12. Чужие правила

--- --- --- Предыдущая глава: http://proza.ru/2026/07/13/1555


* * * Ложь становится честнее, когда у неё появляются правила * * *

В последующие дни собственные мысли всё чаще удивляли Веру. Незнакомые слова порой казались давно понятными, а вывод возникал раньше, чем она успевала осознать ведущие к нему рассуждения. Особенно легко это происходило со всем, что касалось Гоэтии. Стоило открыть очередной список или описание ритуала, как почти сразу становилось понятно, что заслуживает внимания, а что можно пропустить.

Вот только за пределами демонологии эта ясность исчезала. На обычный вопрос не всегда находился ответ, сообщения приходилось перечитывать по нескольку раз, а выбор между двумя привычными вещами внезапно требовал мучительных раздумий. Иногда Вера останавливалась посреди комнаты, не понимая, зачем сюда пришла. Прежде она даже не замечала, сколько всего решает за день. Что надеть, когда поесть, чем заняться перед сном. Теперь приходилось отдельно вспоминать о погоде, разбираться, голодна ли она или просто хочет спать, и обдумывать то, что раньше получалось само собой. Необходимые ответы словно увязали где-то в глубине, и попытки вытащить их быстро утомляли.

Поэтому к потустороннему Вера возвращалась с облегчением. За чтением не нужно было мучительно выбирать или проверять каждую мысль. Даже запутанные связи между разными культурами складывались без особого труда. За именами Хаягривы и Оробаса теперь легко узнавалась одна и та же сущность, о которой говорили Дани и Влад. Ещё недавно подобные соответствия только сбивали с толку, а теперь казались очевидными.

Постепенно прояснились и противоречивые сведения о Марбасе. В одних источниках он находил скрытые причины недугов, в других исцелял их, а в третьих сам насылал болезни и эпидемии. Последнее уже не смущало. С тем же успехом можно было обвинить чумного доктора в чуме лишь потому, что он появлялся там, где она бушевала. Куда важнее оказалось замечание Дани. Марбаса интересовала сама механика заболевания, а не выздоровление больного. С этим легко связывалось даже его имя, происходившее от латинского «morbus», означавшего болезнь.

На фоне такой ясности особенно нелепо выглядели советы начертить сигиллу Марбаса для открытия «денежного канала». Вряд ли астральный доктор, больше учёный, чем лекарь, вообще понял бы, чего от него хотят. Поначалу Вера порывалась объяснять подобные вещи в комментариях, но быстро убедилась, что лишь тратит время и нервы. Большинство «экспертов» просто копировали друг у друга мутные формулировки, добавляя отсебятину из фэнтези, сериалов или собственного воображения. На замечания отвечали так грубо, что желание дискутировать пропадало.

К тому же все эти пустые споры не приближали к спасению мамы. Чем лучше Вера понимала интерес Марбаса к болезням, тем меньше надеялась, что он захочет помочь. Вот только среди остальных демонов другого целителя не находилось, и мысли неизменно возвращались к нему. Похоже, Влад спутал Будду Медицины с Хаягривой, и вместо Марбаса взрослые обратились за помощью к Оробасу. Иначе зачем было выбирать демона, связанного с избранностью и смертью?

Спросить об этом хотелось без лишних ушей. Но напрашиваться в гости к отцу подруги было нелепо, звонить ещё хуже, а рядом с ним почти наверняка окажется Лиза. Оставалось дождаться, когда Влад с женой придут к маме, и при случае упомянуть нечаянно увиденный ритуал.

Впрочем, раньше представился другой случай. Как-то вечером к ним заскочила Рена и пригласила Галину на свой день рождения в клуб, где Влад с Яном вели «Мафию». Там наверняка будет проще найти минутку для разговора. Если мама захочет уйти раньше, можно остаться и попросить Влада подбросить её до дома. К тому же и Лиза на эти игры не ходила. План был безупречен.
- А можно я тоже пойду? - спросила Вера, уже готовясь объяснять внезапный интерес. - Хочу посмотреть, как вы играете.
- Конечно, Верусь! - Рена обрадовалась так искренне, что объяснять ничего не потребовалось. - Можно и посмотреть, и поиграть, если захочешь. Думаю, Владик с Янчиком тоже будут очень рады!

* * *

В просторном зале общественного здания уже собирались на «Мафию». Переступив порог вслед за мамой, Вера оглядела сдвинутые квадратом столы под чёрно-красной скатертью. Вокруг рассаживались взрослые, обменивались приветствиями и переговаривались через свободные места. Среди стаканов с чаем и телефонов перед каждым стулом стоял номерок и лежала маска. Пока всё напоминало обычную встречу знакомых, но эти одинаковые предметы придавали ей странную серьёзность. Здесь у предстоящей лжи имелся официальный инвентарь.

Обманывать полагалось под чужим именем. Ещё в день приглашения Рена объяснила, что за столом все пользуются никнеймами, чтобы меньше переходить на личности. Такая условность особенно понравилась Вере. Настоящее имя оставалось за пределами стола, а вместе с ним можно было оставить всё, что окружающие привыкли о тебе думать. В игру входила выбранная маска.

С остальными правилами такой ясности не было. Мирные, мафия, шериф и дон по отдельности ещё запоминались, но что каждому разрешалось и полагалось делать, уже начинало путаться. Пока собирался народ, Влад отвёл Веру в сторонку и принялся уточнять подробности, хотя Рена заверила, что уже всё рассказала. Поначалу Вера старалась следить за его речью. Вот только мысли постоянно возвращались к вопросам о Гоэтии, которые были не к месту. К тому же рядом суетились люди. Кто-то здоровался, кто-то вмешивался с комментариями. И когда Влад наконец спросил, всё ли понятно, она поспешно кивнула, с досадой осознав, что почти всё прослушала.

Наблюдать она устроилась рядом с мамой, откуда хорошо просматривался весь стол. Сегодня распоряжался Ян. Прежде он казался далёким и непонятным, зато здесь уверенно управлялся с собравшимися, почти не тратя лишних слов. По его команде отодвинули стаканы, прекратили разговоры и закрыли лица масками. В этой слаженности было что-то обрядовое, и Вера невольно подалась вперёд, стараясь ничего не пропустить.

Под приглушённую музыку участники по очереди открывали глаза и смотрели на карту, которую показывал ведущий. Коротко кивнув, каждый снова опускал маску. Даже раздача напоминала тайный ритуал. Увлёкшись самим действием, Вера не запомнила, кому что досталось. Зато потом музыка загрохотала, трое приподняли маски и принялись жестикулировать между собой. Всё сразу прояснилось.

К разочарованию Веры, Влад так и не снял маску. Скрестив руки на груди, он слегка покачивался в такт музыке. Посмотреть, как он обманывает остальных, было бы куда интереснее. Зато среди мафии оказалась Рена, и после объявления дня Вера приготовилась внимательно слушать и учиться у самой весёлой знакомой мамы.

Первые же фразы Рены заставили Веру заёрзать на стуле. Не выпуская из рук маску с надписью «Коноплянка», мамина подруга уверяла соседей в своей «красноте» так неубедительно, что хотелось вмешаться. Едва сдерживая желание присоединиться, девочка мысленно указывала остальным на отдельные детали этого бездарного вранья. Однако обсуждение почему-то уходило совсем в другую сторону. Подозревали мирных, оправдывали сообщников Рены, цеплялись к случайным словам и пропускали то, на что следовало обратить внимание в первую очередь. Даже Влад сомневался и перебирал какие-то нелепые версии. От человека, способного объяснить устройство Гоэтии, Вера ожидала большей проницательности.

Накал страстей нарастал. Спорили всё громче и всё чаще перебивали чужие речи, не дожидаясь своей очереди. В ответ раздавался грозный выкрик Яна «Фол!». После этого воцарялся порядок, но ненадолго. Зачем нужны предупреждения, если потом все продолжают делать то же самое, Вера так и не поняла. Наблюдать за столь небрежной игрой стало скучно, и к её окончанию она уже с нетерпением поглядывала на Влада, надеясь поймать его в перерыве.

Едва всё закончилось, народ поспешил на кухню поздравлять Рену. Тесное помещение сразу наполнилось голосами. Из холодильника достали торт и напитки, кто-то искал нож, кто-то протискивался к стаканам. Отвлекать Влада от поздравлений вопросами о Гоэтии было неуместно. К тому же возле него стояла мама, смеявшаяся над чем-то вместе с остальными. Она не искала дочь глазами и, кажется, совсем не нуждалась в её присутствии. «Безупречный план» разваливался. Нахмурившись, Вера взяла кусок торта и выскользнула обратно в зал.

После перерыва она отказалась от очередного приглашения за стол. В правилах ночных и дневных фаз Вера так и не разобралась, а переспрашивать после уверенного кивка было неловко. Лучше сначала подготовиться дома, чтобы при следующем появлении сразу показать себя. Желающих и без неё хватало, поэтому настаивать никто не стал. Видимо, приглашали скорее из вежливости, чтобы новая девочка не чувствовала себя забытой.

До конца вечера Влад то получал карту вместе со всеми, то занимал место ведущего, а мама уходить раньше остальных не собиралась. Просьба подвезти их обеих тоже ничего не решала. На этот раз поговорить не удалось, зато теперь Вера могла приходить самостоятельно. Оставалось лишь подучить правила, ну а с никнеймом она определилась ещё до прихода сюда. Синигами.


--- --- --- Следующая глава: http://proza.ru/2026/07/15/999