Несвоевременные мысли

Анатолий Завгородний
Несвоевременные мысли
Корабль.
Шезлонги.
По радио передают песню "Мои года- моё богатство" в исполнении Вахтанга Кикабидзе.
- Правда, душевная песня? - Спрашивает сосед. - Я бы её слушал и   слушал.
- Хорошая песня, - отвечаю, - но смахивает на песню прощания. И патетики много.
- Что Вы имеете в виду?
- Ну, вот это "никому их не отдам". Да кто их забирает?! Образно всё, как в том анекдоте о колхозном собрании и награждении деда благодарностью. Слышали? Вызывают на сцену награждаемых, что-то им вручают. Какому-то деду объявляют благодарность, он тоже идёт на сцену. Ему ничего не дают. И тогда он сам спрашивает:
- Дэ то, шо казалы?!
Организаторы начинают оправдываться:
 "Та цэ, диду, такэ слово!
- Такэ слово, такэ слово! - Передразнивает дед, - Так и кажить, шо ничого нэ даетэ.

Посмеялись. Потом новый знакомый спросил:
-А почему Вы вдруг заговорили на украинском?
- Это язык моего детства. Я жил среди переселенцев с Украины.  Детское порой запоминается на всю жизнь. Вы, может, знаете, какими были последние слова Юлия Цезаря?
-  Он спросил: "И ты, Брут?!"
- Нет! Не совсем так. Он спросил: "И ты, дитя моё?» (Брут был его пасынком). И спросил это на греческом языке -  языке своего детства. Рим, покорив Грецию, страну, опережавшую его в развитии, старался перенимать язык, знания, культуру Греции. В каждой состоятельной семье были няни-гречанки и учителя-греки. Были они и у Цезаря. И вот Цезарь в последний момент своей жизни вспомнил тот язык и то, как няня обращалась к нему: «Дитя моё!».

Помолчали. Потом новый знакомец опять заговорил:
- Вот Вы сказали, что песня Вахтанга Кикабидзе похожа на песню прощания. Что-то в этом есть. На мой взгляд, она лучше похоронного марша при прощании. Как считаете?
- Вообще никак не считаю, ибо это вне нашей досягаемости. Всё будет, как решат другие люди. Да и мне, по большому счету всё равно, как это будет, ибо меня тогда уже не будет. Я не понимаю тех людей, которые что-то там завещают: Симонов, например, развеять его прах над Буйничским полем, Чуйков - похоронить его на Мамаевом кургане! Как-то это ими может быть прочувствовано, проконтролировано исполнение?! Что-то как-то им облегчит?! - Так, разговоры праздные!
Но я вот, если бы моё мнение что-то значило, предпочел, чтобы меня провожали в последний путь песней "До свиданья, города и хаты». Веселая песня Великой отечественной войны. Написана на второй день войны. Вот как тогда верили в победу! Неудивительно, что и у нас, детворы послевоенного времени, она пользовалась большой любовью.
Помолчал и добавил:
- Энергичная, как и вся моя жизнь. Мне было лет пять, моему брату Саше и того меньше, и с этой песней мы выступаем в районном доме культуры. Народу - уйма, люди стоят и сидят в проходе. Нам аплодируют. Как такое забыть?!
Вот с этой песней, с которой я пришел в большую жизнь, с ней, по идее, мне и уходить. Но, повторяю, решать это не мне, поэтому не стоит и говорить! Можно ли навязывать свою волю кому-то. Расчет на благодарность за что-то там?! - Пустое! Ты жил, как жил, и не ради благодарности. И вообще лучше об этом не задумываться. Пока живешь, думать надо о жизни!