Олюшка Глава 10 Два мира

     Начало:
 http://proza.ru/2026/03/04/901 - Олюшка. Глава 1 Папка ушёл навечно

                *****Олюшка Глава 10 Два мира*****

  «Ой!» — вскрикнула Ольга. Видимо, рассказ, полный ужаса и боли, так подействовал на молодую будущую маму, что психика не выдержала. Она мгновенно провалилась в сон.
***

  Ольга зажмурилась от яркого света — кто-то включил верхний свет. Он резко ударил по глазам, и будто искры заплясали перед ней. Она тут же вспомнила, как они с отцом жгли костёр в лесу. Сначала огонь был не слишком большим, а потом вдруг мгновенно разгорелся — так, что она резко отпрыгнула в сторону. Яркие искры тогда точно так же плясали перед глазами.

  «Ох, опять отца вспомнила! Что за напасть такая! Не о своей жизни думаю, а всё его вспоминаю. Хотя, может, и не отец он мне вовсе…» — нахмурилась Ольга.

  Она прогнала видение, зевнула во весь рот и медленно протёрла глаза, отгоняя остатки сна. Окончательно просыпаться не хотелось: всё ещё отчётливо помнились запах лаванды от рук Нонны Борисовны, её добрый взгляд и тихая речь. Ольга покрутила головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение.

  Проморгавшись, Ольга увидела перед собой незнакомую девушку.

  — Что это ещё за симпатичный призрак? — пробормотала она.

  Перед ней стояла молодая девушка в модном медицинском наряде: сиреневые брючки и белая приталенная блузка с сиреневыми вставками. Девушка была словно из другого мира — яркая, модная, будто только что сошла с обложки журнала. Кудрявые светлые волосы выбивались из-под такой же сиреневой шапочки-колпачка. Ольге показалось, что большие глаза медсестры смотрели на неё с насмешкой.

  Она ощутила еле уловимый запах антисептика.

  «Какая сейчас красивая одежда у медиков, — позавидовала Ольга чисто по-женски. — Будто на гулянье собралась, а не на работу. И девушка красивая, ухоженная. Уже колледж окончила, раз медсестра. Не таскает вёдра с грязной водой, как я. А я что ж… вкалываю с утра до ночи — полы драю в фирмах. Горбачусь, как проклятая. Смогу ли я что-то дать будущему ребёнку?»

  Ольга тяжело вздохнула и оглядела комнату: те же светлые стены, пара кроватей и тумбочек.

  «И имя этому „призраку“ под стать! Надо же — Анжелика?!»

  — А где Нонна Борисовна?

  — Какая ещё Нонна? — медсестра испуганно встрепенулась. — Я всю ночь одна дежурила, честное слово!

  У неё округлились глаза, дыхание стало прерывистым. Руки сами собой задвигались: она машинально поглаживала одну руку другой, перебирая пальцами.

  — Ну как же? Ночью ко мне приходила женщина в белом халате, седая… — выдохнула Ольга, улыбаясь.

  — Ой! — девушка вздрогнула, и лицо её сразу стало растерянным: от былой строгости не осталось и следа. — Я, видно, задремала немножко. Не говорите, пожалуйста, никому — я тут всего неделю работаю. Старушек с таким именем не знаю. Прошу, не сообщайте врачам, что я ненароком уснула. Ладно?

  Она нервно одёрнула блузку и оглянулась на дверь. Видимо страшась что войдёт старшая медсестра и пациентка ей нажалуется.
 
  «Да что же это такое? То отец привиделся — как мы с ним в лесу костёр жгли. То старушка с добрыми руками… А уж я-то хороша! После всех страхов, услышанных от Нонны Борисовны, девушку и её наряд разглядываю! Будто и не было бессонной ночи?»

  Ольге стало нехорошо. Перед глазами замелькали обрывки ночных воспоминаний. Неужели старушка ей просто привиделась?

  «Что же это мне всё кошмары-то снятся? Добрая старушка пришла — и то оказалась сном?»

  Как только Ольга услышала знакомое слово «ладно» (или «лады»), которое так любил повторять их отец, глаза её сразу вновь наполнились слезами.

  «Сговорились, что ли? Все как на подбор заладили: „лады, да лады“! Вроде медсестра сказала «ладно»? А мне всё это ненавистное «лады» слышится».

  У неё уже начали подёргиваться плечи… Задрожал подбородок, губы стали кривиться. Она часто-часто заморгала, закрыла покрасневшее лицо руками, готовая вот-вот вновь расплакаться.

  Но тут в палату вошла Нонна Борисовна в выглаженном белом халате.

  — Доброе утро, Олюшка. Как спалось?

  Ольга застыла. Потом радостно встрепенулась, охнула, и лицо её просияло:

  — Слава богу! Вы настоящая!

  — Ну конечно же, я самая настоящая, — улыбнулась пожилая женщина.

  Сейчас она была с новой причёской, сделанной наспех. Кажется, такая называется «ракушка». Глаза после их бессонной ночи были с тёмными кругами, но взгляд оставался всё таким же добрым.

  — Спасибо тебе, Олюшка!

  — Да за что мне-то спасибо? — удивилась Ольга.

  — «Не обязательно спасать мир. Можно просто посидеть рядом, выслушать, слово доброе сказать — и день у человека светлее станет», — так когда-то сказал Пётр Мамонов. Слышала о таком музыканте, актёре?

  Ольга удручённо пожала плечами. Ей отчего-то вновь стало неловко.

  Зато Анжелика тут же восторженно воскликнула:

  — Рок-группа «Звуки Му»! Знаю такую. Хотя там одни старички пели. Но мне всё равно нравились!

  Ольга уважительно посмотрела на медсестру. «Надо же! Уже и выучиться успела. Ещё и рок слушает, музыкантов знает. А я… троечница в школе. На работе тяну лямку — ишачу, полы мою. Малыш подрастёт, спросит что-нибудь эдакое, а я и ответить не смогу! Неучёная!»

  Ольга вжала голову в плечи и нахмурилась.

  — Будь счастлива, Олюшка! Береги себя и ребёночка, — Нонна Борисовна всё так же улыбалась. Она погладила Ольгу по плечу.

  Девушка сквозь ткань больничной сорочки тут же почувствовала тепло руки пожилой женщины.
  «Господи! Настоящая, не призрачность сна!» «Не сон… не сон!»

  Ольге захотелось схватить Нонну Борисовну за рукав, удержать её, убедиться, что она не растает, как отец во сне. Захотелось вновь прижать её руки к лицу, остановив женщину. Но Нонна Борисовна уже поспешила к выходу.

  Тёплая волна облегчения накрыла Ольгу, прогоняя остатки ночных теней. Она была счастлива, как никогда.

  Потом вдруг одумалась: вновь галлюцинации? Она посмотрела на Анжелику с градусниками, будто молча задавая ей главный вопрос.

  — Ах, ты про эту женщину? Видно, она в другом отделении работает. Может, случайно к тебе зашла?

  Девушка буднично поправляла градусники, собираясь уходить.

  «Уф! Значит, не привиделась…»

  — Ты это… спроси у пожилых работников, кто давно тут работает. Я-то новенькая, — дружелюбно сообщила Анжелика. Она была уже не такой строгой и недоступной.

  «А эта Анжелика ничего себе. Развитая, не то что я…»
 Потупилась Ольга.

  «А эта девчонка вроде не вредная. Хотя и рок-группы не знает. Ну, бывай!»
 Медсестра скорым шагом пошла к двери.

  После завтрака в палату к Ольге пришёл врач, вновь измерил ей давление, прослушал лёгкие, просмотрел анализы.

  — Документы я для вас подготовил — выписной эпикриз.

  Он что-то долго объяснял, но Ольга его совсем не слышала. Перед глазами до сих пор возникали видения из ночного разговора и сна: авария, крики… Сначала такое доброе, а потом перекошенное от воспоминаний лицо Нонны Борисовны. Дрожащие тени монстров, тянущих к ней свои костлявые руки.

  Ольге показалось, что время остановилось, а тени в углах комнаты вновь стали сгущаться. Она отшатнулась.

  — Ольга Игоревна, вы меня слушаете? — недовольно спросил врач и нахмурился.

  — Да-да, доктор, слушаю. Можно уже домой собираться?

  — Можно. Но сначала давайте убедимся, что вы всё поняли. В ближайшие две недели вам нужно будет принимать препараты по этой схеме, — он протянул лист с назначениями. — И обязательно прийти на контрольный приём через десять дней. Если почувствуете ухудшение — сразу звоните в поликлинику или вызывайте скорую.

  Ольга кивнула, но взгляд её по-прежнему блуждал где-то далеко. Врач тихо вздохнул, записал что-то в карте, а затем мягко добавил:

  — Понимаю, что сейчас непросто. Если хотите, могу позвать клинического психолога — он работает в нашем отделении.

  — Нет, спасибо… Просто хочется скорее домой, — тихо ответила Ольга.

  Врач ещё раз внимательно посмотрел на неё, убедился, что острых жалоб нет, и протянул папку с документами:

  — Тогда вот ваши бумаги. Здесь эпикриз, результаты анализов и список рекомендаций.

  Если что-то будет непонятно, или запутаетесь в схеме приёма — звоните.

  Ольга вышла из больницы и тут же столкнулась с бывшей одноклассницей Ланой. Школьная подружка была, как всегда, на высоте — модно одетая, со стильной стрижкой. Пушистые кудрявые волосы свободно раскинулись по плечам. В лучах солнца казалось, что девушка и сама источает свет.

  Её льняное платье песочного оттенка идеально сочеталось с плетёными босоножками на плоской подошве — просто, но невероятно стильно. На запястье поблёскивал тонкий серебряный браслет, а в ушах едва заметно подрагивали миниатюрные серьги-гвоздики — эти лаконичные детали лишь подчёркивали безупречный вкус Ланы.

  Она двигалась с той самой непринуждённой грацией, будто каждый её шаг был отрепетирован, но при этом оставался естественным. Когда-то Лана занималась бальными танцами — это здорово чувствовалось по её походке до сих пор: лёгкая, летящая, с едва уловимым ритмом, словно она всё ещё слышала музыку где-то внутри себя.

  — Олечка! А я сессию сдала! Сегодня был последний экзамен. Тебя уже выписали? Шла навестить.
  — Наконец-то я вырвалась! Так хочется домой, — выдохнула Ольга, оглядев свой незамысловатый наряд. По сравнению с Ланой и с той Анжеликой она выглядела Золушкой…

  На Ольге было простое хлопковое платье, в котором её привезли в больницу после того, как она потеряла сознание. Там оно было уместно, а сейчас, на фоне модной Ланы, она вдруг увидела, насколько разными они стали после окончания школы. Её волосы, мимоходом забранные в хвост, сейчас растрепались и казались ей верхом неопрятности.

  «Чего я этот хвост завязала? На дуняшку из глухой деревни похожа».
Она стала с остервенением срывать розовую резинку с волос, распуская немытые волосы по плечам. В больнице было не до мытья волос. Но ей казалось, что так стало лучше. Сорвав резинку и зачем-то выбросив её в урну, она успокоилась.

  — Оль, твой Матвей всё равно ещё на работе. Давай в кафе зайдём, тут недалеко. Чаю или кофе выпьем, поболтаем. Я тебе вкусности принесла.

  Они уселись за столик в кафе.

  Лана без умолку болтала об экзаменах, преподавателях, рассказывала смешные случаи — например, как одногруппник чуть не засыпался на экзамене со шпорами. Просто вытащил чужую (она повысила голос на слове «чужую»!) длинную шпору и начал переписывать, не обращая внимания на препода — так она называла преподавателей. Видно, забыл, где находится!

  Экзаменатор долго молча стоял над ним, пока тот старательно вглядывался в чужие каракули. Вся группа притихла…

  — Ладно. На лекциях вы задавали много вопросов и отлично дополняли ответы других. Вижу, что вы знаете. Шпора была лишней, тем более чужая. Вы бы и так ответили. Но именно за шпору снижаю балл. Три балла вас устроит?

  — О! Конечно! Вчера друга встретил, не удалось хорошо подготовиться к экзамену…

  Вся группа (сидели за столами позади) благодарно выдохнула. Кто-то даже тихо прошептал: «Ну хоть не два…» — и по рядам прокатился сдержанный смешок, тут же оборвавшийся под строгим взглядом преподавателя.

  Ольга слушала невнимательно — слишком далеки были её мысли от чьих-то экзаменов, преподов и шпор.

  — Оль, да ты слушаешь ли? В каких мирах витаешь? Манну небесную ждёшь?

  Ольга слабо улыбнулась. В голове у неё зазвучали слова, сказанные, как ей тогда показалось, высокомерно, заведующей хозяйством на работе: «Оль, окна ещё надо протереть».
  Ей хотелось резко ответить, что совсем недавно она мыла эти треклятые окна! Но… промолчала и лишь кивнула.

  Сейчас она лишь вздыхала, слушая Лану, и без конца сравнивала их жизни. Ей казалось, что тревоги студентов — шпоры и преподы — из какого-то нереально яркого, недостижимого для неё мира. Её мир был серым и будничным — с тряпками, швабрами и хлоркой.

  Но сейчас, глядя на оживлённое лицо Ланы, Ольга лишь пожала плечами и тихо сказала:

  — Прости, задумалась. Рассказывай дальше. Наверное, это и правда забавно…

  — А-у, Оля! Что случилось-то? Ты совсем загрустила после больницы. У тебя же такая радость — ребёночек будет! Ты забыла про него? Токсикоз не мучает? Сознание больше не теряешь?

  Ольга очнулась от задумчивости. Глянула в окно и тут же закричала:
  — Ой! Это он! Он идёт по той стороне улицы. Ох, они уже стоят на переходе, видно, в наше кафе направляются.

  Лана не успела посмотреть в окно и выяснить, кого так сильно испугалась подружка, как Ольга сильно схватила её за руку и потащила к выходу, оставив недопитым кофе.




Продолжение следует...