Сбросить оковы

           Беспощадное солнце неистово жгло измученную, полумертвую землю. Погубив все живое, светило  будто хотело  еще испепелить и  дома  опустевшего городка, расплавить  брошенные  автомобили, превратить в пыль стволы засохших деревьев.  Он шел медленно, тяжело ступая истерзанными ногами - раскаленный асфальт прожигал ступни сквозь толстые подошвы его грубых ботинок, делая каждый шаг нестерпимо болезненным.  Несмотря ни на что он шел вперед, не останавливаясь даже для  минутного отдыха.  Он верил, что там, за чертой этого жуткого города, за границами невыносимого безмолвия, беззвучия и безысходности  есть благодатный край, где у самого леса стоит старый бревенчатый домик с допотопными ставнями и  цветастыми занавесками. Там  в благоуханном саду поют дивные птахи, и  ветер-озорник весело резвится в ветвях  деревьев и кустов, разнося по округе   волшебные запахи   спелых фруктов, ягод и цветов. Там, в благодатном краю, живет его бабушка.
        Раскаленный воздух -  густой, тягучий -  словно цепями сковал  его тело, не давая двигаться дальше. Он  понимал   -  самое легкое дуновение ветра могло  бы сбросить тяжелые оковы с рук и ног и  освежить голову.  Но воздух был  бездвижен.  Вспомнилась бабушкина присказка,  он остановился и  призывно прокричал в небеса:
«Ветерочек, ветерок!
Прилети к нам на часок.
В тучках принеси водицы,
Дай скорей земле  напиться»
        Евгений Алексеевич смотрел в беленый потолок больничной палаты и перебирал   мрачные картинки своего сна. Сон этот повторялся  регулярно   много лет.  Евгений Алексеевич объяснял это  себе тоской по ушедшей бабушке - она была самым близким для него человеком.
       Каждый год  мама увозила его  из шумной Москвы в маленький волжский городок  и оставляла у бабушки на все лето. Бабушка жила на самой окраине городка в старом деревянном доме, жила по старинке -  по-деревенски. Бабушка была верующей, но вера ее была  доморощенная, как-то  по-детски наивная : в церковь ходила  только по большим праздникам,  молилась своими словами, зажигая свечечку у одной-единственной старенькой  иконы,  но в  мыслях и делах своих всегда была  с Богом. « Боженька!» - ласково называла она Создателя. 
      Бабушка трудилась с раннего утра до позднего вечера. И Женька с маленького возраста был рядом - и в огороде, и в курятнике, и на кухне.  «Летний день долог, можно много успеть дел переделать», - повторяла бабушка. Каждый день ходили они в лес - Женька  очень любил эти прогулки! Да как же  их не любить ?!  Даже  старый дворовый пес Малыш  вприпрыжку  мчался по лесной  тропинке,  оглядываясь временами   на хозяев -  ну, чего отстаете, глядите, какая тут красота! Женьке особенно нравились сосны - высоченные, стройные, величавые.   А дубы?!  Вот  это мощь, вот это красота! Лес был прекрасен и в утренние часы, и  в часы вечерние,  в ясный день и в пасмурный. Когда  во время прогулки   налетевший ветер теребил  макушки деревьев, они - дубы, сосны, осины и березки - трепетно отзывались  нежным шелестом листвы и  скрипом  ветвей. В такие моменты бабушка говорила : «  Гляди-ка, Боженька рядом с нами».  Женька вглядывался в верхушки деревьев, пытаясь увидеть  того, о ком говорила бабушка: « Где, бабуль, я не вижу его? Нет там никого!»   «Рядом он, - отвечала бабушка, - Слышишь, это  дыхание его!»
         Женька подрастал, бабушка старела. Больные ноги не давали покоя и  она все реже теперь ходила с внуком в лес. Зато в жизни  мальчика появился  верный дружок - соседская девчонка  Света, Цветик, как  ее называла бабушка. Зеленоглазая,  с рыжими конопушками на носу девочка  стала  для Женьки настоящим другом.  Им весело было вдвоем: вместе помогали бабушке,   вместе читали  книжки из заданного на лето  списка по литературе,   часами просиживали за шахматной доской, гуляли в лесу, болтая обо всем на свете. Оба едва сдерживали слезы, расставаясь в конце августа, когда за Женькой приезжала мама. А потом писали друг другу письма -  и ждали лета.
         С возрастом  детская дружба переросла в любовь - настоящую взрослую любовь.  А потом…
Евгений Алексеевич  резко   отбросил воспоминания, не хотелось ворошить прошлое -  слишком больно от этого его  душе.
       Мужчина  окинул взглядом убогую обстановку  больничной палаты -  да, скромненько живет провинция. Угораздило же его попасть сюда, мужчина мысленно выругался. Да он вообще, кстати, не должен был ехать в командировку  в этот забытый богом городишко - приказ был подписан на Петрова. Но у того, видите ли, серебряная свадьба и к нему понаехала куча родственников! Генеральный пошел  юбиляру  навстречу - и вот он, руководитель проекта,  здесь!   Да еще в больницу попал. Глупо как-то все вышло, с раздражением подумалось ему о вчерашнем дне… Но вспомнив зеленоглазого малыша, которого он успел выдернуть буквально из-под колес автомобиля, потеплел душой. Сам отскочить не успел и вот - перелом, гематомы, еще и сотрясение в придачу.
        Мысли Евгения прервали голоса, доносившиеся из коридора.  Мужчина приподнялся, опираясь на здоровую руку, прислонился к спинке кровати - лежать было  уже невмоготу. Дверь палаты тоненько скрипнула и впустила  посетителя. Элегантная дама  уверенно  шла к нему.  Сделав два шага, охнула, словно испугавшись, резко развернулась и направилась к выходу.  Но Евгений успел ее  разглядеть: зеленые, с хитринкой,  глаза -  он не мог их забыть все эти годы. От волнения закружилась голова.
- Цветик! -  выкрикнул он вслед сбегавшей женщины, - Не уходи…
 - Здравствуй, Евгений, - женщина вернулась, подошла к кровати, села рядом.
- Ух ты, как официально, - усмехнулся мужчина, - А как ты меня здесь нашла?
-  Я просто пришла выразить благодарность человеку, который спас моего внука.
- Внука?! Цветик, так ты бабушка?! Ну, по тебе и не скажешь! - стараясь быть спокойным, сказал Евгений и спросил, -  Живешь здесь?
 Женщина кивнула в ответ.
- Так вот, значит, куда ты от меня сбежала!- боль давней обиды накатила  на него холодной волной.
- Я не сбегала от тебя, -  спокойно ответила Светлана, - это ты уехал.
-Не сбегала она! Выскочила замуж, уехала в это захолустье. Не сбегала… - Евгений не мог скрыть раздражения. Успокоившись, продолжил:
- Я приехал за тобой. В вашем доме чужие люди. Подружка  твоя сказала, что ты вышла замуж и уехала вместе с мамой  к мужу в другой город.  В какой - она не знает. Вот и все. Не сбегала ?!
- Какая подружка? Ирка что ли? Да она  с пятого класса по тебе страдала, потому и в подружки набивалась, чтоб к тебе поближе быть. Не было у меня друзей - только ты один…- сказала как выдохнула и замолкла.
 Пауза, неловкая, тягостная,   тревожила душу.  Евгений не выдержал и заговорил первым:
-Вчера там, на дороге, среди  суеты,  мелькания незнакомых лиц и  чужих голосов  мне вдруг подумалось - вот так случись что со мной, и некому будет даже оплакивать мою несчастную душу… Должность, ученая степень… открытия, награды… признание…все тлен…ни одного родного человека рядом…никого…-  мужчина словно выдавливал из себя слова, говорил медленно, с долгими паузами.
         Светлана слушала, закрыв лицо ладонями. Плечи ее вздрагивали -   она плакала. Не выдержав, бросилась ему в объятия и жарко зашептала:
-Женька, родной мой, любимый, прости, прости.  Я сама не понимала, что  натворила. Ты только не перебивай меня. Я должна тебе все-все сказать.  Ты вчера спас своего внука. Мама Женьки, Мила - твоя дочь. Я хотела тебе написать про беременность,  хотела  даже поехать к тебе в Москву, но мама запретила. Она сказала, что ты  на мне все равно  не женишься, что я тебе не пара - ты «столичная штучка», а я «деревня»,  а если женишься, то все равно бросишь. «Я тебя одна вырастила, и твоего ребенка вырастим». В общем, не пустила …Нашла работу здесь,  продали дом и уехали.  Я  хотела тебе написать, правда! Но потом подумала  - тебе учиться надо,  ты  такой умный,  талантливый! Боялась испортить тебе жизнь….Глупая, да ?… И сама не жила - будто  сковали меня тяжелыми оковами. Если бы не дочь, не выжила бы... Прости меня.
       Внезапно налетевший ветер с шумом распахнул окно,  наполнив больничную палату свежестью прохладного утра. Ветер играл с легкой белой занавеской,  и березка за окном отзывалась  ему  трепетным шелестом нежной листвы.
- Боженька рядом, я слышу его дыхание , -тихо произнес Женька, обнимая Цветика, и повторил , - Боженька рядом с нами».