Юрий Петрович Федотов - Печорский Ленин

 Посреди широчайшей реки Печоры, на крохотном узком песчаном островке, проплывающие мимо на казанках и катерах люди, могли видеть необычайное для них зрелище. Две, непонятно во что одетые фигуры, не кричали спасите и заберите нас отсюда… Отнюдь, один лысый, коренастый, поменьше ростом второго, - декламировал стихи, периодически выкрикивая их, усиливая голос при приближении желающих спасти этих бедолаг…

Приближаясь, естественно там думали, что это двое сумасшедших, и поддав газу на своих «вихрях», проносились мимо… Да, это были мы, - я, и Юрий Петрович Федотов, как его частенько звали Ленин, за его потрясающее сходство с ним. На фото он сидит третий слева… Как он говорил, его увидев, режиссеры частенько звали на пробы в кино… Об этом происшествии на Печоре, я расскажу чуть ниже, а сейчас поясню подробнее, что это за фигура…

Юрий Петрович родился в далеком 1928 году в Саратовской области, и в трудные военные года, с тринадцати лет работал мотористом на рыболовецких судах в Астраханской области… Работая ещё там, товарищи его замечали, что взяв небольшой блокнотик и нехитрый набор акварельных красок, он в перерывах набрасывал красивые речные закаты…

Эта мечта стать живописцем и подтолкнула его к переезду в Омск, где он успешно окончил школу-студию при Омском отделении Союзе художников… Вскоре после обучения её, стал ездить в творческие командировки - Байкал, Енисей, и побывав во всём западном Приуралье…

Наконец, он приезжает в творческую командировку в город Печора… В те времена, при Иване Павловиче Морозове, была политика взрастить собственную интеллигенцию, в том числе поддержать деятелей искусства.
И тут как нельзя кстати, озаботился этим председатель Коми отделения союза Художников Рем Николаевич Ермолин…

Комигражданпроекту было дано задание спроектировать в крупных городах Коми творческие мастерские для Союза художников… Что и было сделано в Сыктывкаре, Ухте и Печоре, а в Воркуте было создано отделение Художественного фонда при Союзе художников…
Вот в одной из этих вновь, построенных мастерских, с одобрения председателя Коми соза и обосновался Юрий Петрович…

Приезжая из Печоры, с пачкой перевязанных холстов, такой колоритный товарищ, конечно, обратил на себя внимание… Сочетание житейского опыта, при этом полнейшая детская наивность подкупала коллег, и поэтому у многих сложилось впечатление, что его простота и доступность в общении, даёт им право на некоторую фамильярность по отношении к нему…

Конечно, поразительное сходство с Ильичом, а особенно ленинская, экспрессивная манера разговора, уводила коллег в сторону, от его истинной сущности художника и поэта… Надо признаться, я и сам был долгое время в неведении, о нюансах его тонкой творческой натуры… Пока…

Пока судьба не свела меня с ним вплотную… В одном из своих рассказов «Как в аптеке», я упомянул заказ, который надо было выполнить в этом городе, где уже проживал и работал Юрий Петрович… Поселили меня в общежитие, где находились «химики» - расконвоированный уголовный элемент… Ничего плохого о них сказать я не могу, и даже наоборот, когда у меня трудно было со средствами, выручали чем могли…

Адрес дома, где находилась мастерская Юрия Петровича я знал, и однажды в перерыве от работы, посетил её… Поскольку мы уже были знакомы, по его приездам и участия на выставках, решили закрепить это товарищеским ужином…

Надо признаться, там уже в мастерской, я ощутил удивительный мир этого человека. Его отношение к природе, какая-то детская любовь что ли, не на показ, а именно та искренность, которую он вкладывал в свои рассказы о жизни… Так же там он поведал, мне что он токарь шестого разряда и сам собрал станок, для печатания гравюр и офортов… При этом похвастался необычайной силой пресса, этого своего творения, закрутив колесо подачи так, что не выдержал подшипник, со свистом пролетевший мимо моей головы…

Поскольку после этого снаряда, я остался жив, он не снижая темпа рассказа, повёл меня в подсобное помещение где хранились у него уже написанные холсты. Я. конечно удивился его работоспособности, не каждый мог похвастаться таким обилием работ. Причем это были работы довольно высокого уровня. Прежде всего, конечно надо отметить цветовую экспрессию, что вполне соответствовала характеру его импульсивности.

Причем разговор у нас с ним был, не о деньгах и продажах работ, а наоборот о понимании предназначения художника, и его высшего стремления к совершенству… Не буду в этом рассказе перечислять его разножанровые работы, не в этом моя задача… Просто хочется поделится своим отношением к этому человеку…

Когда, я рассказал ему о том, что слишком долго ехать от общаги с «химиками», он мне тут же предложил остановиться у него в недавно полученной однушке… Это вдвое сокращало мой утренний путь, до работы над рельефом…

В один из летних вечеров, после работы, я зашел к нему в мастерскую, он возился там с резиновой лодкой, что-то там заклеивая… Сообщил, что собирается на рыбалку и не хочу ли я составить ему компанию, я естественно согласился, только попросив уточнить маршрут…

В это время, к нему зашел его знакомый, живущий этажом ниже его мастерской… Услыхав разговоры про наши сборы на совместную рыбалку, и посмотрев на меня, почему-то соболезнующе посмотрел на меня…

Короче, накопав червей и собрав пучок удочек, вместе с резиновой лодкой и старой палаткой, мы прибыли на место ловли на раздолбанных жигулях этого соседа…
На которых он тут же и укатил.

Юрий Петрович, взял спиннинг, и объявив, что здесь тьма хариуса принялся полосовать несчастную речку… Продолжалось это довольно долго и когда тучи комаров облепили меня и его, я взмолился о перемене места…

Хорошо, сказал он, сделаю последний заброс… И вот надо же, спиннинг его изогнулся и он торжествующе вытащил хариуса… Правда хариус был пойман за хвост… То есть, якорёк видимо наугад зацепил какую-то стайку.
Лучше бы он не ловил этого хариуса, так как мне была прочитана лекция в неверии в удачу…

Расправив лодку и накачав её он показал на какой-то крохотный островок посреди Печоры. Вон там, сообщил он водится тьма хариуса, сейчас мы туда и поплывём… Место мол, проверенное… Видимо, не зря соболезнующе посмотрел на меня сосед…

Ну, что сказать об этом заплыве, на крохотной, едва заклеенной резиновой лодке… Ужас охватывает только тогда, когда ты оказываешься посреди бескрайней Печоры, понимая что при малейшей волне тебя зальёт, и ты пойдёшь на дно…

Кстати, что и почти случилось… С одной стороны светило солнце, а с другой надвигалась чёрная туча. И пока мы барахтались в этой лодке, пошёл настоящий грозовой ливень… Уже не помню как, но мы всё же добрались до этого крохотного клочка суши, правда суша эта была посреди бескрайней реки…

Вопли наши на этом острове, я описал вначале рассказа, а вот возвращение было ещё более ужасным, так как дождь заливающий лодку кончился, но уже подплывая к берегу метров за двадцать, у нас стала отклеиваться резиновая заплата, с такой любовью приклеенная накануне…

Но всё обошлось, и мы разделав пойманного за хвост хариуса, снабдив котелок лучком и лаврушкой сварили шикарную уху… Откровенничая, Юрий Петрович, прочёл несколько своих стихов, поразивших меня своей искренностью… Они были бесхитростны, но в них была какая-то настоящая правда, шедшая из глубины души…

К сожалению, общаясь со своими друзьями и коллегами, мы порой хотим видеть в человеке только то, что устраивает нас в них, и вновь открываем, когда человека уже нет…

2026г.