Мы твоя семья

Родиться ничейным
Когда Вите исполнилось 16 лет, сомнений уже не было в том, что он ничейный, и никому до него и дела нет.
Быть случайно рожденным, участь не из приятных, но от такой неприятной случайности разве кто-нибудь застрахован?
Если человек рождается в порядке очередности, то его жизнь протекает по распорядку: детство, юность, зрелость и на последок комфортная старость, потому что его любили ещё до рождения и будут любить всегда, а человеку, рожденному в семье, где его не ждали, уже с первых дней жизни гарантировано одиночество и вечное скитание по свету.
Уверенность в том, что он чужой в своей семье, с годами становилась неоспоримой, и не потому, что он внешне не походил на своих белокурых сестер, а потому, что он остро чувствовал тайну в своём рождении, тайну, которую родители предпочитают скрывать, а признание мамы, что только счастливая случайность не дала ей совершить аборт, подтверждение этому.
Хотя Виктор не сомневался в том, что мама его любит, но любить можно и сироту.
Когда он был ещё малышом, то помнил, как они жили в Казахстане и у него был папа, но разве он может поверить маме, что папа его очень любил, даже, однажды, купил ему игрушечный луноход, с которым они с отцом играли весь вечер, вернее, папа ползал за луноходом, а он – за папой, но какой толк говорить о любви отца, если даже вспомнить его Витя не мог, но помнил страх, когда папа  уходил из дома, а он не знал, что тот уходил навсегда
Это случилось, когда они только переехали из Казахстана в Россию, но не в город, а в настоящую сибирскую деревню, потому что маме захотелось держать корову и жить в доме, в котором всегда можно согреться зимой, потому что в срубленном доме не перемерзают батареи, так как, отопление печное и во дворе сложена поленница дров, а вода в колодце, и снег для питья топить уже не нужно. Надо сказать, что пить снежную воду Витя отказывался, но куда деться, когда пить так хочется. 
Деревенский дом в России стоял на крутом берегу маленькой таежной речки, за которой поднимались высокие ели, но внутри дом напоминал пустой класс, где за панелями, покрашенными в синий цвет, осыпалась штукатурка, где вместо крана стоял за печкой умывальник, а вместо унитаза – ведро, потому что никому не хотелось бежать по холоду в сколоченный из досок туалет, что стоял за сараями.
В этом чужом доме, где под потолками тускло горели лампочки, из щелей пола свистел ветер, вещи были сложены в угол, и все спали на полу, пока не привезли три железных кровати.
За окном стояла чужая осень, по улицам бегали только собаки, казалось, все в этой деревни вымерли.
Один из тех холодных вечеров Витя запомнил на всю жизнь. Он долго один гулял во дворе, замерз о пошёл домой. Падал первый снег, на крыльце было скользко, и, чтобы не упасть, ему пришлось заползать на веранду на четвереньках.
Когда Витя уже стоял перед дверью, как та внезапно распахнулась и на пороге показался папа, он не успел обрадоваться, увидев папу в полушубке, как за папиной спиной появилась грозная мама с поленом в руках, она кричала: «Уходи!!!», а папа только широко улыбался, от него пахло водкой и куревом, Витя любил этот запах, это был запах его отца.
Когда мама размахнулась поленом, папа оступился, Витя пытался его поддержать, но не смог и они оба упали на крыльцо. Папино тело было тяжелым, и он никак не мог выбраться из-под него, задыхаясь в мужском полушубке, и даже подумал, что умирает, но оказалось, что умирала его мама, в ночь её увезли в больницу и спасли.
Ему было тогда всего 4 года.
Больше о папе ничего не вспоминалось.
Как выяснилось потом, что и в деревне, окруженной тайгой, можно жить весело и привольно. Мама целыми днями и ночами проводила в больнице, ее называли врачихой, а дома она работала дояркой и скотником, так она говорила тем, кто стучался в ворота и искал доктора. Пока дома не было мамы, за главную оставалась Катька, а Катю слушались даже отъявленные хулиганы, она заставляла Витю и Таню помогать ей по хозяйству, зато в школе их с младшей сестрой никто не обижал.
В этой деревне прошло его замечательное детство, где у Вити были друзья, у них были отцы, а у него – пес Пират, гроза всех собак в округе.
Когда Вите исполнилось девять лет, мама отправила его с младшей сестрой Таней в гости к дедушке и бабушке, в Казахстан, но, как оказалось, что насовсем.
Как-то она позвонила по телефону и сказала, что живет с Катей в заморском городе Калининграде, и, тогда он поверил словам Кати, которая любила дразнить его рассказами, как мама нашла его маленького на деревенской молоканке.
С бабушкой жилось Вите и Тане одиноко, она была старенькая, но очень строгая, и постоянно за ними следила, но, когда она взяла в дом собачку Дею, стало повеселее. При бабушке Витя был просто вынужден хорошо учиться, и он выиграл олимпиаду по математике, за что был побит одноклассниками, потому что он был русским, а, когда приехал в Россию, то стал казахом.
Бабушка с дедушкой жили бедно, потому что в стране был кризис, и все жили плохо, кроме бандитов.
Когда Витя понял, что его мама уже не вернется за ними, то написал письмо в передачу «Ищу тебя», бабушка письмо пообещала отправить, но обманула. Обрывки письма Таня нашла в мусорном ведре, и Витя решил сбежать на поиски своей мамы, но на летних каникулах бабушка сама привезла его и Таню в Калининград.
Витя чуть не расплакался от радости, увидев маму, которая встречала их на вокзале в Калининграде, но мама его не узнала, потому что Витя стал толстым и лысым «панком», как прозвали его в классе, а толстым он стал, потому что бабушка кормила его «до чистых тарелок», и водила в церковь, где его стригли бесплатно, скользя по голове жужжащей машинкой
В Калининграде с мамой и с сестрами жилось весело, хотя жили они в полуподвальной квартире на территории городка для психов. В каморке, где спал Витя было так тесно, что даже кровать нельзя было поставить, поэтому он спал на полу, а в туалете унитаз был чем-то забит, поэтому опять приходилось ходить по нужде в ведро.
В сентябре Витя и Таня отправились в новую городскую школу, но напрасно он решил, что все «устаканилось», как когда-то говорил его отец, потому что не «устаканилось», и вместо школы они поехали на такси в Бельгию, но не туристами, а навсегда.
В Бельгии Витя не хотел идти в школу, где никто не говорил по-русски, но сидеть в стенах старого особняка, где жили настоящие приведения, да, еще с мамой и сестрами, которые от безделья мастерили картонные домики, у него уже не было больше мочи.
В начальную школу Витя пришел молчуном. Он молчал целый год, а, когда он заговорил, то у него появился друг Том, за которого он стал драться с одноклассниками, и даже пригласил домой, где тот каждый раз разрезал пельмень на кусочки и ел с такой опаской, что было даже смешно.
Однажды, учительница на уроке попросила верующих детей поднять руки. Поднял руку только он, Витя, ибо верил, что Христос хранит его семью, но об этом знать одноклассникам было необязательно, а на перемене к нему подошли два самых крутых пацана в классе, потому что они не поняли, почему Витя причислил себя к верующим, ведь Бог для них никаких чудес не совершил, а Бог должен делать чудеса, чтобы в него верили.
Витя не стал им объяснять, почему он верит в Бога а они - нет. Он только сказал, что уже родиться в такой стране, как Бельгия, — это и есть реальное чудо. С этого момента у него появились настоящие друзья, с которыми он дрался плечом к плечу.
Когда Вите исполнилось 11 лет, а Кате 18, она влюбилась. Из семьи ее увел высокий грузин Коба, которого Витя при первой же встречи обозвал "козлом," и за это получил подзатыльник от мамы.
После отъезда из дома старшей сестры Витя остро ощущал своё одиночество и беззащитность, мама была постоянно занята, Таня любила быть одной в своей комнате, а Витя всё свободное время упражнялся на скейтборде. Эта доска с колесами может поломать ему ноги, она может, и сама поломаться, но никогда не предаст скейтбордиста.
В среднюю школу Витя пришел без друзей, зато со своим скейтбордом. Его немногословность и опыт классного скейтбордиста, давали ему право быть независимым среди сверстников.
После отъезда Кати каждый в семье стал жить своей жизнью.
Если мама раньше была царская царица, то теперь она больше походила на усталую домработницу без документов. Она учила язык, очень смешно выговаривая нидерландские слова, где-то по-черному работала, чтобы купить для Вити современный телевизор, и служила волонтером в больнице.
Потом в дом пришел ее новый знакомый бельгиец, Арсеен. Он жил за городом и ухаживал за мамой, как за невестой. С его приходом в доме стало как-то веселее, уютнее, что ли.
Этот бельгиец, толстый и веселый, Арсеен чинил велосипеды, варил картошку и спагетти, уносил грязное белье к себе домой, а привозил выстиранное и проглаженное, а, главное, что он был бельгийцем, и в Бельгии он мог защитить маму.
Мама долго не хотела переезжать к Арсеену, хотя его дом был большой, с садиком, потому что ей должны были выделить по очереди социальное жилье, но, когда Витя принес до школы принёс плохой рапорт, то она, видимо, подумала, что он нуждается в мужском воспитании, и в тот же день согласилась стать Арсеену женой, и они с Таней были этому рады.
В новом доме было комфортно, а мама стала официально работать и домой приходила поздно. Она очень уставала, а Арсеен ее жалел, … первое время.
Самым обидным было то, что Витя так жестоко обманулся, когда поверил, что и у него будет отец, который будет его любить, но Арсеен оказался деревенским вором и подлым трусом, который мог поднять руку на детей и на женщину.
Когда Витя захотел познакомить Жиля, своего друга, с отчимом, а Арсеен перед ним унижал его пинками под зад, чтобы и тот посмеялся над ним. Больше никто из друзей к нему не приходил, а Жиль назвал Арсеена придурком.
Но больше него от маминого бельгийского мужа страдала Таня. Когда Арсеен хотел её подчинить себе, она стала с ним драться, оборонялась от него ногами, а ноги у нее были длинными и сильными, а потом она стала сбегать из дома, а маме казалось, что всё хорошо в новой семье, что Арсеен заботится о детях, пока она работает, как он обещал, но со временем выяснилось, что Арсеен инвалид, после аварии работать не может, как и отвечать за свои поступки.
Иногда, Витя даже обижался на маму, ведь её теперь больше интересовали три вещи: работа, самочувствие Арсеена и интеграция детей.
Выполняя просьбу мамы, Витя привел сестру на скейтпарк, и тут случилось то, что не должно было случиться. Парни наперебой стали предлагать сестре покурить, чтобы завладеть её вниманием, и она закурила.
А через год Танька бросила школу, и мама отправила ее в больницу, и больничный психолог захотел побеседовать и с Витей, как с ее братом. Беседа проходила по типу допроса, после которого он должен был выполнить странное задание: сравнить Арсеена с каким-нибудь животном; что оказалось делом безнадежным, потому что на всем белом свете не было такого зверя, который бы походил на его отчима.
После больницы сестра была направлена в реабилитационный центр, а чтобы не связываться с Арсееном, любителя нападать из-за угла, Витя до прихода мамы, или катался на скейтборде, или закрывался в своей комнате на чердаке, где теперь он жил.
Эта чердачная комната с одним окном напоминала кладовку, где не было отопления, зато водились домовые, ни один раз они пугали его по ночам.
Когда драки с Арсееном дошли до первой крови, мама стала вызывать полицию. Надо признаться, что Витя считал себя трусом, что когда-то не осмелился защитить сестру, но за маму он чуть не убил Арсеена и убил бы, если бы та не встала между ними.
Вите исполнилось 15 лет, когда он мог говорить с мамой, как равный.
- Мама, почему мы живём с Арсееном? … Нет, нет, с ним мы никогда не получим паспорта. … Пойми, он тебя не достоин! ... А, кто достоин? … Тот, кто тебя будет любить и беречь! … Ты спрашиваешь меня, где таких мужчин найти? … Мама, а для чего существует интернет? … Хорошо, я тебе помогу, только не русском сайте знакомств, и вспомни, как Бог нам помогал, и теперь Он тебя не оставит.
Самое удивительное, что мама поверила сыну, и нашла своего «рыцаря» Ронни, вернее, это Ронни её нашёл на сайте знакомств.
Теперь Вите 16 лет, он достаточно взрослый, чтобы осознать своё полное одиночество, потому что он родился лишний для этой жизни, и не он один.
Ронни солдат Паракомандо, у которого в сейфе хранились ружья, офицер спасатель, выйдя на пенсию, тоже оказался лишним в семье, откуда он сбежал, как только выросли дети, для которых он никогда и не был авторитетом, а теперь он спасал Витину маму и увёз её к себе, на море, а Витю мама оставила на старшую сестру Катю, потому что Ронни  жил в курортной студии и имел одну комнату, но обещал что-нибудь придумать.
Так мама опять оставила сына, променяв его на другого мужчину, а Витя в протест перестал учиться, ведь учиться надо тогда, когда знаешь зачем, а он этого не знал.
Какая может быть перспектива у приблудного подростка, в чужой стране, в чужой семье? Никакой!
На летних каникулах Ронни и мама сняли для Вити комнату неподалеку, у самого моря, а иметь собственный угол – это круто для любого подростка. Потом его записали в местный колледж, где он оказался самым влиятельным второгодником, его боялись не только сверстники, но и учителя.
Однажды, одиноко гуляя по берегу штормящего моря, к Вите пришла очень ясная мысль, что всё это время он жил не своей жизнью и, вот тогда, ему стало по-настоящему страшно. Он медленно шёл у кромки моря, волны бросались под ноги, холодная вода затекала в ботинки, а, он, не замечая этого, мечтал. Его манила неописуемая красота и безграничность морского простора, где небо падало в море, а заходящее солнце купалось в морской волне, где белый кораблик из стихотворения Лермонтова метался на горизонте, сбившись с курса.
Виктор стал подозревать, что не существует другого мира, ни здесь, ни за горизонтом, и ему показалось, что на всем свете для него нет укромного места, где бы его ждали.
В тот вечер Витя пришел к маме, она готовила ужин. По просьбе сына позвонила Кате, чтобы та приняла брата на выходные, но у сестры были другие планы, и Витя совсем упал духом. Ну, должен же человек быть кому-то нужным! Он спешно засобирался, но не к себе в квартиру, а к одному парню, у которого можно выкурить крученую сигаретку, а потом пригласить девочку из класса в свою квартиру, чтобы не было ему так одиноко ночью.
– Виктор, ты пошел делать глупости. Не надо, – сказал ему спокойно Ронни, который сидел в своей качающимся кресле, и взгляд его был добрым и строгим, таким взглядом смотрят на повзрослевших сыновей их отцы.
– Запомни, Виктор, мы с мамой и есть ТВОЯ СЕМЬЯ! Всё будет хорошо.
Это было сказано так уверенно, что Витя поверил, что теперь он не один, немного постоял у порога, и стал медленно раздеваться. Спешить было уже незачем, потому что он был дома, где у него уже стоял личный компьютер, правда, он стоял в комнате родителей.
Именно, с того момента Ронни стал ему отцом, а Виктор – его любимым сыном, потому что они оба любили одну женщину, Веру, один, как любимую жену, а другой, как любимую маму.
В Бельгии говорят, что у каждому чайнику есть своя крышка, а без крышки вода из чайников выкипает до дна.
Иногда, этой крышкой может стать для человека, теряющего надежду, несколько слов, сказанные уверенно и с любовью.