Подвал

Пролог
Подвал - холод и одиночество, 
Застой, как дьявола пророчество. 
Опять на душе тьма и изгой, 
В который раз, в который час. 

Подвальная вбирает всё судьба, 
Как гром, где во тьме ревёт труба. 
Может застыть навек - 
Не трубя больше никогда. 

Неясность снов среди сизой ночи, 
Потеря души и блужданий вал. 
Идти во тьме, как прийти в подвал, 
В слепоте быть прочнее скал. 


Глава 1
Крылом чёрной птицы накрыло пол. 
Лежал во тьме Рубен - недвижим, застыл. 
Ничего не виделось - слепота одна, 
Душа истлела, искалечена. 

Небожителем схвачено сердце, 
Оно замерзало от ледяных оков. 
Была заколочена в подвал дверца, 
Погибал Рубен - таков исход. 

Состояние, что не было мочи, 
Со стороны Рубен на сердце смотрел. 
Позволил ночи себя искалечить - 
Под птичьим крылом огонь не занялся, 
Не долетел к Рубену белый ангел. 


Глава 2
Крылом птица повела в темноте -
Блик света дрогнул, еле тлея. 
Глухое окно встало на высоте, 
Душа ждала Рубена ответа. 

Ничего Рубен не мог сказать 
И подать искалеченный голос, 
Ему сердце никак не удержать. 
Тяжка стезя небесных полос - 
Встаёт жизни неутолимый голос. 

Подсмеивается и издевается дьявол - 
Поставил перед выбором откос, 
Чтобы душа не отряхнула подол 
И не встала во весь Рубена рост. 


Глава 3
Почуяв сырость, птица-тень 
Подняла с пола чёрные крылья. 
Душа Рубена слегка воспряла - 
И вспыхнула надежда ало. 

Увидел Рубен златой крест, 
Который птица крылом держала, 
И поднял вверх большой перст, 
Словно голос из подвала: 

- О, Боже! - я никак спасён! 
Но птица дьявольски усмехнулась, 
Выпорхнула в глухое окно - 
В подвале свет проявился. 


Глава 4
Шепотком сердце отозвалось - 
Рубену ли это показалось? 
И дьявол молча отступил, 
И белый свет пролился. 

Осветило тонким лучом подвал 
И надежду на воскрешение дал. 
Рубен теперь точно понимал, 
Что всегда есть спасение. 

И услышал он тихий голос трубы - 
Негромкие зовы судьбы. 
Скрипнули резко половицы, 
Заметил Рубен следы девицы. 


Глава 5
Насторожился он: - Кто ты? 
Девица взглядом отвечала, 
И пахло от неё грозой и перьями. 
Она распахнула дверь. 

Оборотень ли она? 
Может быть, чёрной птицы? 
Скрипнули опять половицы, 
Пронзительно загудела труба: 
- Вот так, что за Рубена судьба. 


Глава 6
Опять борьба. Душа восстала, 
Она уже не дрожала, а голосила, 
Не пела и не причитала, 
А большим стала. 


Глава 7
Девица дверь не затворила, 
А стала в проёме, как стена. 
Рубен вгляделся - и застыла 
В груди надежда, вновь темна. 

Она была боса, светла, 
Но пахло сыростью и перьями, 
И взгляд её - как два крыла, 
Что бились в потолок с поверьями. 

- Ты та, что крест держала, -
Сказал он хрипло, не дыша. 
Она кивнула, и упала 
С её плеча немая душа. 

- Зачем же ты меня искала? 
Зачем дразнила, как дитя? 
-Чтоб ты узнал, что тают скалы, 
Когда в них бьётся свет, - шутя 

Ответила она, но голос 
Был тих, как шорох чёрных крыл. 
- Ты не спасён, и ты не молод, 
Но ты - единственный, кто был 

Достоин видеть без обмана 
Мой лик и мой звериный стан. 
Я - птица, дева, смерть и рана, 
Я - тот, кто выведет из стран, 

Где ты блуждал, не зная веры. 
Пойдём, - она протянула руку. 
Рубен ступил из-под пещеры, 
И сердце приняло разлуку 

С самим собой. Он понял вдруг: 
Она - не враг, не ангел белый, 
А тот, кто замыкает круг, 
В котором он окаменелый 

Лежал и ждал, когда пройдёт 
Ночь без конца. И свет запел 
В трубе, как будто кто-то ждёт 
Их в мире, где никто не смел 

Смотреть на правду без покрова. 
Девица-птица повела 
Его из подвала. И снова 
Заря над городом взошла. 


Глава 8
Они пошли по утренней росе, 
Где камни не хранили стужи. 
Рубен спросил: - А как же те, 
Кто в подвалах ищут души? 

Она взглянула - птичий взгляд 
Был тёпел, но острее стали. 
-Ты первый, кто покинул ад, 
Не потому, что прошептал иль встал, - 

А потому, что не боялся 
Смотреть в лицо и в звериный оскал. 
Я столько лет в него металась, 
Но ни один не угадал, 

Что свет не в кресте и не в молитве, 
А в том, чтоб принять свою же тьму. 
Рубен запомнил эти битвы, 
Он больше не подвластен сну. 

Теперь он видел мир иначе: 
В каждой тени - крыло, в каждом шаге - зов. 
Девица-птица рядом плачет 
И смеётся сквозь слёзы, как кровь. 

Она не стала человеком, 
Она не стала лишь мечтой. 
Она была его прорехой, 
Его последней пустотой - 

Но пустота вдруг зазвучала 
Трубою, что звала из тьмы. 
И Рубен знал: теперь начало 
Там, где кончаются умы. 

Они брели через поля и выси, 
Где птицы падали в траву. 
И он шептал: - Мой свет и сырость, 
Я навсегда тебя зову. 

Она кивнула - перья, платье - 
Смешались в утреннем огне. 
-Но помни: я - твоё проклятье, 
Я - вечность, дарованная тебе. 

И если кто-то спросит в полночь, 
Кто вывел Рубена из стен, -
Скажи, что птица не была бесплотной, 
Что выбор сделан, и не взамен. 


Эпилог
А подвал остался пуст, 
Только труба гудит, как прежде, 
Но в ней не слышно больше уст, 
Что пели о вере и надежде. 

Половицы не скрипнут вновь, 
Дверца заколочена навеки. 
Там умерла одна любовь, 
Но родились другие реки. 

Рубен и птица - два крыла, 
Два тела, связанные тьмой и светом, 
Их встреча в мире не была 
Ни чудом, ни простым ответом. 

Они теперь бредут вдвоём 
Сквозь города и перелески. 
И если ты услышишь гром - 
То знай: там их нездешние пьесы. 

Никто не знает, где они, 
Лишь ветер носит перья чёрные. 
Но в каждой самой тёмной ночи 
Горит их свет - для непокорного. 

И если ты, читатель, вдруг 
Сойдёшь в подвал по доброй воле, - 
Не жди, что выйдешь, как твой друг, 
А стань тем, кто молчит на доле.