хотят, чтобы мы разработали... — и он остановился. — Машенька, принесите нам чай. — сказал он новой секретарше, которая так и не вышла из кабинета.
   — Ты будешь говорить?! — нетерпеливо закричал Владимир Иванович.
   — Было бы что говорить, — затянул Мартин, — лучше я принесу факс, который уже прислали, — он выскочил из кабинета, столкнувшись с Машенькой, и ушел в свой кабинет.
   Нетерпение разбирало Владимира Ивановича, он выпил чай, посмотрел на часы, пошел в кабинет Мартина. Тот лежал на полу кабинета и не шевелился. Владимир Иванович нагнулся, и в лицо ему прыгнула лягушка, лапкой касаясь его носа. Он сел от неожиданности на пол.
   — Лягушки нам только не хватало! — воскликнул Владимир Иванович, глядя на лежащего Мартина.
   — Я не просто лягушка, я домашняя швея! — гордо, но членораздельно сказало зеленое существо.
   — Кто тебя сделал, госпожа лягушка? — спросил спокойно Владимир Иванович.
   — Я сама по себе, хотите, я Вам пуговку пришью? — и она, оторвав одну пуговицу, быстро стала ее пришивать. Нитки, иголки, ножницы появлялись и исчезали в ее лапках. — Меня сделали для занятых людей, которым лень протянуть руку за иглой, я — биологический робот, так меня назвал Глеб.
   — О господи, кто бы в этом сомневался! — воскликнул Владимир Иванович.
   Мартин приоткрыл глаза:
   — Владимир Иванович, я в лягушку стрелу не пускал, а она разговаривает и прыгает.
   — Мартин, все нормально, это очередная пассия Глеба Ивановича. Он опять скрестил живое вещество с клетками лягушки и получил швею—мотористку. Пуговки она пришивать может.
   — Ты хочешь сказать, что Глеб Иванович производит слуг малого образца, практически карманных? Где жить дома будет такая лягушка—рукодельница? В ванне болото ей устраивать?
   — Ей тазика хватит, — рассмеялся Владимир Иванович, — только не пойму, кто ее нам подкинул?
   — Так по факсу лягушку прислали. А она как прыгнет, так я чувств лишился.
   — Мартин, факс с лягушкой на месте, а лягушка сама по себе, ее нам подбросили для ознакомления.
   — Зови Машеньку, кроме нее никто не мог нам подбросить зеленую портниху.
   Машенька сама зашла в кабинет Мартина, дабы сообщить о приходе Глеба Ивановича. Глеб Иванович с радостной улыбкой перешагнул порог кабинета Мартина, и лицо его вытянулось от удивления:
   — Откуда у вас моя лягушка? Кто стащил единственный образец, о котором я молчал?
   — Глеб Иванович, мы ее не брали, нам эту зеленую рукодельницу подкинули, — проговорил Владимир Иванович. — Я не пойму, где она прячет иголки и нитки?
   — Лягушка пришила пуговку? Молодец! Понимаешь, Владимир Иванович, это такая радость — создавать миниатюрных биологических роботов!
   — Понимаю твою радость, но не пойму, мне от этого какая польза?
   — А, я понял, что ты не понял, сделай голосовой сигнализатор, чтобы лягушка могла выполнять команды по голосу хозяина. Она умеет пришивать, зашивать и немного строчить, как машинка. Так сказать, мелкий ремонт на дому.
   Лягушонок Вакса — маленькое существо в прозрачной оболочке. Он всегда с легкостью уклонялся от ног, хобота пылесоса и оранжевой половой тряпки. Откуда он взялся на белом свете? Некий Глеб Иванович, дай бог ему здоровья, создал биологических летучих мышей из странного вещества. Из остатков вещества он создал лягушку—швею, а из последнего кусочка слепил полый слепок лягушонка.
   Материала было так мало, что лягушонок получился некой тенью. Чтобы восполнить отсутствие основного вещества, Глеб Иванович капнул в мозг лягушонка несколько больше мозговой ткани. Для общения с собой любимым он создал лягушонку слуховой аппарат, голосовые связки и выпуклые глаза.
   Вакса оказался пронырливым и любопытным созданием. Для связи с Ваксой Глеб Иванович с помощью Владимира Ивановича создал миниатюрный сотовый телефон. Вакса схватывал знания на лету и мог общаться с Глебом Ивановичем и по телефону, и при обычном общении. Понятно, что лягушонок был биологическим роботом. Непонятно, чем он питался? А питался лягушонок жидкостью Ш и манкой.
   Когда Глеб Иванович лежал на диване с ноутбуком на согнутых ногах, лягушонок Вакса забирался на спинку дивана и взирал на экран компьютера. Таким образом, он первым узнавал о новинках в науке. Но чаще они смотрели юмористические фильмы и смеялись так, что лягушонок раздувался во все стороны, становясь более прозрачным.
   Глеб Иванович, глядя на свое создание, думал, что лягушонка надо окрасить в зеленый цвет, чтобы он стал видимым и не попадался под ноги или под руки. Назойливость лягушонка становилась невыносимой, поэтому Глеб Иванович принес лягушку—швею домой. Он сделал для лягушек маленькую комнату, в которой стояли две кроватки, стол с маленькой швейной машинкой, шкафы для изделий лягушки—швеи, которую назвали Ниткой.
   Постепенно Глеб Иванович улучшал их условия жизни, но в какой—то момент лягушки стали более самостоятельными и перестали нуждаться в постоянной опеке создателя. Чтобы не было скучно, Глеб Иванович принес парочку биологических летучих мышей. Мыши спали на потолке и больших хлопот не доставляли.
   Жена Надежда не одобряла биологических тварей, но и выгнать их не могла. Она на них злилась, ругалась, махала руками и никогда не брала в руки. Естественно, биологические роботы к ней относились холодно и старались при ее появлении вести себя тихо. Но однажды Надежда заметила, что лягушка Нитка шьет весьма интересные платья для себя и рубашки для Ваксы. Они подружились. И вскоре у Надежды стали появляться новые платья и блузки. Что касается их сына, то он был счастлив, мало у кого из детей есть живые игрушки.
   Шпион Пион прослышал о мышином чуде в округе и понял, что главную новинку он не приобрел. Зная о занятости Владимира Ивановича, он решил проверить слухи через Марину: чем черт не шутит, пока шеф работает. Он взял правильное направление: именно она оставалась в стороне от летучих мышей, хотя лично одну мышь видела на собственной кухне в качестве женского разведчика от Нимфы.
   По последним данным шпиона Пиона, в области технического творчества трое ученых заняты созданием биологического робота шестого поколения. С этими элементарными знаниями Пион прибыл к Марине. Марина грустила в одиночестве. Владимир Иванович и Мартин отсутствовали. Потребители затаились в ожидании очередной новинки.
   Шпион Пион явился с розоватым облаком роз, упакованным в рифленую бумагу, чем вызвал радостный блеск в ее глазах. Цветы она обожала! Она тут же достала вазу, налила в нее воду из кувшина для поливки цветов. Она улыбалась, показывая великолепные белые зубы.
   — Привет, Пион!
   — Здравствуй, Марина! Грустишь одна? А я прибыл за биологическими мышами, — с места в карьер высказался шпион Пион.
   — Правильным курсом идете, товарищ! — с пафосом воскликнула Марина и добавила обычным голосом: — Все ушли на фронт! Простите, на изучение и внедрение в жизнь новых тварей. Как они мне надоели!
   — Марина, да не волнуйся! Ученые создадут новых мышей и выпустят их в мир, а потом о них забудут.
   — В этом ты абсолютно прав! Владимир Иванович, Глеб Иванович и Борис Иванович любят новые задачи, как только они становятся им понятными, они их кидают и идут дальше.
   — Люди от науки все такие, но мне бы тоже хотелось знать все функции биологических роботов. Ты хоть в курсе их свойств?
   — Нашел, у кого спрашивать! Спроси у них! Глеб Иванович об этом лучше знает.
   — Так, милочка, не спешите. Мне они ничего лишнего о мышах не скажут, а я хочу знать больше обычных потребителей. Подумай, кто, кроме этих людей, может все знать и мне рассказать?
   — По идее, должен знать Мартин, но он лезет на рожон любовных страстей. Ему товар расхваливать, а его нет!
   — Марина, ваш Мартин с подружками любовь закрутил, знаю из достоверных источников.
   — Да ты что! Я думала, что он с Нимфой Игоревной флиртует, а я тут сижу, ревную к первой даме округа с самоотверженной горечью.
   — Нимфа Игоревна вновь живет со своим великим мужем Добрыней Никитичем! Отстаешь с новостями.
   — Все. Тогда я этого гуляку Мартина быстро призову на службу! Ну, он у меня покрутится! С подружками загулял! Да этого я ему не прощу!
   — Желаю удачи! — ухмыльнулся ехидно шпион Пион и пошел добывать сведения другим путем.

   Приборы "Соня" медленно раскупались. Борис Иванович то прибегал к живому веществу, то нет. Он любил свои личные приборы, не обремененные соавторством. Молодые люди — Вика, Гришка и Мишка — постоянно собирались на его территории. Не нравились Борис Ивановичу живые биологические роботы типа летучих мышей или лягушек—рукодельниц, но новые идеи его посещали значительно реже, чем Владимира Ивановича.
   Вика шла на золотую медаль. Ради дочки Добрыни Никитича переписывались журналы дорогого лицея в очередной раз. Очень трудоемко обоснование медалей, все должно быть предельно честно. Поэтому в обычных школах золотая медаль — редкость. Друзья Вики — Гришка и Мишка — еще больше подросли и вытянулись и на медали не претендовали. Они все трое были одногодки, и больше ничего общего, кроме интереса к машинам, у них не было.
   За столом сидели Борис Иванович и его молодые друзья, им было на редкость тоскливо, чувствовалась приближающая разлука. Вику родители после школы решили отправить в соседний округ на учебу в университете Изумруд. Гришка и Мишка были потенциальными призывниками в армию округа. Борис Иванович грустил искренне, он к ребятам привык за последние три—четыре года.
   Затяжную грусть прервал Илья Львович, вошедший в кабинет Борис Ивановича.
   — Всем привет! Боже, какая тоска в ваших глазах! Есть дело, господа и граждане!
   — Говори, Илья, с чем пожаловал, — приветствовал тайного агента Добрыни Никитича Борис Иванович.
   — Добрыня Никитич, зная о вашей дружбе, предложил Гришке и Мишке сопровождать его дочь Вику в университет Изумруд с дальнейшим обучением.
   — Круто! — воскликнул Гришка. — Да кто нас примет в университет Изумруд?
   — Гришка и Мишка, вы заочно приняты в университет! — с вызовом проговорил Илья Львович.
   — А меня куда? — спросил Борис Иванович. — Я один здесь останусь?
   — Борис Иванович, для Вас есть задание, но о нем мы поговорим после ухода молодых людей с Викой.
   Ребята, возбужденно разговаривая, вышли.
   — Задание простое и сложное одновременно, — продолжил говорить Илья Львович. — Добрыня Никитич всем твоим ребятам выдает абсолютно одинаковые машины одной марки "Изумруд" последнего года выпуска ради безопасности Вики. Ваша задача — оснастить машины по последнему слову шпионской техники, дабы молодые люди ее не извлекли и не выкинули!
   — Это действительно сложно, они мои ученики.
   — Ваши ученики не должны знать последней разработки в этой области, можно подключить Владимира Ивановича и Глеба Ивановича.
   Мартин вышел из приемной в дверь для посетителей. В следующей комнате его облепили биологические летучие мыши. Они крутились вокруг него, назойливо липли к его телу, щебетали почти понятные слова. И из его головы вылетело задание Нимфы Игоревны. От прикосновений мышей он забыл все, кроме одного желания — вылезти, выползти, уйти, убежать от стаи непонятных существ. Его голова закружилась, как у дамочки, и он упал, покрытый летучими мышами. Он хотел крикнуть, но на его губах сидела мышь и практически целовала его губы. Остальные мыши ласкали его так усиленно, что он почувствовал себя почти на грани блаженства, после которой начинается страшная ненависть.
   Шорох шелка возвестил о прибытии Нимфы Игоревны. При ее появлении все летучие мыши отлетели от своей жертвы. Мартин открыл глаза.
   — Мартин, иди за мной, — тихо проговорила Нимфа Игоревна.
   Мартин в сопровождении стаи мышей пошел за дамой в комнату, обтянутую голубоватым шелком. Они прошли по синему ковру и очутились на краю чудовищно огромной кровати, покрытой голубоватой тканью, такой мягкой, что она казалась нереальной.
   — Стоп! — крикнула Нимфа Игоревна, и стая мышей отлетела от них, показывая дорогу к бассейну.
   Мартин в сопровождении летучих придворных прошел к воде со страшным ощущением, что Нимфа другого цвета не знает и не чувствует. И точно. В трех треугольниках одежды женщина нырнула в бассейн, слишком даже спортивно для такого момента. Мартин нырнул следом за ней с приятным чувством, что мыши за ним не последовали. Под водой он открыл глаза и увидел, что Нимфа зовет его к люку в стене бассейна. Ему стало страшно, и он вынырнул, тут же облепленный мышами. Нимфы он не увидел и вспомнил ее подводное приглашение. Он кинул прощальный взгляд на кричащих мышей и нырнул в сторону люка под водой.
   Люк оказался удивительно близко. Нимфы в бассейне не было. Он посмотрел на люк и увидел ее лицо с той стороны прозрачной двери люка, она звала его к себе. Он тронул рукой прозрачную дверь, и рука исчезла в двери. Он коснулся головой непонятной материи и в мгновение ока оказался вне бассейна, рядом с Нимфой.
   — Что это было? — спросил Мартин.
   — Тайная дверь из нового прозрачного материала, обладающего проходимостью при соприкосновении с живым человеком. Материал герметичен при соприкосновении с водой.
   — Чья разработка? — невольно спросил Мартин.
   — На вопрос не отвечу.
   Мартин с удивлением посмотрел на Нимфу Игоревну, на ней не было ничего голубоватого, она стояла перед ним в кремовом платье до пола, ее светлые волосы были сухими и струились приятными волнами по ее плечам. Она заметила его удивление.
   — Не удивляйся, у меня есть сфера для укладки волос. Прическа за минуту. Именно пару минут тебя и не было.
   — Зачем я тебе нужен? Я думал...
   — Не думай. Я нормальная женщина, а не фурия. Иди за мной.
   Она вошла в дверь и исчезла. Он почувствовал теплые потоки воздуха, посмотрел перед собой, заметил себя, причесанного, в серой одежде в зеркале. Он подошел к нему, дотронулся рукой до зеркала и оказался за ним. Перед ним в кресле сидела Нимфа Игоревна.
   — Красив! Прекрасно выглядишь! Ты мне нравишься.
   — Нимфа, а ты не исчезнешь?
   — Теперь нет. Думаю, ты заметил необыкновенное зеркало? Так вот, Мартин, ты знаешь о секретах нашего округа Изумруд. Что из этого следует? Там, где мы сейчас находимся, ушей нет.
   — Быть не может.
   — Точно. Мартин, ты знаешь то, чего хотят люди? Не пытайся пересказывать. Мы создали сферу, в которой ничего у человека не болит, пока работает его сердце. Я не шучу. Подойти ко мне, посмотри в это стекло, за ним находится рай округа, или пансионат "Здоровый миг". Нет, там не мертвые люди, там живые и все здоровые. Время нахождения в раю ограничено их деньгами либо чем—то ценным для них. В обычной жизни они устали от различных болей. Здесь, в этом эдеме, они все молоды и здоровы и в том возрасте, который сам себе выбрали.
   — Сказка, — прошептал Мартин.
   — Нет. На каждом человеке есть мантия из секретного вещества, она создает ему нужную фигуру и обезболивает организм. Человек выглядит на пределе своих возможностей и чувствует себя хорошо на то время, которое он у нас купил.
   — Нимфа, это садизм! А что с ними бывает после того, как их время пройдет?
   — Они проходят сквозь стену праха и исчезают в неизвестности вечности.
   — Ты хочешь сказать, что это их последние часы жизни?
   — Да, но посмотри — они счастливые!
   — О, так здесь вся онкология и прочие болезни!
   — Почти угадал. Редкий здоровый человек захочет отдать все свое недвижимое и движимое имущество за счастье побыть здоровым.
   — А как они сюда попадают?
   — Это секрет не твоего уровня.
   — Зачем я тебе понадобился? — испуганно спросил Мартин.
   — Понимаешь, эти люди могут знать много интересного, но передают секреты только в этом обществе и ради минутного престижа. Ты пойдешь к ним и познаешь их тайны. Это твоя специальность.
   — Боюсь. Мне страшно.
   — Твое право на страх я не отменяю, но мне нужен свой человек среди них. Не бойся, они не заразные, они действительно здоровы, а когда они почувствуют приближение своего конца, они подойдут к стене праха, коснутся ее и исчезнут за ней навсегда. Эту стену не трогай, сам исчезнешь.
   — Покажи, где она находится на плане, а они о ней знают? — спросил Мартин.
   — Посетители знают, если им станет больно, надо подойти к стене и стена обезболит. Из-за той стены к ним никто не возвращается, поэтому они верят в справедливость жизни.
   Человек всю свою жизнь молод душой! И эта душа иногда трепещет без использования. Люди и в старости находят себе пару, но для этого должны совпасть все обстоятельства. С мужем не все сразу совпало, они жили в разных странах, а встретились в третьей стране. И квартира у Марины тогда была новая, и комната у нее была за двумя дверями. Удобства для любви — были, и регистрация брака произошла, что была необходима для совместной любви.
Марину и Мартина развела Рая, когда они все были молодыми. Марина ходила в платье с яркими подсолнухами. Ее голову украшала русая коса, которую она заплетала, переплетала и закручивала на затылке. Ее грудь дышала среди подсолнухов, верхняя часть груди выглядывала из желтых цветов и привлекала внимание мужчин. Богдан красивый мужчина, а тогда он был молодой и красивый. А рядом с ним цвели подсолнухи, сквозь которые трудно было заметить Марину, если они приходила в серой или синей одежде.
     Рая часто плакала от усталости или обиды. Дома у нее был муж, который забирал всю ее женскую энергетику. Могла ли она заглядываться на Мартина? Скорее нет. И он нет. Мартин был братом ее мужа, он видел ее слезы, но никогда ее не утешал. Марина знала Раю, но никогда ее не успокаивала, она нападала на нее словесно и вела некую доминирующую перепалку.
    Сестра Раи – Фая не прочь была дружить с Ильей.
     Марине нравился муж Раи, чтобы приблизиться к нему, она приблизилась к ней. Марина стала приходить к Рае домой под любым предлогом, она легко придумывала любое дело, потом оставалась у нее дома, но без нее с ее мужем наедине. Богдан сам сказал Рае, что Марина к нему тянется, но ему не нравится ее фигурка, не его формат. Ее его холодность не останавливала. Марина плотно стала с Раей дружить, успокаивать, настраивать и перенастраивать, если она ей это позволяла. И, естественно, что к Рае домой она ходила, когда хотела.
     Мартин иногда общался с Раей, если они пересекались по работе, что было довольно редко. Она его иногда видела вне работы. Марина общение с Раей не прерывала, она стала приглашать ее к себе домой, но не одну, а вместе с мужем. Они перешли на уровень - дружить семьями. Но так трудно было понять, где Рая, а где Фая, пока Рая первой не стала матерью.
Рая, после рождения ребенка, оказалась во власти собственной сестры Фаи, копии ее. Отец у них в свое время был домашним деспотом, после его ухода его в деспотизме заменила дочь Фая. Так, что Рая из рук в руки перешла по наследству в прямом смысле этого слова. Чем это плохо? Не дают изменять квартиру с помощью косметического ремонта.
У Фаи есть своя работа, которой она занимается дома. Рая ей не мешает, а помогает по мере сил. Фая по молодости еще влюблялась, или позволяла себя любить, но чем старше она становилась, тем дальше уходила она от проблем, связанных с любовью. Работает она в женском коллективе, попытки мужчин войти в ее общество безуспешны. Мало того Фая не подпускает мужчин к Рае, она их всех элементарно прогоняет, выполняя обязанность охранника.
А без любви жизнь скучна. Итак, Фая любовью не снимет внутреннее напряжение, она снимает его бутылкой шампанского очень хорошего качества. Рая только собирает пробки от этих бутылок, чтобы сестра видела результаты от выпитых бутылок.
Рая и ее дочка живут в одной комнате, как когда-то сестры жили в комнате со своей бабушкой. Прошло с тех пор много лет, и ничего не изменилось в жизни. Тогда телевизоры были черно – белые, одна программа и маленькие, сейчас плоские, цветные, огромные с большим количеством программ.
Жизнь реально – фантастическая у героев странной прозы…