11. 10 Начальное состояние младенца

                В каком же состоянии находится младенец после рождения?

                Из книги Кена Уилбера «Око Духа»:

 (Стр. 442) «Али говорит, что обладая просветленным осознание, вы можете увидеть в маленьком ребёнке сияние Сущности. На самом деле просветлённое осознание позволяет вам увидеть сияние Сущности, исходящее от грязи; дело не в этом. Дело в том, какая актуальная форма Сущности может проявляться  на любой данной стадии? Если младенец с необходимостью переживает Сущность как нечто «претенциозное», «несовершенное», «нарциссическое», «иллюзорное» и «искажённое», то это, определённо, не является «Само-реализацией, и, значит, не составляет содержание развития.

Али может запутаться во всём этом, поскольку, делая типично романтический шаг; он неявно использует  двойственное определение Сущности – горизонтальное и вертикальное.  Говоря о младенце на стадии практического освоения (подфаза 1 осевой точки-2), Али отмечает, что, согласно великолепному исследованию Маргарет Малер, младенец, «полон собой». По выражению Малер, «это вершина нарциссизма!» Затем она говорит, что «для малыша, начинающего ходить, весь мир – в его собственных руках …»

                И это естественно, так как он не знает ни о смерти, ни о человеческой подлости. Он находится в состоянии не нарциссизма, так как его личное эго ещё не сформировано, а проявляется и осознаётся только в  три года, а в состоянии чистой любви ко всему сущему. Все остальные состояния (чувства) возникают по мере жизни в физическом мире.

Нарциссизм – это черта личности, которая характеризуется, чрезмерной самовлюблённостью, завышенной самооценкой, потребностью в восхищении и недостатком эмпатии к другим (интернет).

 «Главной особенностью этого периода практического освоения является нарциссическое наделение ребёнком огромными полномочиями своих собственных функций, своего собственного тела, а также объектов и целей его расширяющейся «действительности» … Он радуется своим собственным способностям, постоянно восхищается открытиями, которые он совершает в своём расширяющемся мире, он квази-влюблён в этот мир и в  свою грандиозность и всемогущество».

Али цитирует эти отрывки, а потом взволнованно добавляет: «Невозможно более красноречиво описать опыт Неотъемлемой Самости. Здесь Малер демонстрирует своё тонкое восприятие проявлений подлинной Самости (стр. 271).

На самом деле, здесь Малер описывает подфазу, на которой зарождается нарциссическое расстройство личности. Это действительно вершина, но неподлинной Самости, а эгоцентризма – точной противоположности подлинной или неотъемлемой Самости. Если бы эта фаза развития как она есть продолжалась во взрослой жизни, результатом бы стала личность, абсолютно не способная вставать на место другого, проявлять участие или заботу по отношению к другим людям или одушевлённым существам вообще, нарциссический монстр, для которого другие – просто расширения его грандиозной самости, человек с полным отсутствием сострадания, любви и заботы. Это формальная противоположность Само-реализации, а не её «тонкий» пример.

Это – постоянная опасность в чисто монологических подходах, примером которых здесь выступает Алмазный Подход. Я-меня-моё становиться центральной осью реальности, и тогда всё, что лучезарно сияет на этой линии, реально воспринимается как «просветлённое» или являющее «Сущность»».

                Допустим, что всё это так, как пишет Уилбер, хотя я в этом сомневаюсь. Тогда как нужно воспитывать ребёнка, чтобы избежать этого? Если ему всё время запрещать и указывать на то, что нужно делать, а что нет, то не создаст ли это дыры, о каких говорит Али в Алмазном Подходе, не отобьёт ли желание познавать окружающий мир и делать всё самому?

«Али отмечает, как я (Уилбер) полагаю, верно, что «способность к интеграции существует на всех уровнях функционирования: психическом, ментальном, эмоциональном, а также на уровне Бытия. Но поскольку уровень Бытия – глубочайший, его присутствие усиливает все изменения интегративной способности» (стр. 171).  Я (Уилбер) полностью с этим согласен. Есть горизонтальная интеграция – любая интеграция  любого конкретного уровня – и есть вертикальная интеграция высочайшего уровня, то есть Бытия или Сущности как таковой, которая может усиливать все типы интеграции.

Однако Али попросту склонен смешивать эти два типа «полноты», и каждый раз, когда он замечает любой тип полноты на любом уровне, он, как правило, немедленно отождествляет это с уровнем Бытия, тогда как обычно это не что иное, как избыточная горизонтальная полнота и интеграция. Это не Сущность как таковая, а просто Сущность-на-этой-стадии.

Так, говоря о нарциссическом и эгоцентрическом младенце, Али утверждает, что он пребывает в состоянии чистой Любви и неотъемлемого Бытия».

                Но в любви же, и, причём чистой, к миру, который возникает перед ним, хотя и считает себя Богом (центром) этого мира.

«Младенец пребывает в этом состоянии Бытия большую часть времени. Именно это состояние мы воспринимаем, когда находим ребёнка милым и восхитительным. Этот аспект переживается как мягкое и нежное присутствие, вызывающее ощущение чего-то пушистого, чистого и приятного» (стр. 320).

                То есть, любовь это состояние души человека, при котором от него исходят определённые волны, которые могут восприниматься  людьми, приводя их в то же состояние любви.

«Но если приятное, милое, прелестное и пушистое – это характеристики чистой Любви и неотъемлемого Бытия, то котята полностью Самореализованы. Мы снова видим смешение Сущности как таковой с чисто горизонтальной «полнотой» (или Сущностью-на-этой-стадии).

                Кто прав? Разве про котят это не так? Они полны любви и вызывают ответное чувство.

«Всегда, когда Али возвращается к романтической модели, мы видим классическую и характерную романтическую путаницу. Романтики (прошлые и сегодняшние), искали пути трансценденции эго и обнаружения Духа, или чистого Бытия, или целостной Основы, в чём их непреходящая заслуга. А для того, чтобы обнаружить Бытие, человек должен отказаться от исключительного отождествления с эго или ощущением изолированной самости. Именно так это переживается по опыту: вы расслабляете ум и перестаёте цепляться за эго, и тогда становятся доступными более просторные, свободные, открытые и духовные формы бытия.

До поры всё было в порядке, и романтики делали некоторые очень важные наблюдения относительно всего этого. Но затем они допускали глубокую и характерную для себя ошибку: они попросту делили мир на Бытие и эго. Всё, что представляло собой эго (или рациональное, аналитическое, концептуальное, личностное, линейное) рассматривалось как «плохое», а всё что угодно другое – всё, в чём отсутствовало эго – мыслилось как Бог, основа или Великолепие. Эго было грехом, не-эго – Бытиём, Основой, Богом или Сущностью.
Но на самом деле мир «не-эго» включает в себя доэгоическое и трансэгоическое,  первое из которых – очень плохое, а второе – очень хорошее, а романтики просто смешивают их в одну кучу.   Результат был катастрофическим. В своём благородном стремлении к трансэгоическому, романтики пришли к прославлению чего угодно неэгоического, неконцептуального, нерационального – и чаще всего, включали сюда глубоко дорациоальные и доконвенциональные формы: они регрессировали в поисках своих Бога и Богини.

Точно так же попросту допускалось, что в эволюции (будь то онтогенетической или филогенетической) перед возникновением эго должна присутствовать Сущность – Бытие, основа, Эдем. Должно быть, до возникновения гадкого эго по земле ходили некие ангелы. Однако в процессе развития эго предшествовали не ангелы, а обезьяны; обезьянам черви; червям – папоротники; а папоротникам – грязь. Эго было не Падением, не Отпадением от Основы, а важным шагом вверх и в направлении действительного возникновения Основы как сверхсознательного состояния и реализации». 

                Кто прав? С какого момента эволюции жизни возникло эго? С человека или раньше?  Осознают ли животные свою отдельность от окружающего мир, от других животных?

«Другими словами, изначальное Падение произошло в ходе инволюции, а не в ранней эволюции. А эго – не предельная точка отчуждения и утраты, а веха на пути к Истоку. Эго – это главное прибавление Сущности, а не главная утрата Сущности. …

Всё это было утеряно романтиками из-за их простого представления, что «существует либо эго, либо Бытие» (которое делало их подверженными крупным до/транс заблуждениям). …

Так Али делит мир на «эго-состояния» и «состояния Бытия», и всё, что отсутствует в первом, должно присутствовать во втором. «Бытие есть всегда. На то, что это не сознательный опыт, указывает присутствие защитных механизмов, направленных против него» (стр. 138). Но у камней нет сознательного опыта Бытия, и они не защищаются от него. Опять же Плотин был прав: проблема камня не в «нет», а в «пока нет». Камень ничего не вытесняет. Камню нет нужды уничтожать свои защиты, раскрывать Сущность и восстанавливать единство с ней. Скорее, чтобы сознательно реализовать Сущность, камню придётся эволюционировать в растение, которое эволюционирует в лошадь, которая эволюционирует в обезьяну, которая эволюционирует в человека, который примет Алмазный Подход и реализует Сущность. Это не раскрытие, а развитие».

                Развитие  живых существ и человека идёт своими путями и от разных монад. Только у человека есть индивидуальная душа. У высших животных она начинает всего лишь формироваться. То есть приписывать камням, растениям и животным психологию человека не стоит.

 «Точно так же большинство младенческих доэгоистических состояний не защищаются от Сущности как таковой – они просто пока ещё не доросли до способности сознательно вмещать Сущность как таковую. Однако Али постоянно допускает, что существует эго, либо Бытие, и, таким образом, радикально возвышает доэгоистические стадии до уровня собственно Бытия (как мы видели в случае его  прославления нарциссического монстра подфазы практического освоения мира). Его главное заблуждение лучше всего подытожено в его замечании технического характера: «Убеждение в том, что границы человека совпадают с наружными контурами тела, указывает на то, что человек не только катектировал тело [отождествился с ним], но также и декатектировал Бытие» (стр. 398)».

               Прав ли Уилбер?  Чтобы человек, через своё эго достиг самореализации, то есть приобрёл осознанное единство со всем сущим (стал Атманом осознанно), он должен создать своё эго. Младенец постепенно формирует свой мир, отражение мира Атмана. Для того, чтобы он это сделал он сам должен быть, его Я, отражением Атмана, которое становиться оком Абсолюта. Так ли это?

                Младенец, отождествляя себя только со своим физическим телом и формируя постепенно через мышление и чувства, ум и душу свою, то есть своё эго, конечно, забывает своё единство и предыдущее Бытие. 

Катексис – психоаналитический термин, означающий инверстирование (вложение) безсознательной энергии («оно»), придающее высший статус в системе жизненно важных ценностей. Так эго-катексис означает, что всё не относящееся к эго подвергается действию защитных механизмов – отвергается, подавляется, вытесняется и т.д. (Прим. ред.)

Что же говорит Уилбер?

«… Не существует выбора между эго и Бытием. Выбор таков: до-эго, эго или Бытие. А сдвиг от до-эго к эго (катектирование тела) – это сдвиг в направлении Бытия, а не от него. Но как только появляется до/транс заблуждение, каждый шаг в эволюции самости или эго вынужденно интерпретируется как разрушение Бытия: дуб – это насилие над жёлудем. Это результат ретроромантического соскальзывания. …»

                В «Тайной Доктрине» Е.П. Блаватской это называется жертвой.

«Так в большей части его изложения в «Безценной жемчужине» развитие эго справедливо рассматривается как приращение Сущности, а не убывание Сущности. «По мере своего роста и развития, эго ослабляет механизм защиты, приобретая большую гибкость, пластичность и, следовательно, большую открытость для существенных  [Сущность] восприятий» (стр. 136). «Конечно, [Сущность] проявляется всё чаще по мере роста ребёнка» (стр. 159). «Итак, это один процесс эволюции от начала развития эго до финальных стадий духовного просветления» (стр. 161). И  это его базовая модель типа Ауробиндо/Уилбер –II, с которой я (Уилбер) в зачительной степени согласен.

(Что касается «облаков великолепия, которые всё больше забываются по мере развития эго или фронтального развития, то это психическое/душевное осознание будет угасать по необходимости. Ничто из того, что эго делает или может делать, или не делает, не остановит и не предотвратит эту амнезию. Другими словами, эта весьма специфическая утрата не обусловлена эго или развитием эго. Согласно тибетцам, эта утрата – дело решённое; как говорят христианские мистики, ребёнок рождается в грехе – он не рождается в Сущности, и грех не прививается ему матерью. Скорее это предшествующая утрата, инициируемая в инволюции отдельной самостью, замыкающейся в себе перед лицом безконечности. Это  замыкание завершиться непосредственно в материальном теле в пренатальный период. Поскольку в развитии эго не может случиться ничего, что бы могло остановить этот процесс, само развитие эго ни в чём винить нельзя. Фронтальное эго – это часть подъема назад к восстановлению Источника. Эго становиться «грехом» лишь, когда оно сохраняется дольше положенного ему времени. То есть эго – это герой доэгоического и эгоического периодов развития. Только на постформальной и трансэгоистической стадиях – начинающихся в раннем взрослом возрасте – эго действительно становиться «проблемой». Но просто назвать эго «болезнью» - это всё равно, что назвать жёлудь больным дубом. Это проблема не «нет», а «пока нет».)