Любовь как сон...

      Она наклоняется надо мной - грузная, с вечным аллергическим насморком, с носом педагогическим и красным, на носу очки...Она тяжело дышит - пыхтит.У нее гипертония.
Волосы мышиного цвета и сероватые, жирные с перхотью, пахнут серой и спиртом (такой раствор она втирает в них, чтобы избежать излишней жирности); пахнут они и каким-то необычным шампунем тоже.Финским,говорит она. Наши шампуни так не пахнут. Он, этот шампунь, из какого-то особого распределителя, где работает ее муж.А работает муж в КГБ -
вся родня говорит об этом с придыханием.В КГБ - водителем.Возит какого-то важного КГБиста.Почти шепотом родственники говорят также, что у него самого какая-то офицерская должность.
     Они так не похожи! Он старше ее на два года, но выглядит молодо, молодцевато.
Она... Впрочем, ее примерный портрет я уже, как могла, нарисовала. Странно их видеть вместе - ее, тетю Лиду, двоюродную сестру моей мамы, то бишь, мою двоюродную тетю, и ее супруга - дядю Лёшу.Особенно странно они выглядят, когда прогуливаются вдоль Волги под ручку.
     Он - человек добродушный, не очень далёкий (даже мне, тринадцатилетней, это бросается в глаза). А она...Да, она только что вышла на пенсию. Всю жизнь проработала учителем математики, но родня всегда говорит: "Лида - педагог". Я возражаю:"Учитель!" А мне неизменно отвечают: "Учитель - это учитель, а Лидия Николаевна - педагог!" Да.
    ...Так, стало быть, наклоняется она надо мной и вечно заложенным, гнусавым голосом объясняет мне про гипотенузу. (Это моя мама уговорила Лидию Николаевну позаниматься со мной математикой). Я,надо сказать, не то чтобы не понимаю этот замечательный предмет, а просто не хочу его понимать. Мне не нравится. Неинтересно.Скучно...Вообще-то, понять всю эту белиберду я в состоянии, я даже неплохо считаю в уме, но оно мне как-то ни к чему - эти гиперболы, параболы, системы координат. На уроках в школе я засыпаю, в то время как весь класс переписывает и перечерчивает  что-то с доски. Мой мозг отторгает цифры, прямые углы и биссектрисы.
     К тете Лиде я прихожу рано, к восьми часам утра, так как в школе учусь во вторую смену. Тетя Лида, желая разбудить мое серое вещество, ведёт меня на кухню и поит очень вкусным растворимым кофе со сгущенными сливками (этикетка - корова на жёлтом фоне).
И кофе, и сливки тоже из дядь Лешина спецраспределителя. Тетя Лида намазывает масло на хлеб, сверху кладет копчёную распределительную колбасу.1978 год. Завтракает со мной уже второй раз сама. Она любит поесть.
    Насытившись, я становлюсь ещё более сонливой.
- Лена, вот это гипотенуза.Видишь, она длинная, она длиннее других сторон треугольника.
Ее можно тИнуть.
     Она,конечно, знает, что не "тИнуть", а "тЯнуть", но думает, что у меня совсем не в порядке с головой, желает облегчить мне запоминание такого "трудного" слова, поэтому и находит такие, не соответствующие реальности аналогии.
"- Да знаю я про эту гипотенузу и про катеты знаю. И ещё много чего знаю. Просто скучно мне со всем этим", - так я думаю про себя."- Ску-у-чно..."
    Хочется расспросить тетю Лиду про другое: как она жила с дядей Лёшей в Германии, как училась изъясняться на немецком, как ездила  в Дрезден, в галерею.А не гипотенуза...Ведь они действительно довольно долго жили в ГДР и привезли оттуда кучу всего: и люстры с висюльками,и гобеленовые коврики, и другие коврики - мохнатые: с котятами в корзинке,со щенками, и хоккеиста в стеклянном шаре (потрясешь его и начинает кружится снег!), и фортепиано с поразительным звуком (я хоть и не музыкальный ребенок, но звучание именно этого инструмента поражает мой слух). Купили и привезли этот инструмент сюда для сына Серёжи, а Сережа-то предпочел занятия греблей. Вот оно так и стоит теперь украшением.
   Тетя Лида все говорит и говорит, а мне хочется ещё раз посмотреть на ее шубы и меховые горжетки, которыми забит шкаф. Однажды я их лицезрела и рада была бы  рассматривать и трогать, и примерять много-много раз, хоть каждый день...
     Да, горжетки,стало быть. ("Тетя Лида, я в восторге от твоих горжеток, хоть их теперь и не носят. А если б носили, подарила бы ты мне вот ту, рыжеватую? А то я такая страшная, неуклюжая, в прыщах. А кисти рук у меня вообще в пузырях (экзема), и я должна их обязательно мазать и бинтовать. Меня никто никогда не полюбит и не возьмёт замуж, это я точно знаю. Даже никто не влюбится. А я, кажется, уже влюбилась. В Белоцерковского. Белоцерковский - красавчик. И отличник.И одевается фирменно. Ему и его брату из Израиля присылают все:  от ботинок до каких-то невообразимых курток-алясок с меховой опушкой.Вдруг Белоцерковский, увидев меня в горжетке...)
- Лена, о чем ты думаешь? Теперь измеряем: длина катета...
    Уже 9.30. Из открытого окна соседнего дома на весь новый гулкий микрорайон начинает орать чей-то магнитофон. Я прислушиваюсь.

          ТАМ,ГДЕ КЛЕН ШУМИТ
          НАД РЕЧНОЙ ВОЛНОЙ,
          ГОВОРИЛИ МЫ
          О ЛЮБВИ С ТОБОЙ...
     Внутренне я подхватываю песню и пою про себя: "опустел тот клен, в поле бродит мгла..."
"Хорошая песня.Красивая."
          
           А ЛЮБОВЬ, КАК СОН,
           СТОРОНОЙ ПРОШЛА...
           А ЛЮ-У-БО-О-ВЬ,
           КА-А-К СО-О-О-Н,
           А ЛЮ-У-БО-О-ВЬ,
           КА-А-К СО-О-О-Н...

    Женский голос с верхнего этажа орет матерно, чтоб уменьшили звук, потому что ребенок спит.
    Слышен ворчливый нецензурный ответ. Песню выключают.
    Я выхожу из состояния восприятия прекрасного и смотрю на тетю Лиду. Ну, что там у нас с катетами?
     А рука тети Лиды, оказывается, не чертит  катеты, не выделяет красным гипотенузу, а... Тетя Лида смотрит куда-то. Куда-то туда, и видит что-то, чего не видно мне. (Я первый раз сегодня взглянула на ее лицо.) А по лицу-то текут и текут СЛЕЗЫ. Слезы текут и даже капают на треугольник, линейку, транспортир...    
     Мне становится страшно. Жутко как-то. Я тормошу ее за руку, дотрагиваюсь до плеча, до мышиных с проседью волос.
     - Вам плохо, тетя Лида? Лидия Николаевна, Вам плохо?!
     Мне становится ещё страшней. Вдруг это гипертонический криз? Я знаю этот медицинский термин.Моя любимая бабушка страдала гипертонией.
     - Может, скорую вызвать?
     Нет, ей не плохо. ("Это все аллергический насморк,Леночка".) Она быстро идёт в ванную, чтобы умыться. Быстро возвращается.
       - Времени уже почти нет. Я решу примеры по алгебре, ты их перепишешь в тетрадь, а объясню их решение  тебе  на следующем занятии...
     Мне и правда пора уходить.
     Всю дорогу к автобусной остановке, в автобусе и весь день в школе я возвращалась мыслями к тому, что было. Может, мне показалось? В голове никак не складывалось решение этой задачки. Или уравнения.
     "Лидия Николаевна. Не учитель. А педагог. Сын - спортсмен из спортсменов. Муж у нее, дядя Леша, хороший, добрый. Опять же эти шубы. Эти горжетки! И все-все-все...
И ПЛАЧЕТ! Да, я сама видела. Я легла с этой задачей спать.
     Проснулась среди ночи. На часах было часа три. И я поняла.
     ...Она приснилась мне такой, какой я увидела ее впервые. Мне было около четырех лет. А может, даже меньше. Я рано себя помню.
Платиновая блондинка (так бы я описала сейчас ее цвет волос) с правильнейшими чертами лица, с умными, тёплыми серо-голубыми глазами, с удивительным тембром голоса; невесомый, словно спускающийся с небес силуэт ее фигуры в лёгком летнем платье; сливочно-белая, какая-то светящаяся кожа, маленькие красивые кисти рук (она мне протягивала что-то в тот момент, хотела чем-то угостить), мягкая красивейшая улыбка... А рядом с нею дядя Леша - невзрачный, неказистый, невысокого роста. Какой-то несоответствующий.
     Ещё я вспомнила, как она говорила моей маме, которая младше ее была лет на пять,
что она не хочет выходить за Лёшу замуж, что ей скучно с ним, но мать (баба Дуся, которую побаивалась вся родня, долго рассказывать почему, настаивала на их браке. К слову, когда в школе мы проходили "Грозу" Островского, в образе Кабанихи мне всегда чудилась эта Дуся. Царство ей Небесное! О покойниках или хорошо, или ничего.)
     Одним словом, Дусе нельзя было противостоять.
     Потом она что-то шептала, улыбаясь,на ухо моей маме, от чего у мамы сделалось несколько испуганное лицо.
      Детская память цепкая!
      Так вот почему она сразу поменяла фамилию  мужа, считая ее неблагозвучной, после отьезда в Германию, как только вышла из-под Дусиного влияния. Оставила свою девичью. А фамилия у Лёши была как фамилия, ничего неблагозвучного в ней не обнаруживалось. И вот почему она записала сына Серёжу на свою прежнюю фамилию!
     ...Кто был этот человек, с которым не смогла связать свою судьбу красавица Лидочка? Как он выглядел? Как его звали? Чем занимался? И как бы сейчас могла выглядеть Лидия Николаевна, если бы связала себя брачными узами с любимым человеком?
    Справедливости ради, надо сказать,что дядя Леша НЕ ЛЮБИЛ тетю Лиду. Он ее БОГОТВОРИЛ! Когда ей было уже за семьдесят, после очередного инсульта, он буквально выносил за нею горшки и все такое прочее...
    А Лидочка... Она так и не смогла полюбить.
         
    А ЛЮБОВЬ, КАК СОН, СТОРОНОЙ ПРОШЛА...
    Царство тебе Небесное, раба Божия Лидия! Я тебя помню.

P.S. Когда вышел фильм "Место встречи изменить нельзя", я "опознала" в воровской подружке Ручечника (роль Екатерины Градовой) ту Лидию Николаевну - Лидочку, которую я видела в детстве. И голос очень похожий. Мне даже немного не по себе стало...

Иллюстрация: Екатерина Градова, почти Лидочка...