Борзый минус. Глава 73. Как это было

        Наш взвод заступает в гарнизонный караул на гауптвахту, а лично я заступаю выводным. Кроме меня выводными идут Лео и КорС. На инструктаже перед заступлением комендант училища, (тот самый, который Берия) темпераментно размахивая руками, отрывисто предупреждает:
– Увижу пришитые уши – до мяса оборву! (Это он о шапках-ушанках). Полы шинелей тоже должны быть отрегулированы!
– Товарищ курсант, – шепчет Королев, обращаясь ко мне, – каким ключом регулируются полы шинели?
– Никаким, – решает нужным объяснить Вася, который все воспринимает слишком уж буквально, – просто от земли или там от асфальта до нижнего края шинели должно быть 28-32 сантиметра, понял?
КорС снисходительно посмотрел на Васю, и криво улыбнувшись, говорит:
– Вася, не хочется перегружать твою память, но я обратился не к тебе, а сказанное мной было шуткой. Не напрягайся, тебе не нужно обдумывать услышанное. Просто отвали и все.
Меня, право, удивляет то, что Вася до сих пор не научился держать рот на замке. Он всегда особенно волнуется перед заступлением в караул, так что сегодня его поведению можно не удивляться. Впрочем, на этот раз Вася, заметив холодный, леденящий огонь в глазах КорСа, сразу умолк.
– Толик, – шепчет Лео, наклонившись в мою сторону, – пойдем в субботу в увольнение вместе?
– Нет. Я не могу съесть столько блинов, сколько ты, а ты будешь ворчать, что вынужден из-за меня ходить голодным.
– Иванов, – шепчет Батя, – пойдем лучше со мной, не пожалеешь. У нас классная компания собирается. Вот только все парами, а двум девушкам пар нет. Так они по очереди одевают – одна  брюки, а другая  юбку или платье, чтобы «пара» была. Мы с тобой эту пару «разобьем»! Ты себе выберешь ту девушку, какую захочешь!
– Нет, – твердо отказался я, и отрицательно кивнул головой.
– Почему нет? – горячо зашептал Батя и уточнил: – Они обе классные девчонки, я отвечаю!
– Может быть, но я не привык, чтобы меня знакомили. Я сам в состоянии познакомиться с кем захочу.
– Жаль, – искренне опечалился Игорь, – я так на тебя рассчитывал. А девчонки  эти и вправду хорошие. Я уверен, что любая из них произвела бы на тебя потрясающее впечатление!
Батя просто и ясно описал их прелести и прочие достоинства. Инструктаж непривычно быстро окончился, и у нас появилось немного свободного времени. Королев опять задумал меня чем-то достать – это прямо написано у него на физиономии.
– Товарищ курсант, – с правильным видом начал он, и это смешно, ведь понятно, что он ерничает, – я вот читал в сборнике «Административно-территориальное деление СССР», что в вашем Гайсине много евреев. Раньше, похоже, это вообще было еврейское местечко. Это правда?
Разговоры прекратились: весь взвод ждет моего ответа.
– Правда, – киваю я.
– А почему у вас их там так много? – прищурившись, спрашивает Королев.
– Давно известно – рыба ищет, где глубже, а человек – где лучше! Что уж говорить о евреях – они и подавно ищут, где лучше. И раз их у нас много – значит в Гайсине не так уж и плохо!
Взвод хохотнул, КорС хмыкнул и отстал, предварительно сказав:
– Опять же, Хазарский Каганат в ваши края переселили.
  Батя вдруг спросил о своем, наболевшем:
– Слушай, а как у тебя первый раз с женщиной вышло? И где?
Разговоры оборвались на полуслове, так как тема эта всегда всем интересна и нова. Конкретно сейчас всех чрезвычайно интересует вопрос, как это Иванов стал мужчиной?
– С раннего детства я увлекаюсь чтением, и с пяти лет был записан в детскую библиотеку. И работала в библиотеке, разумеется, библиотекарь, которая была старше меня на семь лет. Как выяснилось, я ей очень нравился, и она терпеливо ждала, когда я подрасту. Честно признаться – я к ней тоже неровно дышал, но я был еще мальчишка. Мы с ней много говорили о литературе, как бы случайно. Однажды я ее спросил о какой-то книге, и она пообещала мне ее достать. Предложила подойти к закрытию библиотеки.
– И вы пошли к ней домой? – изменившимся, осипшим голосом спросил Батя, а взвод слушает, затаив дыхание. В воображении товарищей возникают картинки той встречи, только у каждого она своя. Пусть представляют, как кому нравится.
– Нет, она жила в общежитии. К моему приходу она уже отпустила по домам остальных библиотекарей, так что мы были вдвоем. Уже играла музыка оркестра Поля Мориа, а меня ждал торт с чаем и обещанная книга. Мы говорили, шутили, пили чай, потом танцевали, в основном медленные танцы, потом стемнело. Мы сняли шторы с окон, и застелили ими пол. Первый раз это было на полу! Позже мы облюбовали столы и стулья, а потом в библиотеке появился диван! Постельное белье она приносила из дома.
Тема интимной жизни интересна всем без исключения, поэтому меня слушают все и в полной тишине.
– К тому времени она успела побывать замужем, так что с «учительницей» мне повезло! Родители мои ничего не подозревали, ведь все происходило по вечерам. Друзья только удивлялись, почему я от компании отбился и больше не гуляю с ними по вечерам.
– Эх, – вздохнул я, – как же это было здорово – роскошная, опытная  женщина и  каждый день!
– Так-таки каждый день? – с недоверием усомнился Батя.
– Каждый день, – подтвердил я.
– Но этого просто не может быть! У нее что, не было месячных?
– Пацан ты еще Батя, – снисходительно усмехнулся Кальницкий, – ты бы хоть не признавался уже!
– Как это? – все никак не может понять Батя.
– Подрастешь – поймешь, – улыбнулся я, а взвод загалдел, обсуждая мою нехитрую историю. – Вспомнишь тогда этот разговор, и тебе самому будет смешно и стыдно!
У меня у самого этот рассказ пробудил целый рой приятных воспоминаний и дум. Оказывается, все еще так свежо в памяти.
– Да, – хлопнул Батю по плечу Миша. – «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам»!
А я подивился тому, что Миша цитирует Шекспира. Веня вычитал что-то интересное в газете и привлек к себе внимание всего взвода.
– Слушайте, пятьдесят лет назад в Москве был открыт первый светофор.
– Где именно? – лениво интересуется КорС.
– На Тверской, где же еще? – вызывает приступ смеха Веня.
Морозов собрался на перекур и взял свою шапку-ушанку. Не помню, говорил ли я уже, что Костя практически лысый. Те несколько волосков, которые еще сохранились на его черепе, положения дел не меняют.
– Мороз, ты что, в шапке? – удивился Веня.
– Вынужден, – с неохотой признался Костя. – Будет у меня такая грива волос, как у тебя, тогда и я не буду мерзнуть без шапки.
– И когда она у тебя будет? – подмигнул наследнику Павлика Морозова Миша.
Костя отмолчался и унес свой личный драматизм в курилку. Он сильно страдает от того, что в восемнадцать лет уже лысый. Вот и сейчас, похоже, что он обиделся на Мишу. А я со всей отчетливостью и ясностью представил, что та роскошная женщина, о которой я рассказал взводу, вряд ли сейчас одна, и мне сделалось отчего-то так грустно на душе. Хотя ни я ей, ни она мне ничего не обещали.