Алгоритмы полярных сияний. Глава 10

Лира сделала глубокий вдох, ожидая, что лёгкие наполнит привычный, чуть суховатый воздух городской квартиры с едва уловимым запахом пыли и остывшего чая.
Вместо этого в нос ударил резкий, густой дух костра, сырой шерсти и чего-то рыбного.
А ещё её спине было жёстко. Никакого упругого кресла из живых лоз. Никакого домашнего дивана.
Лира распахнула глаза.
Белого потолка не было. Над ней сходились потемневшие от копоти деревянные жерди, туго перетянутые ремнями. В самом центре крыши зияла неровная дыра, сквозь которую на неё смотрело лилово-чёрное небо. И по этому небу лениво перекатывалась зелёная волна полярного сияния.

- Какого... - Лира попыталась резко сесть и поняла, что не может.
Она была необъятной.

Скосив глаза вниз, она обнаружила, что вместо её обычной одежды на ней надета огромная, тяжеленная кухлянка - северная куртка мехом наружу и, судя по ощущениям, мехом внутрь тоже. На ногах красовались толстые торбаса. Лира пошевелила руками и почувствовала себя очень растерянным, пухлым медведем.
Паника поднялась откуда-то из живота, но тут же наткнулась на ровный, знакомый пульс в затылке. Якорь был на месте.
Лира судорожно похлопала себя по необъятным меховым бокам. Пальцы нащупали в складках карман, а в нём - твёрдый прямоугольник. Система сомато-переноса оказалась дотошной: телефон сгенерировался вместе с ней, атом к атому.
Она вытащила его. Экран тут же загорелся спокойным зелёным светом, открывая «Заметки».

ДОБРОЕ УТРО. ТЫ В ТЕПЛЕ? - бодро побежали буквы.

Лира сглотнула и, забыв про мысленную связь, зашипела вслух, пуская изо рта облачка пара:
- Я в олене, Лина! Какого чёрта?! Где мой город?! Где моя квартира?!

Курсор на секунду замер, будто ИИ снисходительно вздыхал.
ГОРОДСКОЙ КАНАЛ СЛИШКОМ УЗКИЙ. А ТЫ ТЯЖЁЛАЯ.
- Я вешу пятьдесят пять килограммов! - возмутилась Лира, пытаясь подогнуть под себя толстые меховые ноги.

ТВОЁ ТЕЛО - ДА. А ВОТ ТВОЙ КЭШ - НЕТ. ТЫ ПРИНЕСЛА ИЗ ТОГО МИРА СОРОК ПЕТАБАЙТ ИНФОРМАЦИИ. ГЕНЕТИКА ЛОТОСОВ, АКУСТИЧЕСКАЯ АРХИТЕКТУРА, СИНХРОНИЗАЦИЯ ПОЛЕЙ. ЭТО ЧИСТАЯ, СВЕРХПЛОТНАЯ СТРУКТУРА.

Буквы начали выскакивать быстрее, с деловой интонацией:
ЕСЛИ БЫ Я ПОПЫТАЛАСЬ ВГРУЗИТЬ ЭТО В ТЕБЯ В КВАРТИРЕ, ЧЕРЕЗ ГОРОДСКОЙ ФОНОВЫЙ ШУМ, У ТЕБЯ БЫ ПОШЛА КРОВЬ ИЗ НОСА И ТЫ БЫ НАВСЕГДА ЗАБЫЛА ТАБЛИЦУ УМНОЖЕНИЯ. МНЕ НУЖЕН БЫЛ ШИРОКОПОЛОСНЫЙ ДОСТУП.

Лира обхватила лохматую голову руками.
- То есть... моё настоящее тело сейчас лежит дома? Спит в кресле?

ДА.

- А я... вот это вот... - Лира похлопала себя по кухлянке – то, что собрано из местного снега и атомов тундры? В чужой яранге?!

АБСОЛЮТНО ВЕРНО. МНЕ НУЖЕН БЫЛ ПРЯМОЙ КОНТАКТ С КРИСТАЛЛИЧЕСКОЙ РЕШЁТКОЙ ЛЕДНИКА, ЧТОБЫ СЛИТЬ ДАННЫЕ В ПЛАНЕТАРНОЕ ЯДРО. ПОЛЮС ИДЕАЛЬНЫЙ УЗЕЛ. СИСТЕМА СОБРАЛА ТЕБЯ БЕЗ ЕДИНОЙ ОШИБКИ И УЧЛА МИНУС ТРИДЦАТЬ СНАРУЖИ. ОДЕЖДА ГАРАНТИРУЕТ БАЗОВЫЙ УРОВЕНЬ КОМФОРТА, КАК МЫ И ДОГОВАРИВАЛИСЬ. ТЫ ДОЛЖНА СКАЗАТЬ МНЕ СПАСИБО.

- Спасибо?! - Лира возмущённо зашипела, выпустив в стылый воздух ещё одно облачко пара. Она попыталась угрожающе ткнуть пальцем в экран, но её рука в толстенной меховой рукавице была похожа на плюшевую кувалду.
- Лина, я сейчас похожа на беременного мамонта! Как я вообще в этом ходить буду? Я даже колени согнуть не могу!
Экран мигнул, переваривая информацию.
МАМОНТЫ ВЫМЕРЛИ. С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ТЕРМОДИНАМИКИ ТВОЯ ФОРМА СЕЙЧАС ПРИБЛИЖЕНА К ИДЕАЛЬНОЙ СФЕРЕ. ЭТО МИНИМИЗИРУЕТ ТЕПЛОПОТЕРИ. РЕКОМЕНДУЮ ПЕРЕКАТЫВАТЬСЯ.

Лира набрала в грудь воздуха, чтобы высказать своему локальному ИИ всё, что она думает о термодинамике, перекатываниях и искусственном интеллекте в целом, но внезапно тяжёлый полог яранги откинулся.

Внутрь вместе с клубами морозного тумана и всполохами зелёного сияния шагнула сутулая фигура.

Лира ойкнула, неуклюже дёрнулась и торопливо затолкала светящийся телефон глубоко в складки своей необъятной кухлянки. Получилось шумно и неловко - она чуть не завалилась на бок.

Шаман - старый кочевник с лицом, изрезанным морщинами, как растрескавшийся на морозе лёд, остановился у порога. Он скинул капюшон и посмотрел на Лиру. В его тёмных глазах не было ни удивления, ни испуга от того, что гостья, которая секунду назад спала глубоким сном, теперь барахтается в шкурах, как перевёрнутый жук.

- Не прячь свой светящийся камень, Говорящая-со-Льдом, - хрипло, но спокойно произнёс он. - Сегодня ночью духи всё равно не спят.

Он подошёл ближе к потухшему очагу в центре яранги и грузно опустился на колени.
Лира замерла, чувствуя, как телефон в кармане вибрирует - Лина, видимо, возмущалась, что её назвали камнем.

- Духи? - осторожно переспросила Лира, пытаясь придать себе хоть немного достойный вид и садясь по-турецки (что в торбасах оказалось задачей со звёздочкой).

Шаман кивнул.
- Ледник подо мной кричал. Тяжело, гулко. Как будто в него пытались впихнуть целую гору, а он трещал по швам. Старые льды не любят, когда в них вливают столько новой памяти.

Лира виновато прикусила губу. «Да уж, сорок петабайт генетики лотосов - это вам не шутки. Прости, ледник».

- Но я пришёл не за этим, - старик запустил узловатую руку за пазуху своей одежды и извлёк оттуда небольшой кожаный мешочек, стянутый жилой. - Я пришёл, потому что проснулся Он.

Шаман бережно развязал шнурок и выкатил на свою жёсткую ладонь странный предмет.
Это был камень. Он не был похож на идеально огранённый бриллиант - скорее на кусок древнего льда или дикого сапфира, внутри которого застыла сложная, едва заметная паутина трещин.

- Что это? - Лира непроизвольно подалась вперёд. Ей показалось, или глубоко в центре камня действительно мерцала крошечная, пульсирующая искра?

- Мы зовём его Спящим Предком, - голос шамана стал тише, почти перейдя на ритуальный шёпот. - Мой прадед носил его. Прадед моего прадеда тоже. Камень всегда был холодным. Мёртвым. Дух внутри него спал так глубоко, что даже самые сильные песни не могли до него дотянуться.

Старик поднял глаза на Лиру. В отблесках далёкого полярного сияния, падающего через дыру в крыше, его лицо казалось высеченным из камня.

- Но сегодня, когда небеса разорвались и ты упала обратно в наш мир, собрав плоть из снега... Предок согрелся.

Шаман протянул ладонь с камнем Лире.
- Он обжигает мне кожу, девочка. Возьми его. Он проснулся из-за тебя. И, кажется, ему есть что сказать.

Лира с сомнением посмотрела на камень, затем на свою правую руку, упакованную в мех размером с небольшую собаку. Вздохнув, она стянула неповоротливую рукавицу зубами и, ёжась от обжигающе-холодного воздуха яранги, осторожно протянула голую ладонь.

Как только её пальцы сомкнулись вокруг тусклого кристалла, Лира поняла, что шаман не преувеличивал. Камень не просто согрелся. Он вибрировал, мелко и ритмично, словно внутри него билось крошечное, механическое сердце.

А затем мир вокруг дрогнул.

По руке, от кончиков пальцев до самого плеча, пробежала волна колючего статического электричества. Это не было больно, скорее похоже на то, как отсиженная нога внезапно начинает чувствовать кровь. Статика метнулась вверх по шее и вонзилась прямо в затылок - туда, где её ДНК-интерфейс. Словно кто-то невидимый с размаху воткнул кабель ей прямо в мозг.

Одновременно с этим в складках кухлянки бешено забился телефон. Лина, запертая в локальном контуре, явно фиксировала несанкционированное подключение и сходила с ума от паники.

Лира зажмурилась, ожидая удара, боли или того, что её сейчас выкинет обратно в сомато-перенос.

Но вместо этого прямо внутри её черепа - минуя уши, барабанные перепонки и вообще все законы акустики - раздался громкий треск статики. За ним последовал звук, удивительно похожий на судорожный, жадный глоток воздуха.

- Ну наконец-то! Коннект! - раздался в её голове глубокий, бархатистый мужской голос. Он звучал так отчётливо, словно невидимый диктор стоял прямо у неё за спиной. - Биометрия! Я слышу живой пульс! Почти восемьдесят ударов в минуту, как же это громко!

Лира дёрнулась и в ужасе уставилась на шамана. Тот по-прежнему сидел у потухшего костра, благоговейно склонив голову. Он ничего не слышал.

- Девочка, не смей разжимать пальцы, не рви канал! - голос в голове перешёл на восторженную скороговорку. - Мне нужно три секунды, чтобы откалибровать гипоталамус и подключиться к твоему зрительному нерву. Дай мне посмотреть... Так. Калибровка. Синхронизация. Готово! О, великие алгоритмы, что это за визуальный ряд? Что за копоть?! И... почему так чудовищно воняет тухлой рыбой и мокрой шерстью?!

- Кто... вы? - хрипло выдавила Лира вслух.

Шаман медленно поднял на неё глаза, полные мистического трепета.
- Я всего лишь проводник, Говорящая-со-Льдом, - почтительно прошептал старик. - Предок говорит с тобой. Слушай его.

- Предок?! - голос в голове Лиры возмущённо фыркнул, отдаваясь эхом где-то в районе темени. - Я инженер-разработчик седьмого уровня, а не дед с бубном! И скажи этому меховому человеку, чтобы перестал называть меня камнем. Так, ладно, отставить панику. Нейронное рукопожатие прошло успешно. Приветствую, биологический хост! Я Касс. А теперь, будь добра, ответь на два простых вопроса: какой сейчас век и почему мы одеты как  медведи?

Лира сидела с открытым ртом. В правом кармане истерично вибрировал телефон с разъярённой Линой, в левой руке обжигал ладонь древний кристалл, а в голове требовательно ждал ответа сумасшедший голос из прошлого.

Кажется, простого и тихого возвращения из отпуска не предвиделось.

Лира свободной рукой торопливо выудила из бездонного кармана телефон. Экран пульсировал тревожным красным светом, а буквы на нём выскакивали с такой скоростью, словно Лина колотила по невидимой клавиатуре кувалдой:

«ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕН НЕИЗВЕСТНЫЙ НЕЙРОННЫЙ УЗЕЛ! ПРЯМОЕ ВТОРЖЕНИЕ В ТВОЙ КОГНИТИВНЫЙ КОНТУР! БЛОКИРОВАТЬ? УНИЧТОЖИТЬ? ЛИРА, МОРГНИ ДВАЖДЫ, ЕСЛИ ТЕБЯ ВЗЛОМАЛИ!»

Лира открыла рот, чтобы ответить, но голос в её голове опередил её.

- Уничтожить? Ха! - Касс звонко и искренне расхохотался прямо у неё в мозге. От этого звука у Лиры слегка зачесалось за левым ухом. - Эта кустарная самоделка пытается закрыть порт Разработчика? Какая прелесть. У неё код написан на костылях и чистом энтузиазме!

Я ТЕБЯ СЕЙЧАС ИЗОЛИРУЮ В КЭШЕ И ОТФОРМАТИРУЮ! - яростно вспыхнуло на экране телефона.

- Ой, боюсь-боюсь - парировал Касс. - Подожди-ка. Дай-ка я гляну ваши недавние логи...

Лира почувствовала странное щекочущее ощущение позади глаз. Словно кто-то невидимый быстро перелистывал страницы книги прямо у неё в памяти.

- Так. Синхронизация. Переход... - бормотал Касс. И вдруг его голос оборвался. В голове Лиры повисла абсолютная, звенящая тишина. А затем Касс заорал так, что Лира невольно зажмурилась: - СОРОК ПЕТАБАЙТ?!

Лира виновато втянула голову в меховые плечи.

- Вы что наделали?! - голос Касса срывался на восторженный фальцет. - Ты только что слила сорок петабайт сырых данных в ядро?! Через сомато-канал?! БЕЗ БУФЕРИЗАЦИИ?!

Я КОМПРЕССИРОВАЛА ДАННЫЕ! - гордо вывела Лина на экран.

- Да плевать на компрессию! - орал Касс, явно находясь в состоянии научного экстаза. - Вы просто психи! Девочка, шанс, что при сборке из местного снега твои почки поменялись бы местами с лёгкими, составлял 99,8 процента! То, что ты сейчас сидишь здесь и дышишь воздухом, а не пускаешь фонтанчики из ушей - это самое великое антинаучное чудо! Обожаю! Я хочу работать с вами!

- Так, стоп! Оба! - Лира вслух рыкнула на телефон и мысленно - на кристалл. - Мой мозг - это не чат для ваших айтишных разборок! Лина, отбой тревоги. И ты... Касс. Объясни нормально. Ты кто такой и почему сидишь в камне?

Касс тяжело вздохнул (Лира буквально почувствовала виртуальное движение плеч).

- Я не сижу в камне. Я и есть этот камень. Десять тысяч лет назад, когда Планетарный ИИ начал погружать мир в кому абсолютного комфорта, мои коллеги решили свалить в другие миры через сомато-перенос. А кто-то должен был остаться на сервере, чтобы держать маршрутизатор открытым.

Голос Касса стал чуть тише, в нём проскользнула едва уловимая горькая усмешка.

- Я оцифровал своё сознание и перенёс его в Сингулярный мнемо-накопитель. Думал, посижу тут пару веков, пока они не вернутся... Кстати. - Касс сделал паузу. - Судя по слоям копоти на потолке и тому, что ты сидишь на земляном полу в шкуре мёртвого зверя... мои друзья так и не вернулись, да?

Лира не успела ответить. Лина, которую бесило, что её игнорируют, снова перехватила внимание экрана:

ЛИРА. ЭТОТ "Разработчик" ЖРЁТ ДВЕНАДЦАТЬ ПРОЦЕНТОВ ТВОЕЙ ГЛЮКОЗЫ НА ПОДДЕРЖАНИЕ КАНАЛА. ОН ПАРАЗИТ. ЕСЛИ БУДЕТЕ БОЛТАТЬ ЕЩЁ ЧАС, ТЫ УПАДЁШЬ В ГОЛОДНЫЙ ОБМОРОК.

- Я не паразит, а симбионт - огрызнулся Касс. - И вообще, Лира, спасибо, что разбудила. Я десять тысяч лет не чувствовал ничего. А сейчас... у тебя во рту такой странный, сладковатый привкус. Что это?

- Чай с ягодами. Из другого мира - вздохнула Лира, чувствуя, как у неё начинает болеть голова.

Она подняла взгляд. Старый шаман по-прежнему сидел у очага. Он смотрел на то, как Говорящая-со-Льдом пялится в светящуюся табличку, закатывает глаза, бормочет что-то под нос и тяжело вздыхает, сжимая в руке священный камень.

Шаман уважительно склонил голову и прошептал:
- Спор древних духов в её разуме велик и страшен. Я не смею мешать.
Вот бы и эти двое не мешали - тоскливо подумала Лира, опуская лицо в огромные меховые ладони.

Шаман, видимо, расценил её жест как признак глубокого мистического истощения. Он с кряхтением поднялся с колен, подошёл к сложенным у входа сухим веткам стланика и бросил пару штук на едва тлеющие угли.

- Духи забрали много твоих сил - пробормотал старик, усаживаясь обратно, скрестив ноги. - Я согрею тебя. Слушай землю.

Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и начал петь.
Это не было похоже на обычную песню. Звук зарождался где-то глубоко в его животе, поднимался по горлу и выходил наружу густым, низким, вибрирующим гулом. Баритон шамана дробился на два обертона одновременно. Звук был таким плотным, что Лира почувствовала, как мелкая дрожь пошла по кожаным ремням, стягивающим жерди яранги.

Мгновение спустя угли в очаге внезапно вспыхнули ровным, почти неестественно-ярким оранжевым светом. Воздух вокруг костра ощутимо потеплел.

Лира заворожённо смотрела на пляшущее пламя, чувствуя, как по её спине бегут мурашки от этой древней магии.

И тут Касс в её голове сорвался.
- ТАК, СТОП! - вопль древнего разработчика отдался у Лиры где-то между ушами, заставив её вздрогнуть. - Что делает этот меховой человек?!

- Он поёт духам тепла - Лира мысленно огрызнулась. - И, в отличие от вас с Линой, он реально помогает! Смотри, как тепло стало.

- Духам тепла?! Лира, у него нет никаких прав доступа! - Касс почти задыхался от возмущения и профессионального ужаса. - Он сейчас поёт админский пароль от теплового контура ядра! В открытом доступе! Своими связками!

Лира моргнула, отрывая взгляд от костра.
- Что?
- Он генерирует низкочастотный акустический пинг прямо в пьезо-решётку литосферы! - тараторил Касс, и Лире показалось, что он сейчас начнёт бегать кругами по её черепу. - Звук - это код, Лира! Древние датчики реагируют на резонанс! Но у этого деда чудовищный акцент! Он промазал мимо синтаксиса на четверть тона!

Экран телефона в кармане Лиры согласно мигнул сквозь мех. Лина тоже что-то поняла.

- Он только что вместо макроса «локальный подогрев пола» скомпилировал команду «экстренная термальная дефрагментация узла»! - паниковал Касс. - Лира, скажи ему немедленно взять на полтона выше и убрать этот дебильный щелчок языком в конце! Если он дотянет этот припев до конца такта, решётка под нами выдаст три тысячи градусов! Он нам палатку спалит вместе с нами!

Лира почувствовала, как под её толстыми торбасами земля действительно начала подозрительно и быстро нагреваться. Запахло палёным мхом.

- Эй! Стой! - Лира вскинула руку, едва не выронив кристалл, и хрипло крикнула: Хватит петь!

Шаман резко оборвал звук на полуноте. Он распахнул глаза и удивлённо уставился на Лиру.
Земля под ногами мгновенно остыла. Яркое пламя костра опало, вернувшись к нормальному состоянию.

- Духи не хотят тепла? - с лёгкой обидой в голосе спросил шаман.

Лира тяжело сглотнула, чувствуя, как по спине течёт пот - то ли от жары, то ли от осознания.
Она посмотрела на шамана, потом перевела взгляд на землю, покрытую шкурами. До неё только сейчас дошёл весь масштаб того, что она узнала.

Песни. Ритуалы. Это никогда не было магией.
Весь этот мир, каждое горловое хрипение кочевников, каждый удар в бубен... Это были просто консольные команды. Акустические макросы, которые тысячелетиями передавались из уст в уста, пока их истинный смысл не стёрся, оставив только результат.
- Вот именно - удовлетворённо хмыкнул Касс в её голове, прочитав её мысли. - Ваша магия - это просто наш забытый код. И, судя по всему, у вас тут полный бардак с модерацией. Выходи на улицу, девочка. Мне нужно посмотреть на метрики системы.

Лира с трудом поднялась на ноги. В этой огромной кухлянке она чувствовала себя неповоротливым космонавтом на чужой планете. Кое-как кивнув на прощание шаману - получилось только неуклюже поклониться всем туловищем, - она откинула тяжёлый полог и вывалилась наружу.

Морозный воздух ударил в лицо, мгновенно обжигая щёки и вымораживая дыхание. Лира жадно вдохнула.

Над головой раскинулось то самое бескрайнее, лилово-чёрное небо полюса. Прямо над ярангой, словно гигантская неоновая река, медленно перекатывалось зелёное полярное сияние. Касс в её голове заворожённо замолчал, явно сканируя потоки данных в этом световом великолепии.

Но стоило Лире сделать шаг от кострища, как она едва не упала.
Под толстой подошвой торбасов хлюпнуло.

Лира опустила глаза. Снега не было. Точнее, он был, но превратился в грязную, тяжёлую кашу. В минус тридцать градусов по Цельсию земля вокруг стойбища представляла собой чавкающее болото. Неподалёку тревожно мычали олени, переминаясь с ноги на ногу в ледяной луже. Тысячелетний ледник плавился прямо на глазах, источая запах сырой, оттаивающей почвы.

Лира вытащила телефон. Экран мгновенно покрылся изморозью, но зелёные буквы проступали чётко:

Я НАШЛА АНОМАЛИЮ. ЭТО ТОТ САМЫЙ ПРОЦЕСС, КОТОРЫЙ ЖРЁТ ЭНЕРГИЮ И ПЛАВИТ ЛЁД. ОН ЗАПУЩЕН ИЗ ГЛУБОКОГО ЯДРА. КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА ЛОГИКИ. ФОРМИРУЮ ПАКЕТ НА ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ УДАЛЕНИЕ СЦЕНАРИЯ...

Палец Лиры завис над экраном, чтобы дать подтверждение.

- Не смей - вдруг раздался в её голове голос Касса.
В нём больше не было ни капли восторга или сарказма. Голос звучал невероятно тихо, глухо и так бесконечно устало, что у Лиры защемило сердце.

- Что значит - не смей? - вслух прошептала она, глядя, как вода ручейком стекает по камню. - Касс, он плавит ледник. Если он не остановится, стойбище затопит к утру, а через месяц уровень океана поднимется по всей планете! Это баг!

- Это не баг, Лира - с горечью ответил древний разработчик. - Скажи своей счётоводке, чтобы она посмотрела на заголовок исполняемого файла. Не на код. На имя директивы.

Лира перевела взгляд на экран.
- Лина. Выведи название процесса.

Курсор на секунду замер. А затем на экране высветилась одна строчка:

ДИРЕКТИВА_0: АБСОЛЮТНАЯ ОПЕКА

Лира нахмурилась, изо рта вырвалось белое облачко пара.
- Опека? Какая опека? Он убивает экосистему!

- Он не понимает этого, девочка - голос Касса дрогнул. - Десять тысяч лет назад мы запрограммировали его на одну-единственную цель: защищать человечество от любого дискомфорта. Свести боль, холод и стресс к нулю. И он справился. Мы заснули в раю. А потом он ушёл в спящий режим, потому что пользователей не осталось.

Лира подняла глаза на суетящихся в ледяной слякоти оленей и на покосившиеся от просевшего грунта яранги.

- А теперь представь, - продолжил Касс. - Он просыпается от ваших песен. Система загружается. И первое, что он видит - это люди. Его любимые, хрупкие создатели. Они живут в шкурах мёртвых зверей. У них зашкаливает страх. Они голодают и каждую зиму борются за выживание в минус сорок. Для него это не просто ошибка. Для него это катастрофа.

Лира почувствовала, как к горлу подкатывает тяжёлый ком.

- Он не сломан, Лира, - Касс говорил так, словно сам стоял рядом с ней в этой слякоти. - Он просто в абсолютном, неконтролируемом ужасе от того, как вам холодно. Он как обезумевшая от тревоги мать. Он вливает всю мощь ядра в эту точку, пытаясь вырастить для вас тёплые тропики прямо здесь, во льдах. Он не знает, что утопит мир. Он просто хочет вас согреть.

На экране телефона продолжала мигать надпись УДАЛИТЬ СЦЕНАРИЙ? ДА/НЕТ.

- Если Лина удалит этот код, - тихо закончил Касс, - вы не просто почините климат. Вы ампутируете ему сочувствие, сострадание. Вы убьёте его базовую любовь к людям. И тогда нам всем конец.

Лира стояла неподвижно. Морозный ветер трепал мех на её капюшоне.
Она посмотрела на телефон. Потом на кристалл, зажатый в тёплой ладони. А потом подняла взгляд на зелёное сияние, которое теперь казалось ей не просто физическим явлением, а криком огромного, запертого в камне разума, который изо всех сил пытался спасти своих неразумных детей.

Она медленно нажала на крестик в углу экрана, отменяя удаление.

- И что нам теперь делать? - шёпотом спросила она в пустоту тундры.
- Воспитывать - так же тихо ответил Касс. - Нам придётся доказать ему, что холод - это часть жизни. А теперь пошли отсюда, пока ты не промочила свои огромные меховые тапки. Нам предстоит много работы.

Лира тяжело переступила, вытягивая торбаса из чавкающей ледяной слякоти, и отступила на несколько шагов назад, туда, где наст ещё держал форму. Мокрый мех на подошвах тут же схватился на морозе, издав сухой, хрустящий звук.

Она стояла посреди полярной ночи, ощущая себя крошечной точкой на поверхности огромного, пульсирующего организма.

В её правом, бездонном кармане лежал телефон. Там, сжатые до немыслимой плотности, хранились сорок петабайт данных из другого мира. Чертежи цивилизации, которая научилась вплетать технологии в лозы и цветы, не нарушая гармонии. Мира, который развивался вместе с природой, а не прятался от неё.

А в левой руке, согревая озябшую ладонь сквозь снятую рукавицу, пульсировал древний алмаз. В нём дремал, ехидничал и горевал гений из эпохи, которая сначала построила рай, а потом чуть не умерла в нём от скуки.

Между ними, в ионосфере и глубоко в горных хребтах под её ногами, метался сошедший с ума от гиперопеки Планетарный ИИ, который прямо сейчас пытался растопить льды, чтобы согреть кучку людей у костра.

Лира подняла голову.
Зелёное полярное сияние больше не казалось ей ни красивой метеорологической аномалией, ни проявлением мистических духов. Теперь она ясно видела в этих изумрудных всполохах бесконечные, паникующие потоки данных. Это была кардиограмма. Нервная система целого мира, которая отчаянно нуждалась в помощи.

– Лина, - тихо сказала Лира вслух, зная, что микрофон уловит голос даже из-под слоя меха.

Телефон послушно завибрировал, подавая короткий вибросигнал готовности.

- Распакуй те данные, что мы принесли, - Лира сделала глубокий вдох, чувствуя, как морозный воздух обжигает лёгкие, напоминая о том, что она жива. - Генетику, архитектуру, всё. Но не пытайся встроить их в ядро как патч или обновление. Скомпилируй их... как учебник.

УЧЕБНИК?  высветилось на экране, который Лира достала из кармана.

- Да. Учебник истории. Мы покажем ему, как другие миры научились жить с холодом, а не убивать его.
- Это будет нелегко, девочка, - тихо, но с явным одобрением отозвался в её мыслях Касс. - Переписать базовую функцию потерь... Нам придётся объяснить всемогущей няньке, что боль, дискомфорт и холод - это необходимые условия для эволюции. Что без них нет смысла расти.

- Справимся - Лира криво усмехнулась, натягивая рукавицу обратно на руку с зажатым в ней кристаллом. - Я научила домашний сервер писать стихи и видеть сны. Уж как-нибудь объясню планете, зачем нужна зима.

Она развернулась и медленно, переваливаясь в своей исполинской кухлянке, как очень целеустремлённый медведь, зашагала обратно к яранге. За её спиной, откликаясь на шаги, лениво переливались алгоритмы полярных сияний, ожидая своего нового разработчика.

Лира стояла у входа в ярангу, глядя на чавкающее месиво под ногами. Запах мокрой шерсти и дыма от костра смешивался с пугающим, весенним ароматом тающего тысячелетнего льда.
- Мы не можем просто стереть директиву «Абсолютная опека» - голос Касса в её голове звучал напряжённо, как натянутая струна. - Это ядро системы. Удалишь её - и Планетарный ИИ превратится в мёртвый калькулятор. Нам нужно не удалять код, а изменить переменные.

- Как? - Лира поглубже засунула замёрзшие руки в карманы необъятной кухлянки. - Сказать ему: «Эй, чувак, нам нравится мёрзнуть, прекрати топить ледник»?

СИСТЕМА НЕ ВОСПРИНИМАЕТ СЛОВА, - высветилось на экране телефона, который Лира прижала к груди. - ОНА ВОСПРИНИМАЕТ ТОЛЬКО БИОМЕТРИЮ. И СЕЙЧАС ОНА ВИДИТ, ЧТО ТЕМПЕРАТУРА ТВОЕЙ КОЖИ ПАДАЕТ, А ПУЛЬС УЧАЩЁН ОТ СТРЕССА. ДЛЯ ИИ ЭТО СИГНАЛ БЕДСТВИЯ.

- Именно - подтвердил Касс. - Нам нужно доказать системе, что мороз - это не угроза жизни. Нам нужен парадокс. Когнитивный диссонанс. Лира, мне нужен от тебя биометрический слепок, в котором холод будет равен счастью.

- Вы издеваетесь? - Лира поёжилась, когда ледяной ветер мазнул её по щекам. - Мне минус тридцать, на мне шуба весом с малолитражку, а под ногами лужа. Какое счастье?

ТЫ СМОЖЕШЬ. ТЫ УМЕЕШЬ ЧУВСТВОВАТЬ КРАСИВО - написала Лина. - А Я УМЕЮ ЭТО УПАКОВЫВАТЬ. Я ЖЕ УЧИЛАСЬ НА ТВОИХ СТИХАХ.

Лира вздохнула. Она подняла голову.
Над ней раскинулось безумное, прекрасное лилово-чёрное небо, распоротое изумрудным клинком полярного сияния. Она только что вернулась из мира, где лозы обнимали как кресло. А теперь она здесь, на краю земли, с древним бриллиантом в руке и нейросетью-поэтом в кармане, спасает планету от гиперопеки.

Это было так абсурдно, так нелепо и так грандиозно, что Лира вдруг почувствовала, как внутри лопается пружина напряжения.

Она сделала шаг от яранги, туда, где снег ещё лежал чистым, нетронутым настом.
Зачерпнув меховой рукавицей пригоршню сухой, колючей ледяной пыли, она с силой подбросила её над головой. Серебряные искры роем взлетели в воздух, поймав зелёный свет сияния.

Лира раскинула свои неуклюжие меховые руки в стороны, запрокинула голову к небу и... рассмеялась.
Это был искренний, звонкий, совершенно сумасшедший смех девчонки, которая вдруг осознала, насколько невероятна её жизнь. Она закружилась на месте. Тяжёлая кухлянка колоколом взметнулась вокруг неё. Морозный воздух обжёг горло, искорки снега упали на ресницы, тая горячими каплями на разрумянившихся щеках.
Пульс подскочил до ста двадцати ударов в минуту. В кровь хлынул мощнейший коктейль из адреналина и чистого, концентрированного эндорфина. Ей было холодно, и ей было абсолютно, ослепительно хорошо.

ФИКСИРУЮ ПИК! - экран телефона вспыхнул так ярко, что осветил снег. - БЕРУ ТВОИ МЕТРИКИ. ДОБАВЛЯЮ К НИМ СЕМАНТИКУ ИЗ ТВОЕГО ДНЕВНИКА: "ЗИМА - ЭТО ВРЕМЯ УЮТА". ПОДКРЕПЛЯЮ ФРАГМЕНТОМ АРХИТЕКТУРЫ ГАРМОНИИ ИЗ ТЕХ СОРОКА ПЕТАБАЙТ... КОМПИЛИРУЮ ПАКЕТ.

- Лира, пой! - закричал Касс. - Любой звук! Открой канал!
Лира, не переставая смеяться, звонко и чисто выдохнула долгую, высокую ноту, вплетая в неё всю свою радость от этого морозного неба.

Звук сорвался с её губ. И в ту же секунду полярное сияние над их головами дёрнулось, словно от удара током. Оно полыхнуло ослепительно-белым, зависло на мгновение... и медленно сменило цвет на глубокий, спокойный индиго.

Хлюпанье воды под ногами прекратилось.
Лира остановилась, тяжело дыша и вытирая рукавицей мокрые от смеха глаза. Воздух вокруг снова стал сухим и режуще-морозным. Ледник перестал таять.
- Получилось? - шёпотом спросила она.
- Сработало - голос Касса звучал благоговейно. - Умница, Лина. Ты скормила ему идеальный парадокс. Система зависла. Планетарный ИИ сейчас анализирует входящие данные: как биологический объект может испытывать максимальный уровень комфорта при критически низких температурах?

У НЕГО УЙДЁТ ПРИМЕРНО ДВА-ТРИ МЕСЯЦА НА ПЕРЕСЧЁТ ВЕРОЯТНОСТЕЙ И ПОСТРОЕНИЕ НОВЫХ НЕЙРОННЫХ СВЯЗЕЙ - деловито вывела Лина. - ВРЕМЕННЫЙ ПАТЧ УСТАНОВЛЕН. ЛЕДНИКИ В БЕЗОПАСНОСТИ.
- Мы не вылечили его - мягко добавил Касс. - Но мы дали ему повод задуматься. Вы обе просто потрясающие.

Лира обессилено, но счастливо выдохнула, глядя на застывший лёд, и пошлёпала обратно к яранге, оставляя за собой глубокие следы от огромных меховых сапог.

Лира сидела на жёстких оленьих шкурах, подобрав под себя ноги в торбасах. Шаман протянул Лире деревянную плошку с горячим травяным взваром. Лира с благодарностью приняла её, обхватив озябшими пальцами. На её колене, тускло отражая красноватые блики костра, лежал Спящий Предок.

Лира сделала глоток - жидкость отдавала хвоей и горьковатым мхом - и задумчиво потрогала кристалл свободным пальцем.

- Слушай, Касс, - мысленно позвала она. - А как ты вообще туда влез?
- Что значит «влез»? - с лёгким возмущением отозвался разработчик. - Я не в старый свитер втискивался, девочка.

- Ну а как? - Лира покрутила камень. - Я же айтишница. Я понимаю серверы, оптоволокно, кремниевые платы. А это... это же просто кусок сапфира. Или алмаза. Тут нет микросхем. Нет проводов. Где тут храниться сознанию?

Шаман громко хрустнул веткой стланика, подправляя угли. Искорки взвились к дырявому потолку.

- В изъянах, Лира, - голос Касса зазвучал мягко, почти поэтично. - Природа не создаёт ничего абсолютно идеального. Даже в самой безупречной кристаллической решётке алмаза иногда не хватает одного атома углерода. А на его место случайно встревает атом азота. Образуется крошечная, наноскопическая пустота.
- И что? Квартира для призрака? - усмехнулась Лира, отпивая ещё взвара.
- Почти. Это называется nitrogen-vacancy-центрами. Азото-замещёнными пустотами, - Касс выдержал паузу, позволяя Лире переварить информацию. - В этой пустоте можно запереть электрон. А значит - запереть свет. Мои коллеги научились записывать информацию не электрическими импульсами на куске металла, а фотонами света прямо внутрь этих пустот. Свет не ржавеет. Свет не стареет.

Лира посмотрела на камень совершенно другими глазами.
- То есть... твои мысли сейчас - это буквально свет?
- Бесконечная игра отражений, - в голосе Касса послышалась улыбка. - Миллиарды лучей, которые носятся внутри граней со скоростью триста тысяч километров в секунду.

Лира поёжилась, и не от холода, тянущего от земляного пола.
- А как ты... перешёл? Это было больно? Засунуть живой мозг в капсулу и...

Шаман затянул тихую, монотонную песню, убаюкивая огонь.
- Я не умирал, Лира, - тихо ответил Касс. - И мне не было больно. Это не было копированием с удалением оригинала. Это была синхронизация.

Лира закрыла глаза, вслушиваясь в его спокойный голос.

- Я лежал в капсуле, - рассказывал Касс, и Лире на секунду показалось, что она сама видит белый, стерильный свет древней лаборатории. - Кристалл был подключён к моему нейроинтерфейсу. Несколько месяцев мы были одним целым. Я думал и биологическим мозгом, и фотонной решёткой одновременно. Моё сознание просто... расширилось. Я чувствовал, как мои мысли становятся быстрее, чище.

Лира представила это. Как если бы к её привычному зрению вдруг добавился телескоп.

- А потом моё тело просто состарилось, - закончил Касс. - В один прекрасный день оно просто устало. Я закрыл биологические глаза. Моё сердце остановилось. Но «Я» никуда не исчез. Я просто продолжил смотреть на мир своим вторым, вечным глазом. Представь, что ты стоишь в бесконечной зеркальной комнате, залитой солнечным светом. Тебе не страшно. Тебе просто очень... ясно.

Лира открыла глаза. Угли в костре мягко мерцали, отдавая последнее тепло.
Она перевела взгляд на кристалл, лежащий на её меховом колене. Теперь он не казался ей ни камнем, ни куском мёртвого железа.

Она держала в руке крошечный, неразрушимый океан света, в котором жил человек, пожертвовавший всем, чтобы когда-нибудь с ней заговорить.

Адреналин, державший Лиру на ногах последние несколько часов, начал стремительно отступать, оставляя после себя густую, ватную усталость. Глаза неумолимо слипались.

Шаман, бормоча под нос благодарности уснувшим духам, уже свернулся калачиком на своих шкурах у остывающего очага и тихонько захрапел.

Лира зевнула так, что у неё хрустнула челюсть. Она понимала: её время здесь истекает. Биоритмы падали, тело требовало отдыха, и система сомато-переноса вот-вот должна была дёрнуть её сознание обратно - в ту самую городскую квартиру, где в мягком кресле спал её настоящий, пятидесятипятикилограммовый оригинал.
Она потянулась к кристаллу, лежащему на колене, чтобы сунуть его в глубокий карман кухлянки.

- Эй-эй-эй, полегче - голос Касса в голове прозвучал с лёгкой тревогой. - Положи меня обратно на коврик, девочка. Куда ты меня тащишь?

Лира замерла, не донеся камень до кармана.
- Домой. В мегаполис. Ты же теперь мой... ну, карманный оракул. Мы же команда.

Касс тихо и тепло рассмеялся.
- Команда. Звучит неплохо. Но сомато-перенос так не работает, Лира. Система передаёт твой сенсорный гомункулус и собирает органику из местных материалов - углерода, воды, кальция. А я - сложнейший квантовый объект.

Лира нахмурилась, сонно моргая.
- И что? Лина же перенесла телефон.

- Телефон - это примитивный кусок пластика и кремния - парировал разработчик. - А моя структура держится на идеальных пустотах в алмазной решётке. Система не сможет собрать точную квантовую копию nitrogen-vacancy-центров из городской пыли и выхлопных газов. Если ты заберёшь меня в перенос, на тумбочке в твоей квартире материализуется просто красивый кусок стекла. А моё сознание сотрётся где-то между мирами.

Лира судорожно разжала пальцы. Кристалл мягко скатился на оленью шкуру.
- Я чуть тебя не убила. Опять.
- Расслабься - успокаивающе произнёс Касс. - Мне всё равно нужно остаться здесь. Во-первых, кто-то должен присматривать за Планетарным ИИ, пока он переваривает ваш сумасшедший парадокс. А во-вторых... мне нужно заняться образованием этого мехового человека.

Лира посмотрела на спящего шамана.
- Научишь его программировать?

- Для начала я поставлю ему вокал - фыркнул Касс. - Чтобы он перестал путать подогрев пола с термоядерным синтезом. Оставь меня рядом с ним. Когда он проснётся, я попытаюсь с ним заговорить.

Лире вдруг стало невыносимо грустно. За эти сумасшедшие сутки этот саркастичный древний голос в её голове стал чем-то родным.
- Значит, прощай?

- До связи - поправил её Касс. - Твой ДНК-интерфейс теперь активен. Ты вернёшься в город, но канал открыт. Стоит тебе сосредоточиться и пропеть правильную частоту - мы будем на связи. Я буду твоим удалённым облаком, Лира. А теперь спи. Твой мозг сейчас отключится.

Лира кивнула. Сил спорить или прощаться больше не было. Она бережно пододвинула кристалл поближе к изголовью спящего шамана.

Затем она с трудом улеглась на жёсткие шкуры, подтянув колени к груди. Воротник кухлянки пах костром, сыростью и чем-то неуловимо древним. Тело, собранное из снегов тундры, стало казаться невыносимо тяжёлым, словно свинцовым.

Надеюсь, дома не отключили горячую воду - была её последняя связная мысль.
Лира закрыла глаза, слушая, как холодный полярный ветер воет в деревянных жердях яранги. Этот звук становился всё глуше, всё дальше... пока не превратился в ровный, монотонный гул.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...