Последний ключ. Глава 24

Денис проснулся выспавшимся и отдохнувшим.  Тело больше не ныло, голова была ясной. Он медленно встал, зевая, посетил уборную, умылся и подошёл к шкафу и задумчиво уставился на его содержимое. Надевать вчерашнюю, пропахшую потом и болотной грязью рваную толстовку и джинсы желания не было никакого. Пришлось облачиться в то, что предложил этот мир: светлую холщовую рубашку, чёрный пиджак старого покроя с золотой тесьмой на рукавах, тёмные штаны и высокие кожаные сапоги с металлическими бляшками — почти точь-в-точь как у Ленара.

Костюм, на удивление, сел идеально, будто его шили на заказ. Денис подошёл к большому напольному зеркалу в углу комнаты и уставился на своё отражение. Оттуда на него смотрел какой-то странный, незнакомый парень — словно актёр массовки из исторического фильма. Но никак не он. Совсем не тот Денис, что ещё пару дней назад пил кофе в Москве и спешил на смену в кафе.

«Оно и к лучшему», — решил он. Если уж ему не суждено вернуться в привычную реальность, пусть хотя бы выглядит под стать новой. Так даже проще.

Он вышел из комнаты и сразу услышал приглушённые голоса, доносящиеся из кухни. Зайдя внутрь, он увидел маму, хлопочущую у плиты и накрывающую на стол. За столом уже сидел Ленар, который выглядел заметно лучше, чем вчера: тени под глазами исчезли, лицо приобрело здоровый, посвежевший оттенок, волосы были аккуратно уложены. Он наполнял бокалы из глиняного кувшина каким-то тёмным, пахнущим травами напитком. Заметив вошедшего Дениса, оба тепло ему улыбнулись.

— Элиан! Как ты вовремя, как раз к завтраку, — сказала мама, раскладывая по тарелкам свежеиспечённые блинчики.

«Хоть что-то в этом мире похоже на земное», — мелькнуло у Дениса, и тут же острая, как укол иглы, боль пронзила сердце. Воспоминание о приёмной матери накатило внезапно — она тоже постоянно готовила блины на завтрак. С вареньем и сметаной.

Он пододвинул к себе тарелку, и его накрыла волна чёрной, удушливой печали. Он вдруг отчётливо, до дрожи в пальцах осознал: скорее всего, он больше никогда не увидит своих приёмных родителей. Никогда. Они вырастили его в любви, как собственного сына. А теперь он для них — пропавший без вести. Он представил, как мама плачет ночами, как отец молча расклеивает объявления по городу, как они обзванивают больницы и морги…

— Что с тобой? — голос Ленара вырвал его из мрачных размышлений. Он с тревогой всматривался в его лицо.

— Да так, ничего особенного. Вспомнил кое-что, — отстранённо пробормотал Денис и, чтобы скрыть навернувшиеся на глаза слёзы, уткнулся в тарелку.

Мама, к счастью, ничего не заметила, увлечённо колдуя над новой порцией блинов.

---

— Что это за напиток? — спросил Денис Ленара, пробуя холодную, чуть сладковатую тёмную жидкость. На вкус она напоминала нечто среднее между квасом и выдохшейся колой, а аромат источала густой, терпкий, лесной — какая-то смесь незнакомых трав.

— Бодрящий эликсир, — ответил Ленар, отхлёбывая из своей кружки. — Полезная штука, но лучше не перебарщивать. Иначе потом вообще потеряешь способность спать. Буквально.

Денис вспомнил вчерашние слова мамы — о том, что Ленар не спал неделю, — и подумал, что парень, возможно, слегка подсел на это зелье.

— Ясно. Ну, я тоже одно время злоупотреблял энергетиками, — усмехнулся он, вспоминая бессонные ночи перед сессиями. — Правда, меня потом вырубало прямо на лекциях. Препод был в ярости.

— Тут немного другой эффект. Ты проводишь неделю без сна, совершенно бодрый, а потом две недели спишь мёртвым сном. Такая вот расплата. Но для этого нужно выпить очень много — несколько кувшинов за раз.

— На кой чёрт вообще нужен такой эликсир?

— Если пить строго по утрам и не больше одной чашки — никакой побочки. Только ясная голова и бодрость на весь день. Но правило железное: не больше одной.

— Ясно, учту, — протянул Денис, задумчиво разглядывая мутную жидкость. Вкус, честно говоря, оставлял желать лучшего. «Лучше бы кофе», — тоскливо подумал он, но спрашивать не решился. Не хотелось выглядеть капризным и неблагодарным гостем.

Блины же, напротив, оказались потрясающими — тонкими, кружевными, тающими во рту. Он не постеснялся сказать об этом маме, и та тепло улыбнулась в ответ широкой, счастливой улыбкой.

— А что за наказание тебе грозит? — тихо, чтобы мама не услышала, спросил Денис, наклонившись к Ленару.

Тот помрачнел и уставился в свою кружку:

— Скорее всего, понизят в звании. Снова стану послушником. Начну всё с самого начала.

— А сейчас ты кто?

— Главный разведчик, — не без гордости, но и с горечью ответил Ленар. — Специалист по поиску и незаметному проникновению. Этому учат годами.

— Понятно… Поэтому тебя и послали за мной?

— Конечно. Я готовился к этой миссии с самого рождения, — он кивнул и удручённо добавил: — И почти её провалил.

— В смысле? Ты же доставил меня сюда.

— Доставил. Но всё чуть было не сорвалось. Несколько раз мы были на волосок от гибели. Всё пошло не по плану с самого начала. Да ещё и хвост за собой притащили — лазутчика, который едва не уничтожил всю защиту Убежища. Я не заметил врага у себя под носом. А мастер Арден столько лет вдалбливал мне заклинание разоблачения иллюзий… Стыдно.

— Ну, не казни себя так, — Денис сочувственно посмотрел на парня. — Я ведь, если разобраться, сам виноват не меньше. По твоим же словам, это я случайно создал портал в поезде, и нас зашвырнуло в ту глушь. И девочку нашёл я. А ты с самого начала сомневался. Кто же мог заподозрить в ребёнке шпиона? Я поверил ей безоговорочно, без тени сомнения. Как последний дурак.

— Ты вообще ни в чём не виноват, даже не думай, — отрезал Ленар. — А вот если бы ей удалось пронести тот кристалл в Убежище… Вся защита крепости пала бы в один миг. Все барьеры, все щиты — всё исчезло бы. И Король мгновенно захватил бы нас.

Денис невольно поёжился, представив эту картину. Они ещё немного посидели в тишине, каждый погружённый в свои невесёлые мысли. Затем Ленар поднялся, отодвинув пустую тарелку.

— Ладно, идём. Прогуляемся, покажу тебе учебный корпус. Мастер Арден пригласит нас ближе к полудню — сейчас он занят. Так что у нас есть пара часов.

Денис кивнул, встал из-за стола, поблагодарил маму за завтрак и последовал за братом.