Борзый минус Глава 60. Маленькая страна

        Сегодня суббота, и мы с радостью ожидаем увольнения. Ну, а пока нас ведут в столовую на обед. Через КПП-1 прямо на строевой плац въезжают автобусы «Икарус». Их уже не меньше семи штук. На бортах автобусов большущими буквами написано «Артек».
– Пацаны, – веселится Веня, – мы едем в Артек! Кто из вас еще там не был? Вот, увидите этот замечательный островок детства. Лично я там отдыхал три раза!
– Счастливчик, – шутит КорС, – мне удалось там побывать только два раза.
Мы посмеялись Вениной шутке, но после обеда, на построении на парково-хозяйственный день командир роты объявил, что нам выпала честь, и мы действительно едем в Артек! Иногда даже бывает здорово, что в военной службе все непредсказуемо.
– Ешкин кот, – взволновано восхищается Веня, – меня ожидает ностальгическая встреча с лагерем детства! Это как возвращение в сказку! Без преувеличения могу сказать, что мне улыбнулась удача!
– Курсант Нагорный, – насмехается ротный, – отставить разговоры в строю, а то будете ностальгировать на тумбочке дневального!
– Ностальгировать на тумбочку дневального? – прыснул от смеха Лео. – Интересно, это как?
– Попробуй, узнаешь, – отшучивается Веня.
– Командиры взводов, – распоряжается ротный, – организовать получение лопат и ломов в нижней каптерке.
– А я-то думал, что мы едем на экскурсию, – вздыхает Лео, – а оказывается там надо работать.
– Курсант Леонтьев, – строго говорит ротный с каменным выражением лица, – за нарушение дисциплины строя объявляю вам один наряд вне очереди. Заступите сегодня же, так что работать на благо советской пионерии вам не придется. Выйти из строя. Марш в казарму, готовиться к заступлению в наряд.
– Товарищ капитан, – искаженным до неузнаваемости голосом говорит Лео, – я же пошутил. Я никогда не был в Артеке.
Валерка весь напрягся в ожидании ответа ротного.
– А я не шутил. Идите, Леонтьев, идите уже и не морочьте мне голову, – со злостью в голосе отвечает командир роты. Если он что-то решил, то переломить его упрямство трудно, тем более, курсанту. Веня изо всех сил старается молчать, даже губу закусил, чтобы не последовать вслед за Лео.
– Действительно, Леонтьев, – говорит мама Жора, – посмотрите, вот даже Иванов с его несносным характером и тем, что его за словом в карман посылать не надо, и тот молчит, а вы тут шутить вздумали. Кто ж вам виноват, что вы не умеете держать язык за зубами?
– Не повезло Лео, – сплюнул Лис и философски заметил. – В мгновение ока жизнь дала трещину. А мама Жора, похоже, смысла сказанной им пословицы не понимает.
– Все он правильно понимает, просто это он так шутит, – вступился за маму «замок». – Он так пытается приободрить Лео. У них с ним обоюдное уважение и симпатия.
– Пацаны, желаю вам мокрой, красивой погоды, чтобы вы там просто отдохнули, – заплетающимся языком сказал Лео нам на прощанье и понуро поплелся в казарму.
– Рота, равняйсь! – начал командовать ротный.
– Кто шагает дружно в ряд? – негромко скандирует Лис. – Наш курсантский стройотряд!
И мы погрузились в один из «Икарусов». Васю Россошенко, оказывается, тоже сильно волнует предстоящая встреча с Артеком, правда, по-своему.
– А вы знаете, – взволновано говорит он, – в Артеке находится самый высокий памятник Ленину. Его высота 19 метров, а пилоны за его спиной достигают 42 метров. Из-за таких размеров памятник внесен в морскую лоцию, как навигационный знак.
– Надо же, какие слова мы, оказывается, знаем, – подивился вслух КорС. – Кто бы мог подумать?
– А мы возле памятника Ленину свидания назначали, – припомнил Веня.
Нас привезли в дружину «Приморскую», где нам предстоит копать очередную траншею для водопровода. Кстати, это рядом с тем самым памятником Ленину. Веня еще больше возрадовался, так как рядом находится дружина «Морская», в которой Веня отдыхал в розовом детстве.
– Веню не трогайте, – шучу я, – у него настал величайший момент в его жизни – встреча с детством!
– Шутишь все? – смеется Миша. – Он с ним еще и не расставался!
– Товарищи курсанты, – инструктирует нас ротный, – здесь вы встретитесь с массой детей. На фоне этой массы….
– «Масса» это хорошо, – отвлек меня Лис, – я бы не отказался сейчас «помассовать!»
– А еще лучше было бы забульбенить, – перебил его Миша. – А потом и припасть на «массу» не грех! Минут по шестьсот на каждый глаз!
– И отставить вашу расхлябанность на службе и в быту, – продолжает ротный, – ведь здесь на вас будут смотреть дети со стран всего социалистического лагеря.
– Если бы каждый, кто копает яму ближнему, в нее попадал сам, – философски замечает Рома, который уже вспотел и разделся до пояса, – то надолго не хватило бы ям!
– Эй, Бао, – смеется «замок», – вон посмотри на тот дуб, ты похож на него, как две капли воды!
– Третий взвод, – недовольно говорит взводный, – отставить разговоры. Ну, не взвод, а банда хулиганов!
Правда, в интерпретации взводного это прозвучало, как: «банда фулюганов». Фулюганы дружно рассмеялись. Тут появился первый пионерский отряд во главе с симпатичной пионервожатой. На вид она наша ровесница, хотя, скорее всего, она старше нас на пару лет.
– Всем, всем добрый день! – дружно поприветствовали нас пионеры.
– Что, Толик, – севшим голосом спрашивает Миша, кивая на вожатую, – тряхнем стариной?
– Старина мне не нужна, – рассмеялась вожатая и лукаво глянула мне в глаза. Так посмотрела, что я ясно понял, – если бы не ее детишки, глядишь, у нас бы с ней что-нибудь и вышло.
– Товарищи Иванов, Кальницкий, – сердито оглядел нас мама Жора, и раздраженно закончил, – займитесь лучше делом.
– Кто сказал, что это лучше? – удивляюсь я. Перспектива позлить маму Жору, что называется, придала мне сил. Но на этот раз взводный уклонился от ссоры. Он набросился на курсантов четвертого взвода, которые копают, не так продуктивно, как мы.
– Мы пробовали, – оправдывается сержант Ежевский, – но здесь камней больше, чем земли.
– А вы двадцать раз попробуйте, – зверствует мама Жора, – а на 59 раз получится! В конце концов, к этому вас готовили семья и школа!
– Товарищ старший лейтенант, – привлек я его внимание, – а что будет, если мы не успеем сегодня выполнить, поставленную нам задачу?
– Молодец, Иванов! Вот, учитесь, товарищи курсанты, – вместо мамы Жоры отвечает мне ротный, – ум человека лучше оценивать по его вопросам, а не по его ответам! Завтра вместо увольнения будете заканчивать работу, понятно?
Поскольку никому не хочется работать, пусть даже и во всесоюзной пионерской здравнице, в воскресенье, да еще и вместо увольнений, задачу мы выполнили.
На следующий день, находясь в городском увольнении, я переоделся в гражданку и поспешил на Пушкарь. Одет я в джинсы, клетчатую сорочку, кроссовки и финскую куртку «Альбатрос», только с отстегнутыми рукавами. Как же здорово я чувствую себя в городе, не в военной форме одежды!
Я шел по Севастопольской улице, когда через дорогу от обкома партии я заметил ротного! Я прикрыл лицо рукой и свернул на соседнюю улицу.
Вечером, по возвращении из увольнения, я доложил маме Жоре о своем прибытии.
– Иванов, командир роты звонил, сказал, что видел тебя в городе по гражданке.
– Товарищ старший лейтенант, – невинно улыбаясь, отвечаю я, – он обознался!
– Я тоже ему так сказал, – охотно согласился взводный.
Но утром, ротный налетел на меня зверь зверем.
– Иванов! Ты кого обмануть решил? Я ясно видел, что это был ты! Ты можешь обвести вокруг пальца своего командира взвода, но не меня! Ты удивишься, но я своим глазам доверяю больше, чем твоим словам, и с головой еще дружу! Немедленно гражданку сюда!
– Товарищ капитан, это невозможно.
– Возможно. Вот тебе увольнительная записка, марш на квартиру и принеси гражданку сюда, мне!
Пришлось мне сходить в увольнение и принести гражданку ротному. Не всю, а только ту, в которую я был вчера одет.
– Вот, – зло, но уже гораздо спокойнее приказал ротный, – вместе с командиром взвода марш на почту и отошлите одежду домой!
И мы с мамой Жорой сходили на училищное отделение связи и отправили мою одежду домой.
– Ну, ты, Иванов и даешь, – только и сказал мама Жора. – Даже вояки еще ходят в увал по форме, а ты и тут первый! А я тебя защищал, не думал я, что ты настолько шустрый и наглый.
После обеда я пошел на это же отделение и связи и позвонил папе на работу.
– Папа, я на твое имя отправил посылку с частью своей гражданской одежды. Ты, пожалуйста, как получишь, сразу же отправь мне ее обратно, хорошо? … Командир роты заставил, он меня видел в Симферополе в ней. … Да-да, впредь буду осторожней! Спасибо, папа!