Борзый минус. Глава 87. Тренировка

         Сегодня я по графику иду в увольнение, но получив увольнительную записку, я вернулся в расположение роты за спортивной формой. Весьма приятное свидание с девушкой я отложил на вечер.
– Товарищ младший сержант, – удивился Веня, увидев, как я раздеваюсь в кубрике. – Вы разве сегодня не идете в увольнение?
– Идете, но не сразу, как видишь. Сначала схожу на тренировку по боксу.
– Так и напрашивается вопрос, разве вас девушка не ждет? – лукаво улыбнулся Веня.
– Дольше ждала, еще подождет, – шутит Лео.
– Ждет, еще как ждет, но я все успею.
– Не иначе, чемпионом собираетесь стать? – смеется Веня. – Вон, даже увалом жертвуете ради тренировки. Это как-то непривычно и, я бы даже сказал, ненормально!
– Может, и собираюсь, – улыбаюсь я, – на то и спорт, чтобы мечтать о победе. Но я пока гоню от себя эти мысли. А если серьезно, то спорт вообще и бокс в частности тоже доставляют мне удовольствие!
– Спорт? Удовольствие? Так вы просто извращенец какой-то, – расхохотался Веня после этих моих слов.
– Эх, Веня, Веня, – добродушно говорю я. – Займись каким-нибудь видом спорта и сам не заметишь, как войдешь во вкус.
Веня подумал немного и напросился со мной в спортзал, чтобы посмотреть на тренировку. В спортзале он переобул сапоги, сменив их на кроссовки. Веня разбежался, чтобы совершить опорный прыжок через коня, но слабо оттолкнулся и низом живота ударился об коня.
– Кого ты с собой привел, Иванов? – насмехаются знакомые ребята с третьего курса. – Он же ни на что путное не способен!
После того, как приступ боли у Вени прошел, я отправил его обратно в роту. А сам пошел в борцовский зал. Увидев меня в спортзале, тренер похвалил:
– Вот все бы так относились к спорту, тогда бы и результаты были. Вот это пример достойный восхищения! Ну что, ты уже разогрелся? В спарринге поработать хочешь? Тебе будет полезно.
– Хочу, – согласно кивнул я.
– Корнеев! Выйди против Иванова – он тебя вызывает. Не боишься? – подначивает здоровяка Корнеева тренер. Ну что ж, пусть это лежит на его совести. Мне кажется, тренер не должен натравливать нас друг на друга.
– И не таких видали, – без намека ну шутку отвечает тот. Не боится он, выходит, неудач. Мне же его саркастическое пренебрежение, прямо скажем, неприятно.
– Только ты там без лишнего травматизма постарайся обойтись, договорились? – попросил моего противника Баринов.
Корнеев энергичными шагами пошел на сближение, он на одиннадцать килограммов тяжелее меня, на два года старше, и на шесть лет больше меня занимается боксом. В общем, у него есть несколько ощутимых преимуществ передо мной. Серьезный противник, ничего не скажешь. Впрочем, в моей весовой категории все равно по-прежнему никого нет – те, кто был, уже выпустились из училища, а из новичков только я.
Весело Корнееву, он уже почему-то празднует победу. Остальные курсанты, открыто подбадривают моего соперника, так как все они без исключения на его стороне. Хотя нет, Баца, все-таки, похоже, болеет за меня.
Как это Корнеев там сказал? «И не таких видали?» Ну, нет, дорогой товарищ Корнеев, вот таких, как я, ты как раз еще ни разу и не видел! И я это тебе сейчас постараюсь доказать! К тому же я не могу отделаться от мысли, что тренер на твоей стороне, и мне это неприятно. А все-таки зря ты не воспринимаешь меня всерьез. Помнится, наш общий тренер однажды сказал, что настоящий мастер выживает в бою потому, что очень серьезно относится к каждому своему противнику. А ты ко мне относишься так несерьезно! Ну, что же, давай, пофехтуем. Мне ведь терять уже нечего.
Сил у тебя, конечно, много, ишь, как отпрыгиваешь от меня, и не по одному, а по три-четыре раза. Обмануть меня, что ли хочешь? А не выйдет! И действуешь ты по довольно примитивному шаблону, а еще, вон у тебя какие рельефные мышцы на ногах и трусы спортивные короткие – я по одной игре мышц твоих ног безошибочно распознаю все твои замыслы! Не веришь? Вот ты перенес вес на левую ногу, значит, будешь бить правой!
– Активней, активней работаем! – командует тренер.
Легко подсев под кулак Корнеева, я левой снизу от пояса ударил его в подбородок так, что голова Корнеева задралась вверх. А я тут же ударил его в подбородок правой, вложив в удар вес своего тела. И до того, как он упал, в довершение ко всему, я еще раз успел всадить ему левой рукой в голову. И первый удар был восхитительный, а последним я просто потряс своего противника.
Корнеев падал, а я с удовольствием смотрел в его расширившиеся от боли зрачки. Вот так: я же тебе говорил, что таких, как я ты еще не встречал. Как оказалось – нокаут. Чистый и быстрый.
– Да, Иванов, – вяло сказал тренер, приводя в чувство поверженного Корнеева, – могу себе представить, как ты будешь «фехтовать» с теми, кто в твоей весовой категории. Динамика впечатляет. Познакомьтесь, парни – перед вами будущий чемпион Крыма.
Как я успел заметить, парни поглядели на меня недоброжелательно. Откуда же им знать, что мне их взгляды глубоко пополам? Вокруг меня словно непроницаемая стена и она должна давить на меня. Ну да ладно, мне это где-то даже приятно. Нет мне дела до вашей неприязни ко мне и все тут! Спасибо папе за такую науку.
– Ну, я тебе покажу! – пообещал Корнеев, пришедший в себя, намекая на встречу без перчаток и за стенами спортзала. Однако насколько я могу судить, особой уверенности он в себе не чувствует.
– Рот закрой, – грозно сказал Баца, – ты ведешь себя не по-спортивному и не по-товарищески.
– Все, парни, закончили базар, – миролюбиво сказал тренер, и еще раз похвалил меня, – молодец, Иванов.
А я после этой победы почувствовал, что мне все по плечу! Приняв душ, довольный собой я поспешил в увольнение. У нас было еще три часа, и мы с Ирой все успели. Ира прямо в постели с чувством прочла мне стихотворение.
– Я рядом с тобою –
  Не лучшая и не любимая.
  Зачем же все это?
  Зачем же сливаются мыслей
  Теченья глубинные?
  Зачем же срастаются руки
  В порыве едином?
  Зачем же ты смотришь
  В глаза мне,
  Как смотрят любимым?
  Я рядом с тобою –
  Не любимая и не лучшая.
  Зачем же все это?
  Как таянье льдов неминучее,
  Как шара земного
  Движение необратимое,
  О, если б пожизненно быть мне
  Такой нелюбимою!
Я отмолчался, а чтобы она не стала задавать мне вопросы, потребовал чай. Забыл сказать, Ира это моя знакомая. Мы познакомились с ней неделю назад на дискотеке у нас в училище. Она учится в пединституте на филологическом факультете. Она старше меня на год, выше среднего роста, натуральная блондинка, с хорошо выраженными округлостями. А еще она уже успела побывать замужем, правда, ее брак продлился меньше года, но она, если ей верить на слово, успела перепробовать всю «Камасутру», чему я, признаться, рад, ибо нет предела совершенству и всегда приятно научиться чему-нибудь новому. Хотя, скорее всего, она это сказала, чтобы произвести на меня впечатление.
В училище я вернулся в прекрасном расположении духа. В роте тоже было не скучно, так как Лео безуспешно пытался своего подчиненного курсанта Мирзояна заставиться помыться. Не знаю уж из каких соображений, но Саркис отказывался, не глядя на насмешки курсантов.
– Правильно, ара, – насмехается курсант по кличке Шеф из четвертого взвода, – до пяти сантиметров это не грязь, а больше пяти сантиметров само отваливается!
– Тоже верно, – охотно соглашается ара. – Вот, слушайте, товарищ младший сержант, что умный человек говорит!
Он даже собирался пошутить, но тут из увольнения вернулся Миша Кальницкий. Он сегодня зол и агрессивен больше обычного. Едва он вошел в кубрик нашего взвода и шумно вдохнул воздух, как Мирзоян, молча, и на удивление быстро схватил мыльные принадлежности и поспешно убыл в умывальную комнату.
– Вот, блин, – горько рассмеялся Лео, – а я битый час заставлял его это сделать, столько нервов на него потратил! А всего и надо было, дождаться возвращения Миши из увала!
Да, забыл сказать, история с Корнеевым на этом и закончилась. Дальше угроз на словах дело у него не пошло.
– Курсант Мирзоян, – командует Лео, так как Саркис хоть и помылся, но к нам не идет, отсиживается у земляка в кубрике первого взвода, – сколько времени?
– Без двух минут без пятнадцати десять.
– Марш спать!