Пеорда

Монастырь Блаженной Моны  стоял на высоком холме, где ветер всегда пах полынью, дождем и колокольным звоном.
Говорят, что здесь даже тишина  молитва.
В скоромной келье жил человек, забывший своё мирское имя  . Оно стерлось, как стираются надписи на старых надгробиях, уступив место служению, ставшему смыслом всей его жизни.
При постриге он получил имя - Святой Отец и даже вписал это редкое имя  в  паспорт подданного ея величества.


Какандра впервые переступила монастырский порог в начале весны. Пожелтевшие листья лип кружились над каменными дорожками, а холодный свет ложился на древние стены так, словно само время замедляло здесь свой бег.

Она приходила редко, никогда не стремилась быть замеченной. После вечерней службы долго сидела в пустом храме, слушая, как затихает эхо молитв. Святой Отец увидел ее молчание раньше, чем услышал её голос.

Они  говорили о вере, о богословии, о безбожном мире .  С каждым разом  их беседы становились всё длиннее, словно каждый находил в другом отражение тех мыслей, которые прежде не смел произнести.

Наступило холодное латино-американское лето.
В глазах Какандры отражались язычки пламени монастырской печки.

— Иногда мне кажется , что Бог послал мне испытание, которое я не смогу одолеть.

Выдержав паузу Святой Отец сказал:
— Испытания редко приходят в том облике, которого мы ожидаем.

Какандра ничего не ответила, только стала на колени и положила голову на бёдра Святого Отца.
— Я люблю вас - прошептала Какандра...

Он понимал, что от того, как он сейчас поступит  зависит не только его судьба, но и судьба души влюблённой в него Какандры.
Не сумев найти в себе силы, он задрал полы её платья,   ткнув Какандру , так что она чуть не воткнулась  лицом в щель между лежанкой и спинкой дивана. Спустив с Какандры трусы, Святой Отец пристроился сзади...

Наверное неделю после этого они не виделись.  Он молился, искал ответы, перечитывал древние тексты, словно надеясь обнаружить между строк оправдание собственному поступку.

Когда Какандра пришла вновь, он сказал:

— Если ты останешься в миру, тебя будут тянуть тысячи дорог.
Она долго молчала.
— Вы предлагаете мне отказаться от мира?
— Я предлагаю тебе отказаться от шума мира.

Она улыбнулась печально.
— Хотите спрятать нашу любовь?
Он не ответил сразу.
— Некоторые чувства обретают силу только в тайне.

Через несколько месяцев Какандра приняла постриг с именем Пеорда.
Ее прежнее имя почти перестали произносить. Теперь для всех она стала сестрой обители, одной из многих женщин в темных одеждах, проводивших дни в молитве и труде.

Лишь изредка, поздними вечерами, когда монастырский двор пустел и над древними стенами поднималась луна, она приходила  в Святому Отцу на исповедь, в старую библиотеку, где пыль веков скрывала не только забытые рукописи, но их со Святым Отцом тайну.

Они почти перестали разговаривать на богословские темы, Пеорда молча становилась на колени упираясь головой в спинку дивана, Святой Отец становился сзади и задирал полы её подрясника входил в её лоно.
Делали они это молча,  без стонов и вскриков.

Их любовь существовала словно огонь в лампаде: маленький, скрытый стеклом, незаметный для тех, кто проходил мимо.

Святой Отец, оставаясь для всех образцом духовной стойкости, все отчетливее чувствовал в себе внутренний разлад между проповедью и собственной жизнью.

В очередной раз до краёв наполнив лоно Пеорды переизбытками своей веры, он долго смотрел в темное окно библиотеки, где отражались две одинокие фигуры на диване.