Меня проопериовали

Глава 1. Происшествие под бампером   
Меня сегодня прооперировали в больнице. Рассказывать подробности неохота, потому что неинтересно. Намного привлекательней звучит история, как я сюда попал вообще.А дело было так. Некая автоледи, паркуясь или выезжая задом во дворе на Сельме, наехала на меня. Я в это время как раз вышагивал по двору, и наклонился, обронив ключ. Она же за рулем разговаривала по телефону. И разговор был настолько важный, что даже переехав меня, она, выбежав, не перестала говорить. Поэтому я, лежа из-под ее бампера, слышал, как она весело трещит:— А еще, прикинь, я мужика сбила на машине! Да, вот только что. Когда ты мне про Игоря рассказывала, я, блин, заслушалась, а он здесь ходит. Вернее, ходил. Где он сейчас? Да вон, под машину лег. И лежит.— Мужчина! — и она меня осторожно потрогала ногой. — Вы там зачем лежите?Надо заметить, что она, сдавая задом, толкнула меня, стоявшего к ней тоже задом. Поэтому я упал вперед и не успел откатиться. Я успел только от страха, извиняюсь, чуть не обделаться, поэтому принял позу эмбриона. Колени к себе и голову наклонив, прижавшись к асфальту, как в окопе под танком, пропустил над собой ее задний бампер с фаркопом. Он меня царапнул, конечно, конкретно, и она, проехав колесом по моей ноге, все ж таки остановилась. И вышла. И вот я слушаю сейчас этот диалог...Девушка наконец сказала: «Сейчас перезвоню», и я через секунду увидел сначала ее коленки, а потом лицо. Она с интересом заглядывала под автомобиль. Видно было, что она видит тут все в первый раз: и колесики изнутри (как они их называют), и эту штуку, которая рычит, и мужика под машиной, и еще одно колесико внизу, приделанное к дну машины.Глава 2. Дамская сумочка на колесах— Девушка, мать вашу, вы меня сбили! — крикнул я из-под бампера.— Чем я вас сбила? — удивленно спросила она, разглядывая меня. — Я вас толкнула нечаянно. А чего вы там стояли, что я вас не увидела? А вы, простите, не мошенник?— В скорую звони, давай! — зашипел на нее я сразу. — Или спасателям. Я не могу выбраться, не видишь, что ли, меня прижало! Не мошенник я, я пострадавший, и у меня, по-моему, нога расплющена.Но она опять услышала, что ей кто-то звонит, и отошла в сторонку:— Да, привет, кисуля, чмоки-чмоки...На мое счастье, несмотря на то, что двор был глухой, окна в домах все ж таки есть, и в окна эти кто-то бдит постоянно. Надо мной и машиной быстро собрался народ. Девушку оттеснили от управления, иначе бы она меня раскатала в лепешку. На «раз-два» подняли и передвинули автомобиль. Я оказался на свободе и стал внимательно осматривать себя. И как же я обрадовался этой женской моде иметь дамские автомобили, сходные с женской сумочкой! У нее был как раз такой, какой-то «южанин»: маленький, цветной и легкий. Поэтому нога моя оказалась лишь слегка вывихнутой или поломанной — рентген покажет.Гораздо хуже выглядела моя нервная система. Девушка, задавившая меня, стояла немножко боком ко мне и всей ситуации и рассматривала телефон в руках, думая, видимо, кому еще позвонить. Новость-то какая: «Я мужика сбила!» До этого только собак, голубей и кошек, а тут крупный такой, красный весь и грязный. Бомж, наверное.Глава 3. Поза «доза»Я, действительно красный и грязный, стоя на одной ноге, как цапля, возмущенно жаловался собравшимся людям. Я говорил, что шел по этому двору к своей машине — вон она стоит дальше запаркована — и уронил на землю ключ. Колечко брелока раскрутилось. Ну и остановился в этой, кстати, жилой зоне — вон знак «Для слепых», что ли, висит?Наклонился и получил удар, пардон, сзади. Как в детсаду было, помните? Поза — доза: попу наклонил — пендель получил. Но друзей детства у меня здесь, слава богу, нет, а местным жителям меня пинать не за что, и я сразу понял, что меня давит машина.И вот лежу под машиной и одну ножку успел поджать, а вторую нет. Она у меня вообще несчастная: то мозоли, то наступлю ей куда-нибудь... А теперь вот травма. Потому что болит все сильнее. Кто-то вызвал скорую, кто-то — полицию, а кто-то вызвал представителей СМИ. Но тут какой-то внимательный умник из толпы спросил: «Как это пинать не за что? А чего это ты тут паркуешься? Все места, блин, позанимают. Ты же не живешь здесь!» Настроение толпы моментально стало на сторону девушки. Меня, скорей бы всего, опять запихнули или под ее машину, или под что-то надежней и тяжелее, но тут подъехала моя спасительница — скорая, а сразу за скорой резко подкатил минивенчик наших родных калининградских СМИ.Глава 4. Сенсация от СМИВы знаете, кто такие СМИ, вызванные на происшествие? Это с виду обычные люди, про которых сложена поговорка: они из мухи делают слона. Причем делают это профессиональным литературным языком, избегая повторов и чересчур затянутых предложений. Предложения у них звучат, наоборот, кратко:«Сегодня днем на улице Фермора случилось страшное происшествие. Оказались напрочь поломанными две человеческие судьбы. Первая судьба — это история давно поломанного человека, ползавшего по чужому двору, видимо, в нетрезвом состоянии. Так что, увы, видимо, наказанного где-то справедливо. И кстати непонятно, а что он, взрослый неопрятный и подозрительный детина, ползает по дворам рядом, кстати, с детской площадкой? А на этой площадке, ничего не подозревая о надвигающемся ужасе, играют беззащитные дети. Не пытался ли он скрытно приблизиться к ним? С какой, понятной всем, целью? Ответ очевиден. Стоит посмотреть на его жалкие оправдания. А одет он, между прочим, в очки и плащ. А мы помним, кто носил плащ и очки. Зачем он надел эти вещи? Очевидно, кто его кумир с самого его несчастного детства, проведенного среди алкоголиков-родителей, работающих воспитателями детского дома. Это всем печально известный ростовский маньяк! Люди, окружившие преступника, справедливо желают растерзать негодяя прямо на месте. И только машина скорой помощи остановила это справедливое наказание.И сразу вопрос к нашим властям: когда уже у нас в городе всерьез займутся этими грязными педофилами, заполонившими дворы наших спальных районов? Почему люди, молодые будущие мамы, вынуждены сами бороться за безопасность и справедливость? Пора уже наконец выйти из закона о запрете и разрешить наконец уничтожать, хотя бы с помощью автотранспорта, этих подлецов на месте, а не развозить их в машинах скорой помощи и лечить в стационарах за счет общества, по законам которого они жить не желают!»Глава 5. Пробки, грыжа и ИрочкаЯ ехал, лежа на каталке в машине скорой помощи, слушая вой сирены и анекдоты, которые травил дядечка-водитель молоденьким фельдшерам:— Звонок в скорую помощь: «У моего мужа — 39,5!» Диспетчер сквозь слезы: «А мой зато зарабатывает много...»Фельдшеры смеются, заглушая сирену, а я сканирую свой организм на повреждения. Болит нога и почему-то живот. «Как раз проверят, — подумал я, — чего там с пузом. И еще бесплатно».Очередь в приемный покой была как за бензином этим летом. Я вспомнил, что сегодня пятница. А в пятницу пробки и очереди везде. Наконец до меня дошла очередь. Пожилой врач за кабинкой, отделенной от внешнего мира простынкой, осмотрел меня.— Так что случилось? — спросил он.Я начал рассказывать, что получил удар в копчик, ободрал колени, потом поцарапал плечо, затем колесо машины проехало по ботинку, и главное — на мне пролежал автомобиль весом в полтонны. Врач выслушал меня равнодушно. Посмотрел рентген ноги и сказал, что перелома и вывиха нет. А вот про фразу про полтонны выслушал внимательно и, подняв палец, сказал:— Вот!— Что «вот»? — спросил я.— Вот отчего у вас, милок, выскочила грыжа. С ущемлением причем. Так что оперируемся срочно. Иначе, батенька, гангрена и летальный исход. А он мне в мое дежурство не нужен. Раздевайтесь совсем, раздевайтесь. Ирочка, — он выглянул за простынку, — подготовь пациента.Заходит Ирочка. Я присматриваюсь и узнаю Кандибину Иру — выпускницу нашей школы позапрошлого года, где я работаю.— А другой Ирочки у вас нет? — спрашиваю, повернувшись к доктору.— А что такое? — удивляется он.Я наклоняюсь к его уху и шепотом объясняю, что я вел уроки у нее восемь лет, и мне неудобно раздеваться. Непедагогично это. Врач смотрит на меня выпуклыми глазами под линзами очков и говорит:— Ваша, вернее наша, Ирочка только что ножевое обрабатывала, а вы трусики показать боитесь. Давайте быстрее. Вам еще рентген сделать и кровь сдать надо.Глава 6. «Леталка», операционная и суровые прогнозыДальше было то, что я лежу в палате и отхожу от наркоза после операции. И еще от общения с медработниками до этой самой операции. Второй после доктора и Ирочки была тетя с регистратуры, что в приемной оформляла документы. Она спросила телефон моих родственников, и на мой наивный вопрос: «А зачем? Я бы не хотел их тревожить пока», — она нервно объяснила, что про леталку им кому прикажете сообщать? Воронам, что ли, на кладбище? Она так это выдала, как будто легкое слово «леталка» тут очень популярна, а в моем случае и вовсе неизбежно.Медсестра в хирургии возмущалась, почему я на операцию приперся без эластичных бинтов, белья, кружки, ложки и прочего. А услышав объяснения, что я не готов, так как на скорой сюда прибыл, она сказала:— С собой всегда надо носить, теперь умнее будете.Потом были мучения с анализами, которые никак не хотели сдаваться, и я просто готов был уже зачерпнуть из бачка в баночку, но потом все ж таки смог. И наконец — операционная. Меня привязали, распятого как лягушку, вкололи укол, и вот я проснулся в палате. Лежу, отхожу от наркоза и пишу вот этот рассказ...Кстати, если кто собрался, передачки мне носить не надо — завтра, сказали, меня уже отпустят домой. Передачки мне понадобятся, не дай бог, конечно, если меня обвинят в этой самой слежке на асфальте и посадят лет на восемь. Тогда спасибо большое. И только чай я люблю зеленый, его-то там не отберут. Еще печеньки с топленым молоком и белый батон с напильником. Потому что несправедливо сидеть я не буду!