Борзый минус. Глава 66. Вызов

        У нас личное время. Курсант Захаров, он же Зона, вернулся из художественного фонда библиотеки. КорС повернулся к нему и спросил.
– Зона, что ты нам принес почитать?
– Да поможет мне Бог и комсомольский патруль.
Велико было наше удивление от такого замысловатого названия. Лично я воспринял такое название со смешанными чувствами.
– Весьма странное название для книги, – заинтересовался Королев. – Ну-ка, покажи! Пацаны, да это две книги: «Да поможет мне Бог!», а вторая – «Комсомольский патруль», – объяснил он нам вслух.
– Так бы сразу и сказал. Зона,  что это у тебя еще за пазухой? – продолжает допытываться Королев.
– Пирожки с повидлой!
В спальное помещение вошел старший лейтенант Туманов, и сразу казарма наполнилась его содержательными криками.
– Товарищи курсанты! Чего это вы на кроватях разлеглись? А, ну, встать! Запомните: кровать нужно заправлять аккуратно, чтобы у вас навсегда отпала охота лечь на нее в сапогах. И вообще, всем в совершенстве очистить казарму! Получить противогазы и на свежем воздухе устроить надевание и снимание противогазов на время! Пошевеливайтесь, активнее! Курсант Снигур, когда это вы успели опять так обрасти?
– У меня волосы такие кудрявые, что кажется, будто их много.
– Тем более стричься нужно! – то, что курсант вздумал оправдываться, возмутило Туманова еще больше. – Почему вы не стрижены, галстук мешал? На вас же смотреть дико!
Похоже, у Туманова в последнее время какие-то проблемы, иначе с чего бы это он чуть, что, сразу начинает выходить из себя?
– Какой галстук? – растерялся Дима, но взводный и не думал обращать на него внимание.
– Волосы у военнослужащего могут кудрявиться на макушке, а ниже, по уставу, они должны быть прямыми! А вообще, прически военнослужащих висят на стенах бытовой комнаты. Подобные прически вы и должны принести на утренний осмотр на своей голове. Завтра же проверю! Товарищи сержанты, а почему это вы заняли такую пассивную позицию? Отчего я не слышу ваших бодрых, жизнерадостных, требовательных голосов? Помните, что младшие командиры это тот скелет, костяк так сказать, на котором держатся все нарушители воинской дисциплины. Курсант Попов, почему у вас виски ниже ушей висят, и волосы по всей голове разбросаны?
Курсанты посмеиваются, но на построение выходить не торопятся, чтобы не пропустить очередные чудачества взводного.
– Дежурный по роте и дневальный, а ну-ка покажите мне свои шапки-ушанки! … Так: сколько раз говорить, что каждый должен носить в головном уборе две иглы не менее семидесяти сантиметров – зеленую и белую?
Дневальный пытается что-то доказать взводному, но тот его даже не слушает.
– А я вам говорю, что у вас сплошные отдельные недостатки! Сержант Денисов, чего это вы такой грустный? Ах, он письмо получил! Любимая девушка замуж вышла? За вашего лучшего друга? Сержант Денисов, для вас сейчас главное – подчиненные, а не какая-то там любимая девушка. Займитесь спортом, что ли, помогает, поверьте мне. От дурных мыслей спасает действие. Я вот в вашем возрасте себе сапогами ноги на ягодицы стер! И как только у этих девушек язык поворачивается такое писать? А вообще, раньше думай о Родине, а потом можно и о себе. Сколько в кубрике первого взвода курсантов? Четырнадцать? А должно быть тринадцать, где еще трое? Денисов, вы что, не поняли, это же я вас развлекаю! То есть отвлекаю от ваших животрепещущих проблем. Чего это в спальном помещении так светло, что просто нечем дышать? Дневальный, вы должны крутиться, как белка в колесе, а пол нужно так тереть, чтобы вода скрипела!
Поскольку у дневального что-то явно не ладится, и вода не так скрипит, как ожидал Туманов, то он счел нужным еще сказать:
– Вы что, дурак, или действительно первый раз на свет родились? И не надо мыть полы ежедневно, но хотя бы каждый день надо! Причем хорошо надо!
В ротное помещение заглянул Молодов, но увидев взводного, развернулся и вышел.
– Стойте, товарищ курсант! Что это вы, как Цезарь: пришел, увидел и ушел? И почему вы со мной разговариваете без наличия очков? Я что, что-то непонятное говорю? По-моему я всегда говорю хорошо, значит, говорю понятно. Понятно?
Тут очень кстати подоспел дежурный по роте и доложил:
– Товарищ старший лейтенант, вас вызывает командир роты!
– Есть, – выпрямился взводный, и к всеобщей радости отбыл.
– Вполне своевременно, а то достал уже, – признался Денисов.
– Товарищ курсант, – нарочито серьезно обратился КорС ко мне, – вы ведь до армии год проработали на производстве, да?
– У товарища Иванова за плечами средняя школа, работа на заводе, а теперь вот еще и автомат с противогазом! – пошутил Веня.
– Курсант Нагорный! Пятку на носок ставь! – командует Лео. – Ха-ха!
– Товарищ Иванов, а, правда, что вы работали на каком-то секретном военном заводе? – снова отозвался Королев.
– Правда, – хмыкнул я, – на заводе трамвайных рулей.
– У трамвая разве есть руль? – смешался на миг Королев.
– Нет, просто скоба, за которую можно держаться рукой.
– Просто скоба, – задумчиво повторил КорС, думая явно о чем-то другом, – вроде подножки автомобиля, да? Кстати, кто может дать военное определение того, что такое подножка автомобиля?
– Я! – тут же с готовностью вызвался Рома Журавлев. – Во всяком случае, я попытаюсь. Это совокупность приборов и механизмов, служащих для подачи водителя в кабину транспортного средства! Вот!
– Очень смешно, – без тени на улыбку произнес Королев. – И все-таки, товарищ Иванов, где же вы все-таки работали?
– На швейной фабрике, и я, кстати, об этом как-то уже рассказывал. Так что военный завод – это чья-то выдумка, только и всего.
– Швейком значит был? Или швеем? Или все-таки швеей? – войдя во вкус, КорС никак не может остановиться и любой ценой пытается вывести меня из себя.
– Промерщиком ткани. И хватит уже спекулировать на этой теме и выдумывать разную ерунду, – создавшаяся ситуация, признаться, мне уже начинает надоедать.
– Товарищ курсант, – не унимается КорС, вот ведь зануда, – как бы вы сформулировали свое жизненное кредо на нынешнем этапе … развития человечества?
– Быть впереди всех, знать больше всех, – насмешливо ответил я.
– Пижон, – с непроницаемым видом выразительно выговорил Королев, – что ж, так и быть, я принимаю ваш вызов – будем с вами соревноваться в учебе, идет?
– Мы с вами только что стали свидетелями зарождающегося соцсоревнования среди …, – начал, было, Рома, но Королев грубо послал его подальше, и Рома замолчал.
Поскольку Рома быстро соображать не умеет, возникла пауза, во время которой курсанты выжидающе смотрели на меня.
– Ну что? – уже с нетерпением спросил КорС, – по рукам? Все, что вам нужно сделать, это согласиться или отказаться.
Королев доволен, он уверен, что загнал меня в глухой угол. Ошибаетесь, товарищ Королев. Если и суждено вам меня загнать в этот самый пресловутый угол, то, во всяком случае, не в этот раз.
– По рукам! – согласился я, и мы крепко пожали друг другу руки, и Лео разбил наше рукопожатие. По-братски обниматься мы не стали. После того, как довольный КорС отошел в сторону, Миша тихо сказал:
– Толик, зря ты: Серега эрудит, умница, профессорский сынок. Трудно тебе придется, его ведь почти невозможно превзойти.
Вне всякого сомнения, мнение Миши разделяет вся рота.
– Ну, и замечательно! Чтобы ты знал, почти невозможное – возможно. Будет стимул расти и у меня, и у него!
– Скромняга! – усмехнулся Лео, но его вид говорит о том, что победитель нашего соревнования ему известен заранее, и этот победитель – не я. Что ж, тем более здорово. Для того чтобы одолеть в честной борьбе Королева мне придется поработать, а лишние знания лишними не бывают. Уж извините за тавтологию.