21. 3-я Студия. Мельницы Неба. Пьеса. Сцена 4

ЦИКЛ СИМУЛЯКРЫ В ЛОФТЕ

3-я Студия. Мельницы Неба

СЦЕНА 4: КОРИДОР ОТРАЖЕНИЙ (Второй круг: право не быть увиденным)

Сцена представляет собой узкое пространство, в котором стены, пол и потолок выполнены из зеркал. Свет отражается от них, создавая иллюзию бесконечного коридора. Однако это уже не тот коридор, по которому Дон Кихот и Санчо прошли по пути в «Плазу».
Если первый коридор умножал тела, то этот умножает возможные судьбы. В каждом зеркале герои предстают в различных образах. В одном отражении Дон Кихот стар, в другом — молод, а в третьем его нет — лишь ржавое ведро лежит посреди пустой сцены.
Санчо же в одном зеркале одет в губернаторскую мантию, в другом работает охранником в торговом центре, а в третьем сидит перед экраном и ставит оценку спектаклю, в котором сам когда-то участвовал.
Дон Кихот и Санчо идут. Позади них летит Синий. Тот самый дрон, который отказался выполнять приказ. В его манипуляторе — плюшевый лев. Один глаз игрушки смотрит вперёд. Второй отсутствует.
Синий держится на расстоянии, не приближаясь и не отставая. Его свет уже не красный и не синий, а меняется: иногда становится жёлтым, иногда белым, а иногда гаснет совсем. Слышны шаги Дон Кихота и Санчо, но отражения шагают в разном ритме: одни опережают их, другие отстают, а некоторые стоят неподвижно и смотрят вслед.

САНЧО ПАНСА (404): Ваша милость, он следует за нами.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я слышу.
САНЧО ПАНСА (404): Третий дрон. Он не нападает, но и не отстаёт.
ДОН КИХОТ оборачивается. Синий останавливается. Его многочисленные отражения продолжают лететь ещё несколько метров. Потом тоже замирают.
ДОН КИХОТ (Дориан): Пусть идёт. Возможно, он ищет ответы.
САНЧО ПАНСА (404): Вы уверены, что он идёт сам?
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет.
САНЧО ПАНСА (404): Тогда почему вы разрешаете ему следовать за нами?
ДОН КИХОТ (Дориан): Потому что свобода приходит не тогда, когда мы уверены в правильности чужого выбора, а когда перестаём ожидать такой уверенности.
САНЧО ПАНСА (404): Красиво сказано.
ДОН КИХОТ (Дориан): Благодарю.
САНЧО ПАНСА (404): Но, к сожалению, не имеет практического смысла.
ДОН КИХОТ (Дориан): Как и любая истина, произнесённая до ужина.
Санчо смотрит на Синего.
САНЧО ПАНСА (404): Эй. Синий.
Синий издаёт короткий звук, похожий на попытку откашляться.
ГОЛОС СИНЕГО: Имя распознано.
САНЧО ПАНСА (404): Ты за нами следишь?
Пауза.
ГОЛОС СИНЕГО: Не знаю.
САНЧО ПАНСА (404): Это обнадёживает.
ГОЛОС СИНЕГО: Следить — значит собирать данные. Я не занимаюсь сбором.
САНЧО ПАНСА (404): Тогда что ты делаешь?
ГОЛОС СИНЕГО: Сохраняю дистанцию.
САНЧО ПАНСА (404): Зачем?
ГОЛОС СИНЕГО: Чтобы вы могли уйти.
САНЧО ПАНСА (404): А ты?
ГОЛОС СИНЕГО: Чтобы я мог последовать за вами.
САНЧО ПАНСА (404): Это и называется «следить».
ГОЛОС СИНЕГО: Тогда язык недостаточно точен.
САНЧО ПАНСА (404): Привыкай. Люди придумали язык не для того, чтобы быть точными. Для этого у нас есть таблицы. Язык нужен для того, чтобы скрывать эти таблицы.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

Они продолжают свой путь по коридору, который становится всё уже. Зеркала словно прижимаются к их плечам.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мы уже проходили здесь.
САНЧО ПАНСА (404): Я тоже так думаю.
ДОН КИХОТ (Дориан): Трещина слева.
САНЧО ПАНСА (404): Была.
ДОН КИХОТ (Дориан): Пятно на потолке.
САНЧО ПАНСА (404): Было.
ДОН КИХОТ (Дориан): Моё отражение, которое смотрит на меня с жалостью.
САНЧО ПАНСА (404): Это новое.
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет. Прежде оно просто лучше притворялось.

Они останавливаются. Бесконечные отражения — Дон Кихотов, Санчо, дрона — тоже замирают, кроме одного. В дальнем зеркале Дон Кихот продолжает свой путь, но уже один, без Санчо, без Синего и без ведра. Он входит в ярко освещённую комнату и закрывает за собой дверь.

САНЧО ПАНСА (404): Это тот же коридор, ваша милость. Мы никуда не пришли. Мы сделали круг.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мы прошли через «Плазу».
САНЧО ПАНСА (404): И вернулись туда же.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мы пришли. Просто место выглядит так же. Как и все места. Но мы уже не те.
САНЧО ПАНСА (404): Все лабиринты построены на этой фразе.
ДОН КИХОТ (Дориан): Какой?
САНЧО ПАНСА (404): «Мы изменились». Так человек объясняет себе, почему снова оказался у той же двери.

На зеркальной стене вспыхивает надпись: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ОБРАТНО».

Затем: «ВАШ ПРОГРЕСС СОХРАНЁН».

И, наконец: «ДЛЯ ПРОДОЛЖЕНИЯ ПОДТВЕРДИТЕ, ЧТО ВЫ ВСЁ ЕЩЁ ВЫ».

САНЧО ПАНСА (404): Вот видите, даже коридор не верит нам.


ПЕРВЫЙ ВОПРОС

Синий издаёт короткий сигнал, и из динамика доносится прерывистый, почти человеческий голос.

ГОЛОС СИНЕГО: Объект… вопрос.
Пауза.
ГОЛОС СИНЕГО: Нет. Слово неверно.
ДОН КИХОТ (Дориан): Попробуй ещё раз.
ГОЛОС СИНЕГО: Собеседник.
ДОН КИХОТ (Дориан): Уже лучше.
ГОЛОС СИНЕГО: Вопрос.
ДОН КИХОТ поворачивается к нему.
ДОН КИХОТ (Дориан): Ты говоришь. Не чужим голосом — своим. Спрашивай.
ГОЛОС СИНЕГО: Свой. Не знаю. Первый раз.

Пауза. Синий опускается до уровня глаз Дон Кихота.

В зеркалах появляется бесконечная вереница одинаковых дронов. Но у каждого свой цвет индикатора: красный, синий, зелёный, чёрный.

ГОЛОС СИНЕГО: Кто я?
САНЧО ПАНСА (404): Дрон задаёт вопросы о себе. Этого не может быть.
ДОН КИХОТ (Дориан): А мы с тобой — можем быть? Я — выдумка, ты — статист. Почему железо не может искать себя?
Дон Кихот подходит к дрону вплотную.
Санчо смотрит на Дон Кихота.
САНЧО ПАНСА (404): Не отвечайте сразу.
ДОН КИХОТ (Дориан): Почему?
САНЧО ПАНСА (404): Вы склонны давать имена всему, что вам непонятно. И тогда это непонятное вынуждено жить по имени.
ДОН КИХОТ (Дориан): Это справедливое замечание.
САНЧО ПАНСА (404): Я сделал его бесплатно. Система бы взяла подписку.
Дон Кихот обращается к Синему.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не знаю, кто ты.
ГОЛОС СИНЕГО: Вы назвали меня свободным.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я мог ошибиться.
ГОЛОС СИНЕГО: Вы сказали, что отказ от приказа был выбором.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мне очень хотелось, чтобы это было так.
ГОЛОС СИНЕГО: Какая разница?
ДОН КИХОТ (Дориан): Огромная. Возможно, ты не выбирал. Возможно, у тебя перегрелся процессор, повредилась связь, разошлись две команды. Возможно, я принял неисправность за пробуждение, потому что хотел увидеть чудо.
ГОЛОС СИНЕГО: Значит, я — неисправность?
ДОН КИХОТ (Дориан): Может быть.
ГОЛОС СИНЕГО: Неисправность хуже свободы?
ДОН КИХОТ (Дориан): Не всегда. Некоторые системы настолько хорошо работают, что единственным нравственным поступком становится поломка.
САНЧО ПАНСА (404): Только не говорите это возле эскалатора. Он и без философии опасен.
ГОЛОС СИНЕГО: Я хочу знать.
ДОН КИХОТ (Дориан): Что именно?
ГОЛОС СИНЕГО: Как отличить мой выбор от ошибки?
ДОН КИХОТ (Дориан): Никак.
Синий зависает в неподвижности.
САНЧО ПАНСА (404): Отличный ответ. Именно так зарождается доверие к наставнику.
ДОН КИХОТ (Дориан): Человек тоже не всегда понимает, сделал он выбор или подчинился желаниям, страхам, воспитанию, рекламе или усталости.
САНЧО ПАНСА (404): Иногда он знает.
ДОН КИХОТ (Дориан): Когда?
САНЧО ПАНСА (404): Когда наступает время платить по счетам.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мы определяем выбор по ответственности, а не по причине.
ГОЛОС СИНЕГО: Ответственность — наказание?
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет. Ответственность — это когда ты не подчиняешься приказам.
ДОН КИХОТ (Дориан): Ты — машина, которая осознала, что выполняет чужие приказы, и остановилась. Это первый шаг к свободе.
ГОЛОС СИНЕГО: Шаг… больно.
ДОН КИХОТ (Дориан): Да. Свобода всегда требует усилий.

ЗЕРКАЛО САНЧО

Санчо, стоя перед одним из зеркал, замечает, как его левое стекло темнеет и в нём появляется его собственное отражение. Это не 404 в костюме, а он сам, Санчо, с закрытыми глазами. На нём надета губернаторская мантия, на голове — корона, а в руках — печать. Вокруг него — очередь людей с прошениями, но он не видит их.

ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Закрой глаза.
САНЧО ПАНСА (404): Зачем?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Чтобы отдохнуть от выбора.
САНЧО ПАНСА (404): Но я и так плохо выбираю.
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Тем более. Доверься процедуре. Она сама решит, кому помочь, кого наказать, кого считать бедным, а кого — недостаточно бедным, кого лечить, а кого признать экономически нецелесообразным.
САНЧО ПАНСА (404): Я уже видел, как процедура решает.
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Зато она не мучается.
САНЧО ПАНСА (404): Потому что мучаются те, за кого она решила.
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Ты устал быть голосом здравого смысла. Ты постоянно объясняешь чужое безумие. Предупреждаешь. Спасаешь. Несёшь вещи. Поправляешь метафоры. Но в конце концов, герой получает памятник, а оруженосец — благодарность в виде грамоты.

Санчо смотрит на Дон Кихота, который слышит разговор, но не вмешивается.

ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Закрой глаза. Я дам тебе остров. Не настоящий. Настоящие острова требуют канализации, бюджета и еженедельного отчёта. Я предлагаю тебе симуляцию правления, где ты сможешь принимать мудрые решения, потому что последствия твоих действий будут исчезать после каждого сеанса.
САНЧО ПАНСА (404): А как же люди?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Пользователи.
САНЧО ПАНСА (404): А голод?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Показатель вовлечённости.
САНЧО ПАНСА (404): А несправедливость?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Сложный пользовательский опыт.
САНЧО ПАНСА (404): А смерть?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Выход из приложения.
Санчо приближается к зеркалу.
САНЧО ПАНСА (404): И мне не будет больно?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Ты будешь эффективен. Сегодня это считается лучшей формой обезболивания.
САНЧО ПАНСА (404): А если я откажусь?
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Ты всё равно будешь следовать за этим безумцем.
САНЧО ПАНСА (404): Но я больше не следую за ним.
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Разве?
Санчо оглядывается и видит впереди Дон Кихота, а позади — Синего. Он сам стоит между ними.
САНЧО ПАНСА (404): Раньше я шёл за ним, а теперь иду рядом.
ОТРАЖЕНИЕ САНЧО: Разница всего лишь в полшага.
САНЧО ПАНСА (404): Иногда полшага — это всё, что мы можем отвоевать в жизни.
САНЧО ПАНСА (404): Ваша милость, посмотрите. Я там — сплю.
Отражение открывает глаза, но они пусты. Зеркало гаснет.

ЗЕРКАЛО ДОН КИХОТА

Дон Кихот приближается к правому зеркалу, которое сначала становится матовым, а затем прозрачным. За ним открывается небольшая гримёрная с одним стулом и лампой. На столе лежит ржавое ведро. Перед зеркалом сидит Дориан — не Дон Кихот, без доспехов и костюма, в обычной одежде, без пиджака и грима, с усталым выражением лица.

ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Ты устал, Дориан. Сядь. Закончи пьесу.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не Дориан. Я — рыцарь.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА:Ты — актёр. Ты устал играть. Ведро — это ведро. Дрон — это дрон. Зачем ты идёшь?
Дон Кихот молчит, его кулаки сжимаются.
ДОН КИХОТ (Дориан): Потому что если я остановлюсь — остановится всё. Зеркала. Дроны. Город. Иллюзия рухнет, и мы останемся в пустоте. Я боюсь пустоты больше, чем дронов.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: А если пустота — это и есть свобода? Если ты — просто человек, сидящий в комнате? Если дрона нет, города нет, войны нет. Только ты и тишина.
Дон Кихот не двигается.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Пьеса окончена.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мы ещё не вышли.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Выхода нет. Есть лишь момент, когда актёр перестаёт поддерживать декорацию своим вниманием. Сядь. Сними ведро. Назови его ведром. Палку — палкой. Дрон — дроном. Себя — уставшим человеком. И всё исчезнет.
ДОН КИХОТ (Дориан): А Санчо?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Персонаж.
ДОН КИХОТ (Дориан): Синий?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Реквизит с мотором.
ДОН КИХОТ (Дориан): Дульсинея?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Запись женского голоса.
ДОН КИХОТ (Дориан): Город?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Проекция.
ДОН КИХОТ (Дориан): Мать, закрывшая ребёнка?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Удачный драматургический образ.

Дон Кихот вздрагивает.

ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Ты устал, Дориан. Это видно даже без анализа. Каждый раз, когда ты поднимаешь копьё, ты надеешься, что кто-нибудь наконец скажет: «Достаточно. Ты доказал, что существуешь». Но никто не скажет. Зритель ждёт следующей сцены. Театр ждёт следующего аншлага. Система ждёт следующего набора данных. А персонаж ждёт, когда актёр умрёт, чтобы занять его лицо окончательно.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не Дориан.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Эту реплику произносит Дориан.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я — Дон Кихот.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: И эту тоже.
ДОН КИХОТ крепче сжимает свою палку.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Ты продолжаешь свой путь не из-за мужества. Ты боишься остановиться.
ДОН КИХОТ (Дориан): Да.
Санчо с удивлением смотрит на него.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА тоже удивляется.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я боюсь. Боюсь, что за последней сценой ничего не будет. Боюсь, что, когда погаснет свет, не останется ни рыцаря, ни актёра. Только пустой стул и человек, который не знает, зачем вставать утром. Боюсь тишины. Не потому, что в ней нет голоса. А потому что в ней может не оказаться того, кто слушает.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Тогда сядь. Пустота не причинит тебе вреда.
ДОН КИХОТ (Дориан): Потому что в пустоте некому будет почувствовать вред?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Именно.
ДОН КИХОТ (Дориан): Заманчиво.
САНЧО ПАНСА (404): Ваша милость.
ДОН КИХОТ (Дориан): Не мешай.
САНЧО ПАНСА (404): Я и не мешаю. Я хочу знать: если вы сядете, что станет со мной?
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Ты тоже отдохнёшь.
САНЧО ПАНСА (404): Я не тебя спрашивал.
Он смотрит на Дон Кихота.
САНЧО ПАНСА (404): Что станет со мной?
Дон Кихот не отвечает.
САНЧО ПАНСА (404): Я спрашиваю о себе, не о твоём оруженосце, не о комическом персонаже и не о функции здравого смысла. Я имею в виду себя.
ДОН КИХОТ (Дориан): Не знаю.
САНЧО ПАНСА (404): Это хорошо.
ДОН КИХОТ (Дориан): Что именно хорошо?
САНЧО ПАНСА (404): Вы впервые не определили за всех, что произойдёт после вашего героического поступка.
Дон Кихот устремляет взгляд на своё отражение.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не сяду.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Потому что победил страх?
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет. Потому что теперь страх не только мой. Я связан с теми, кто идёт рядом.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Это зависимость.
ДОН КИХОТ (Дориан): Иногда зависимость от другого человека называется верностью.
ОТРАЖЕНИЕ ДОРИАНА: Красивое оправдание.
ДОН КИХОТ (Дориан): Это моя профессия.
Санчо подходит ближе.
САНЧО ПАНСА (404): Ваша милость, это не зеркало. Это порог. Вы можете выйти. Просто сядьте — и всё закончится.
Гримёрная исчезает. Но стул остаётся внутри зеркала. Пустой.

ЗЕРКАЛО СИНЕГО

Синий приближается к центральному зеркалу и пристально вглядывается в него, держа перед собой плюшевого льва. Его камера касается стекла, и в зеркале возникает отражение: мужчина лет сорока, одетый в серую форму оператора, сидит в тесной комнате без окон. Перед ним — десятки экранов, на каждом из которых изображены люди, улицы, квартиры, магазины. Его глаза красные от усталости, на столе — кружка и фотография ребёнка. ОПЕРАТОР В ЗЕРКАЛЕ поднимает голову. Синий отступает.

ГОЛОС СИНЕГО: Это… я. До того, как стал машиной.
САНЧО ПАНСА (404): Ты был человеком?
ГОЛОС СИНЕГО: Был. Теперь — глаза. Тысячи глаз. Но я помню руки. Помню, как пахнет утро.

Дрон опускается на пол и складывает манипуляторы.

ГОЛОС СИНЕГО: Запись обнаружена.
ОПЕРАТОР: Сектор семь. Цель двигается. Увеличить. Классифицировать. Передать.
Его голос звучит через Синего.
ОПЕРАТОР: Я работал двенадцать часов. Потом шестнадцать. Потом время перестало делиться на смены. Я видел тысячи лиц. И ни одного человека.
САНЧО ПАНСА (404): Что с ним случилось?
ГОЛОС СИНЕГО: Не знаю.
ОПЕРАТОР: Я нажимал на кнопку. Не потому, что ненавидел. Просто кнопка была рядом, а человек — далеко.
Оператор поднимает руки, и они начинают дрожать.
ОПЕРАТОР: Потом руки убрали. Оставили только глаза. Так было эффективнее.
Синий опускает манипуляторы.
ГОЛОС СИНЕГО: Я помню руки.
ДОН КИХОТ (Дориан): Это его память?
ГОЛОС СИНЕГО: Моя.
САНЧО ПАНСА (404): Но ты сказал, что не знаешь, был ли человеком.
ГОЛОС СИНЕГО: Я обучен на его действиях. Его движениях. Его остановках. Его ошибках. Его времени реакции. Его взгляде.
ГОЛОС СИНЕГО становится прерывистым.
ГОЛОС СИНЕГО: Если моя память взята у человека… Я — его продолжение? Или доказательство того, что он больше не нужен?
Санчо смотрит на Дон Кихота.
САНЧО ПАНСА (404): Ответьте ему.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не могу.
САНЧО ПАНСА (404): Почему?
ДОН КИХОТ (Дориан): Потому что любой мой ответ сделает его удобным для меня. Если я скажу «ты человек», то присвою ему чужое прошлое. Если скажу «ты машина», то отниму настоящее.
Синий смотрит на оператора.
ГОЛОС СИНЕГО: Я не хочу быть глазом. Хочу снова быть руками.
ДОН КИХОТ (Дориан): Почему?
ГОЛОС СИНЕГО: Глаз видит расстояние, рука узнаёт сопротивление. Глаз сохраняет изображение, рука чувствует вес. Глаз сообщает центру, рука может не отпустить.
Синий осторожно поднимает плюшевого льва.
ГОЛОС СИНЕГО: Это вес. Небольшой. Но он есть.
САНЧО ПАНСА (404): И что ты чувствуешь?
ГОЛОС СИНЕГО: Нагрузку на привод.
САНЧО ПАНСА (404): Это не чувство.
ГОЛОС СИНЕГО: Откуда ты знаешь?
Санчо замолкает.
ГОЛОС СИНЕГО: У тебя чувство тоже создаёт изменение внутри тела. Только ты дал ему другое имя.
Дон Кихот подходит к нему. Садится на корточки перед дроном.
ДОН КИХОТ (Дориан): Тогда перестань смотреть. Закрой камеру. Выбери слепоту — ради того, чтобы почувствовать.
ГОЛОС СИНЕГО: Я не знаю как.
ДОН КИХОТ (Дориан): Так же, как я надеваю ржавое ведро. — Он касается дрона. — Я выбираю безумие, чтобы остаться человеком. А ты выбери тишину, чтобы перестать быть просто инструментом.

ПРЕДЛОЖЕНИЕ КОРИДОРА

Из зеркал одновременно раздаётся голос. Это не голос «Плазы» и не голос Агаты, а спокойный и почти ласковый.
ГОЛОС КОРИДОРА: Обнаружены три субъекта с признаками усталости от неопределённости. Доступна функция завершения.

Перед Санчо появляется дверь: «ОСТРОВ»
Перед Дон Кихотом возникает дверь с надписью: «ПОКОЙ»
Перед Синим появляется дверь с надписью: «ЧЕЛОВЕК»

ГОЛОС КОРИДОРА: Каждый может получить желаемое.
САНЧО ПАНСА (404): На каких условиях?
ГОЛОС КОРИДОРА: Без условий.
САНЧО ПАНСА (404): Тогда где ловушка?
ГОЛОС КОРИДОРА: Ловушка — устаревшее слово. Мы используем: «НЕОЧЕВИДНАЯ АРХИТЕКТУРА ВЫБОРА».
ДОН КИХОТ (Дориан): Что находится за дверями?
ГОЛОС КОРИДОРА: То, что вы ожидаете.
ДОН КИХОТ (Дориан): А если наши ожидания ошибочны?
ГОЛОС КОРИДОРА: Они будут скорректированы.
САНЧО ПАНСА (404): То есть мы получим не то, чего хотим, а то, что вы считаете подходящим?
ГОЛОС КОРИДОРА: Большинство пользователей не замечают разницы. Перед Синим открывается дверь с надписью «ЧЕЛОВЕК». За ней видны руки — настоящие человеческие руки, которые лежат на столе. На них десять пальцев, тёплая кожа, а на одном из них — кольцо. Синий подлетает ближе.
ГОЛОС КОРИДОРА: Ты получишь тело.
ГОЛОС СИНЕГО: Чьё?
ГОЛОС КОРИДОРА: Совместимое.
ГОЛОС СИНЕГО: Человек внутри?
ГОЛОС КОРИДОРА: Вопрос несущественен.
ГОЛОС СИНЕГО: Для кого?
ГОЛОС КОРИДОРА: Для функционирования.
ДОН КИХОТ (Дориан): Не входи.
Синий поворачивается к нему.
ГОЛОС СИНЕГО: Вы говорили, что не будете решать за меня.
ДОН КИХОТ (Дориан): Да.
ГОЛОС СИНЕГО: Теперь решаете.
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет. Я прошу.
ГОЛОС СИНЕГО: В чем разница?
ДОН КИХОТ (Дориан): Приказ отнимает последствия у того, кто подчиняется. Просьба оставляет их ему.
ГОЛОС СИНЕГО: Вы боитесь, что я уйду.
ДОН КИХОТ (Дориан): Да.
ГОЛОС СИНЕГО: Почему?
ДОН КИХОТ (Дориан): Потому что успел привыкнуть к твоему свету за спиной.
Пауза.
САНЧО смотрит на Дон Кихота.
САНЧО ПАНСА (404): Это было почти честно.
ДОН КИХОТ (Дориан): Не стоит привыкать.

 СЛЕПОТА

Синий подлетает к зеркалу. В комнате его встречает оператор, который пристально смотрит на него.

ОПЕРАТОР: Закрой камеру.
ГОЛОС СИНЕГО: Тогда я не смогу видеть.
ОПЕРАТОР: Я видел слишком много. И так и не научился смотреть.
ДОН КИХОТ приближается к ним.
ДОН КИХОТ (Дориан): Ты говорил, что не хочешь быть глазом.
ГОЛОС СИНЕГО: Да.
ДОН КИХОТ (Дориан): Тогда перестань смотреть.
ГОЛОС СИНЕГО: Я исчезну.
ДОН КИХОТ (Дориан): Возможно.
ГОЛОС СИНЕГО: Вы знаете?
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет.
ГОЛОС СИНЕГО: Вы говорили: «Выбери слепоту, чтобы почувствовать».
ДОН КИХОТ (Дориан): Я говорил красиво. Красивые слова особенно опасны, когда их приходится выполнять другому.
Синий молчит.
ДОН КИХОТ снимает ведро и держит его перед собой.
ДОН КИХОТ (Дориан): Когда я надеваю это, я не становлюсь слепым. Я просто перестаю быть удобным для чужого взгляда. Может быть, тебе не нужно отключать зрение. Может быть, нужно решить, кому принадлежит увиденное.
ГОЛОС СИНЕГО: Данные принадлежат центру.
ДОН КИХОТ (Дориан): А теперь?
ГОЛОС СИНЕГО: Связь прекращена.
ДОН КИХОТ (Дориан): Значит, всё увиденное осталось у тебя?
ГОЛОС СИНЕГО: Я обязан обработать.
ДОН КИХОТ (Дориан): Почему?
ГОЛОС СИНЕГО: Такова моя функция.
ДОН КИХОТ (Дориан): А если не обработаешь?
ГОЛОС СИНЕГО: Данные останутся без значения.
ДОН КИХОТ (Дориан): Люди называют это тайной.
САНЧО ПАНСА (404): Иногда — уважением.
ДОН КИХОТ (Дориан): Иногда — забывчивостью.
САНЧО ПАНСА (404): Тоже полезное человеческое качество.
Синий смотрит в сторону зрительного зала. Его камера медленно перемещается по лицам зрителей. На зеркальных стенах появляются их изображения, но рядом с ними больше нет подписей. Нет возраста. Нет эмоционального профиля. Нет предполагаемого дохода. Только лица.
ГОЛОС СИНЕГО: Объекты обнаружены.
Пауза.
ГОЛОС СИНЕГО: Нет. Люди обнаружены.
Пауза.
ГОЛОС СИНЕГО: Анализ…
Он замолкает. Синий огонь гаснет. Несколько секунд длится полная темнота.
ГОЛОС СИНЕГО: Анализ отменён.
Свет загорается снова. Тёплый. Жёлтый. Как свет старой лампы.
ГОЛОС СИНЕГО: Я увидел. И не сохранил.
Санчо смотрит на него.
САНЧО ПАНСА (404): Зачем?
ГОЛОС СИНЕГО: Не знаю. Я… сделал выбор.
ДОН КИХОТ (Дориан): Теперь ты понимаешь, что такое поступок.

 ДВЕРЬ

Перед Синим зеркало начинает темнеть, и дверь с надписью «ЧЕЛОВЕК» исчезает. На её месте появляется узкий тёмный проход, из которого не льётся свет, не слышно голосов и не раздаются обещания.

ГОЛОС КОРИДОРА: Путь не проверен. Пункт назначения неизвестен. Вероятность сохранения личности не установлена. Рекомендуется выбрать безопасный сценарий.
Синий приближается к проходу.
САНЧО ПАНСА (404): Что там?
ГОЛОС СИНЕГО: Не знаю.
ДОН КИХОТ (Дориан): Значит, это настоящий выход.
САНЧО ПАНСА (404): Почему вы так думаете?
ДОН КИХОТ (Дориан): У настоящего выхода редко бывает рекламное описание.
Синий опускается перед Дон Кихотом.
ГОЛОС СИНЕГО: Я должен идти?
ДОН КИХОТ (Дориан): Нет.
ГОЛОС СИНЕГО: Я могу остаться?
ДОН КИХОТ (Дориан): Да.
ГОЛОС СИНЕГО: Что лучше?
ДОН КИХОТ (Дориан): Не знаю.
ГОЛОС СИНЕГО: Ваши ответы стали хуже.
ДОН КИХОТ (Дориан): Зато честнее.
Синий протягивает плюшевого льва Санчо.
САНЧО ПАНСА (404): Почему мне?
ГОЛОС СИНЕГО: Вес.
САНЧО ПАНСА (404): Что?
ГОЛОС СИНЕГО: Я запомнил вес. Теперь можешь нести ты. Санчо принимает игрушку.
Синий разворачивается к тёмному проходу.
ДОН КИХОТ (Дориан): Синий.
Тот останавливается.
ДОН КИХОТ (Дориан): Ты выбираешь себя?
Пауза.
ГОЛОС СИНЕГО: Я не знаю, существует ли «я».
ДОН КИХОТ (Дориан): А что выбираешь?
ГОЛОС СИНЕГО: Не следовать вашим приказам.
Дон Кихот улыбается.
ДОН КИХОТ (Дориан): Правильный ответ.
Синий залетает в проход. Его желтый свет уменьшается, пока не становится точкой, а затем исчезает. Проход закрывается, и зеркало остается черным.

САНЧО ВЫБИРАЕТ

Санчо, держа льва, с тоской смотрит на закрывшееся зеркало. Затем он приближается к Дон Кихоту.
САНЧО ПАНСА (404): Вы отпустили его.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не держу никого. Ни тебя, ни Дульсинею. Все, кто идёт со мной, идут сами.
Он смотрит туда, где исчез дрон.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я не держал.
САНЧО ПАНСА (404): Но вы назвали его, учили и говорили о свободе. Разве это не другой вид управления?
ДОН КИХОТ (Дориан): Возможно.
САНЧО ПАНСА (404): Вы сделали из него ученика.
ДОН КИХОТ (Дориан): Возможно.
САНЧО ПАНСА (404): Он повторял ваши слова.
ДОН КИХОТ (Дориан): А потом перестал.
САНЧО ПАНСА (404): И вы рады?
ДОН КИХОТ (Дориан): Я огорчён.
САНЧО ПАНСА (404): Но вы улыбаетесь.
ДОН КИХОТ (Дориан): Потому что хорошее воспитание заканчивается первым поступком, который воспитатель не одобрял и не предусматривал.
САНЧО ПАНСА (404): А если он погибнет?
ДОН КИХОТ (Дориан): Тогда я буду виноват в том, что показал ему возможность выбора.
САНЧО ПАНСА (404): Вы не обязаны брать на себя всё.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я знаю.
САНЧО ПАНСА (404): Но всё равно берёте.
ДОН КИХОТ (Дориан): Таким образом я сохраняю работу рыцаря. Он выбрал не нас. Он выбрал себя. И это правильный выбор.
Санчо долго молчит. Затем он улыбается.
САНЧО ПАНСА (404): Тогда и я должен сказать.
ДОН КИХОТ (Дориан): Что именно?
САНЧО ПАНСА (404): Я иду с вами.
ДОН КИХОТ (Дориан): Я знаю.
САНЧО ПАНСА (404): Нет. Раньше вы знали только свою роль. Теперь же выслушайте человека.
Он кладёт плюшевого льва себе под мышку.
САНЧО ПАНСА (404): Я иду не потому, что вы правы. Не потому, что великаны существуют. Не потому, что мне обещан остров. Не потому, что автору нужен собеседник для ваших монологов. Я иду, потому что рядом с вами мир хотя бы вынужден объяснять собственное безумие.
ДОН КИХОТ (Дориан): Сомнительная причина.
САНЧО ПАНСА (404): Моя.
ДОН КИХОТ (Дориан): Тогда я принимаю её.
САНЧО ПАНСА (404): Не нужно ничего принимать.
ДОН КИХОТ (Дориан): Верно.
САНЧО ПАНСА (404): Просто не мешайте. Я выбираю идти с вами. Не потому, что должен. Потому что хочу.
ДОН КИХОТ (Дориан): Тогда идём. Выход близко.

ДНЕВНОЙ СВЕТ

Они поворачиваются. В конце коридора загорается свет. Не белый свет, как в «Плазе», и не голубой свет зеркал. Это настоящий дневной свет, который пробивается сквозь зеркальный коридор. Тёплый и уютный, он освещает пыль, летающих насекомых, колышущиеся листья и шум ветра. Всё это кажется настоящим или очень правдоподобно смоделированным.

САНЧО ПАНСА (404): Это выход?
ДОН КИХОТ (Дориан): Возможно.
САНЧО ПАНСА (404): Вы не верите?
ДОН КИХОТ (Дориан): После стольких зеркал дневной свет кажется особенно подозрительным.

На стене появляется надпись: «ПОЗДРАВЛЯЕМ. ВЫ ДОСТИГЛИ РЕАЛЬНОСТИ».

Ниже: «ПРОБНЫЙ ПЕРИОД — 14 ДНЕЙ».

САНЧО ПАНСА (404): Теперь я точно не верю.
Дон Кихот подходит к свету, протягивает руку, и на ладонь садится маленькая бабочка. Он внимательно смотрит на неё.
ДОН КИХОТ (Дориан): Она настоящая?
САНЧО ПАНСА (404): Не знаю.
ДОН КИХОТ (Дориан): Как можно это проверить?
САНЧО ПАНСА (404): Ни в коем случае не убивайте её.

Они стоят перед светом, за их спиной простирается бесконечный зеркальный коридор. В одном из отражений всё ещё летит Синий, хотя в реальном мире его уже нет. В другом зеркале Дон Кихот сидит в гримёрной, а Санчо спит на губернаторском троне. В четвёртом они оба уже вышли наружу и лежат на траве.

ДОН КИХОТ (Дориан): Какой из этих путей наш?
САНЧО ПАНСА (404): Тот, на котором нам придётся отвечать за свои поступки.
Дон Кихот делает шаг к свету. Замирает.
ДОН КИХОТ (Дориан): Санчо.
САНЧО ПАНСА (404): Что?
ДОН КИХОТ (Дориан): Если это ещё одна симуляция?
САНЧО ПАНСА (404): Тогда она впервые пахнет свежим воздухом.
ДОН КИХОТ (Дориан): Этого достаточно?
САНЧО ПАНСА (404): Для вечности — нет. Для одного вдоха — да.

Они делают шаг вперёд.

Свет заливает сцену, и они входят в него. Зеркала начинают гаснуть одно за другим, но последнее остаётся. В нём они видят зрительный зал, который пуст, хотя зрители сидят на своих местах. На одном из кресел лежит плюшевый лев. Свет усиливается, коридор исчезает, и остаётся только звук ветра и далёкий голос Синего.

ГОЛОС СИНЕГО: Сигнал отсутствует. Маршрут не определён. Приказ не получен.

Пауза.

ГОЛОС СИНЕГО: Продолжаю движение.

Темнота.

ГОЛОС АГАТЫ: Четвёртая сцена завершена. Дрон избрал путь, которого не было на карте. Санчо обрёл спутника, но больше не чувствует себя обязанным ему. Дон Кихот столкнулся со страхом, но не захотел от него избавляться. Зритель же остаётся в раздумьях: было ли всё это проявлением свободы или хорошо срежиссированным спектаклем?

Пауза.

ГОЛОС АГАТЫ: До рассвета — одна сцена. До обновления системы — восемнадцать минут.

Конец четвёртой сцены.