Часть 3. Выпускница императорского фарфорового зав

Она была прекрасна. Среди всех пятидесяти выпускниц – особенно весела, особенна свежа. Безусловно, они все были молоды, красивы, нежны, как весенний ветерок. Говорливы, как лесные ручейки.  У всех были одинаковые платья с  синими цветами и золотыми оборочками. И все-таки Она выделялась.
Поворот головы, открытый и  добрый взгляд. И голос. Да, голос. Только Она так могла петь. Звук был чист, прозрачен, еще по-юношески честен. На  звук Ее голоса невольно оборачивались все. Только у Нее из всего выпуска был такой голос. Никто даже не пробовал соревноваться. Она была исключительна. Да, именно, исключительна. Особенность ее пения была в том, что пела она, как говорила – легко, свободно. Пела, как дышала, не задумываясь. Просто пела.
Все выпускницы  готовились к выпускному балу. По многолетней традиции на бал   курсисток должны были сопровождать кавалеры - юнкера. Такие же выпускники Императорского фарфорового завода, но  из другого  корпуса. Ее тоже сопровождал юнкер – молодой, высокий, с  пробивающими усиками и   щегольской выправкой. Он очень старался. И видимо от излишней волнительности запнулся,  всплеснул руками и уронил  Ее. И только чудом в последний момент рука Мастера, старого Мастера, подхватила Ее и уберегла от судьбы многих и многих. Цела осталась чашка. Но осталась одна. Без пары. А без пары на бал нельзя. Вообще никуда нельзя без пары. Посмотрели на Нее, погоревали, да и поставили на дальнюю полку, одну, ожидать. Либо пары, либо….  Никто не знал, что с ней делать.