52. Попытка к бегству

В этой части мы чуть более подробно остановимся на обстоятельствах переноса административного центра из Рима в Константинополь, уже рассмотренных ранее в "49. Реконструкция".
Как уже отмечалось, формально-официальные причины произошедшего не кажутся автору убедительными. Чаще всего историки вовсе путают причины со следствиями, подгоняя решение под правильный ответ в конце учебника. Можно объяснить перенос большевиками столицы из Петрограда в Москву желанием обезопасить центр своей власти, отодвинув его от неспокойных окраин вглубь территории. А можно объяснить перенос столицы из Рима в Византий (он же Новый Рим, он же Константинополь) тем, что император чувствовал себя в большей безопасности, когда находился ближе к пограничным легионам.
Для создания сколь-нибудь связной теории здесь требуется ницшеанский "свободный ум", системное мышление. То есть - способность непретенциозно и беспристрастно анализировать факты и события в их неразрывной совокупности. Очевидно, что традиционные историки таким качеством не обладают.
Итак, что же, собственно, происходило в Риме того периода? - Поддержанный династией Флавиев новый ближневосточный культ стал доминирующим. Проиллюстрировать это можно цитатой из Аммиана Марцеллина и анекдотом про Веттия Агория Претекстата:

«...стремясь к такой должности [епископской], они доходят в своем честолюбии до предела; и нет ничего удивительного в том, что они так стремятся к ней, потому что, достигнув её, они будут избавлены от всяких забот, обогатятся дарами матрон, будут разъезжать в колесницах, носить роскошные одежды, устраивать такие пиры, что их столы превосходят трапезы царей.
Если бы они могли предвидеть это, то даже правители провинций (praesides provinciarum) предпочли бы епископское достоинство своему собственному!».

Однажды Претекстат пришел в гости к римскому папе Дамасу. Увидев неслыханную роскошь, в которой живет первосвященник, и толпы знатных римлянок, осыпающих церковь деньгами, Претекстат с иронией сказал Дамасу:
«Сделайте меня епископом Рима, и я тотчас стану христианином!»
(в латинской традиции: «Facite me Romanae urbis episcopum, et ero protinus Christianus»).

Папа Дамас рассмеялся, но это была горькая насмешка римского чиновника. Префект понимал: христианство перестало быть религией рабов и мучеников. Оно превратилось в финансовую корпорацию, где должность «отца церкви» давала куда больший доступ к ресурсам (деньгам матрон, земле, налоговым льготам), чем должность имперского префекта.

Происходил тот самый "перехват управления". Светская императорская власть переходила в руки религиозных иерархов. Лояльных римскому императору институтов становилось всё меньше. Как сохранить лояльность легионера-христианина императору? И в этом свете становится понятен и перенос столицы из заражённого вирусом христианства Рима, и то почему император-язычник сделал христианство государственной религией: если не можешь победить - возглавь! Это объясняет странные сны императора-язычника, лабарум и "сим победиши".  Это объясняет Никейский Собор 325 года. Это объясняет, почему император-язычник, якобы принявший крещение только на смертном одре, фактически сделал себя главою церкви и был похоронен в  Храме Святых Апостолов. Перенос столицы в Византий (Новый Рим) — это акт физической изоляции от зараженной среды.
Константин использовал противоречия внутри церковной иерархии, чтобы взять её под свой полный контроль. Он ввел себя в их систему как Высшего Арбитра. Созвав Никейский собор (325 г.), Константин физически собрал системных администраторов (епископов) в одном зале. Он использовал их взаимную вражду (Александра против Ария, Евсевия против африканцев), чтобы заставить их принять единый стандарт (Символ веры). На Соборе император не просто слушал. Он председательствовал, диктовал условия, изгонял несогласных (в ссылку) и утверждал итоговый документ. Используя внутренние распри церкви, он превратил децентрализованную сеть общин в вертикальную структуру, где последней инстанцией был он сам. Он стал «епископом внешних дел» — фактическим главой корпорации. Взяв систему под контроль на уровне догматики, Константин перешел ко второй фазе — физической перестройке церковной иерархии по образцу римской государственной бюрократии. Чтобы закрепить эту новую иерархию, Константин финансировал массовое переписывание и копирование текстов (50 Библий для Константинополя), стандартизируя «софт» (Писание) для новой аппаратной базы.
Нельзя оставить без внимания этнический вопрос. Из Писания нам известно, что ранняя церковь контролировалась высшим руководством, состоявшим из этнических иудеев, "апостолов". После реформ Константина антисемитизм стал государственной и религиозной доктриной. Когда Константин решает сделать христианство государственной ОС Римской империи, он сталкивается с критической проблемой безопасности. Он — римский император (язычник, обожествленный Цезарь). А код религии, которую он берет за основу, написан иудеями. Пророки — иудеи. Мессия — иудей. Апостолы — иудеи. Если Константин просто встроит эту религию в Империю, он добровольно отдаст root-права на управление умами своих граждан чужеродной этнической элите. Римская империя станет функциональным придатком «Израильского кода». Как решить эту проблему? Невозможно просто удалить евреев из текста — весь код на них завязан. Нужен идеологический патч. Константин (и последующие отцы церкви, начиная с Иоанна Златоуста) запускают государственный антисемитизм как системный протокол. Зачем? Обвинение в Богоубийстве: Евреи официально объявляются не носителями истинного кода, а предателями и убийцами Архитектора (Христа). Этим актом они сами «сложили с себя» root-права. Теория Замещения (Supersessionism): Церковь объявляет себя «Новым Израилем». Все обетования (права на управление, статус избранного народа) аннулируются для этнических евреев и передаются христианской (читай: римско-византийской) элите. Физическое отчуждение: Запрет на браки с евреями, разрушение синагог, лишение гражданских прав. Это нужно для того, чтобы разорвать физические связи между новоиспеченными христианами-римлянами и исходным этническим ядром. То, что сделал Константин с этническим вопросом — это шедевр социальной инженерии. Он взял чужой вирусный код (созданный для паразитирования на имперском теле) и переписал права доступа. Он оставил интерфейс (Христа, Евангелия, Апокалипсис). Он вырезал создателей (иудеев), объявив их отступниками. Он назначил себя и свою бюрократию (римских епископов) единственными легитимными администраторами (Небесным Иерусалимом).
Осознание этого процесса делает код "Откровения" кристально прозрачным для понимания. Иудеи проиграли Риму физически (Храм разрушен, Иерусалим стерт). Они проиграли Константину идеологически (код украден и переписан). Но они встроили логическую бомбу в самое сердце украденной системы. Они написали «Откровение» и подбросили его в христианский канон. Христианская церковь тысячелетиями читала этот текст, празднуя гибель Вавилона, и не понимала, что Вавилон — это она сама. Что Христос, которому они молятся — это Зверь, а они сами — обманутая биомасса, запечатанная печатью 666.