Я стоял босиком у Амвона...

Я стоял босиком у Амвона;
Я просил всех Святейших в божбе!
Не лишать острых стрел, Купидона,
Коль представится случай к стрельбе.

Коль и мне подвернётся удача,
Повстречать ту живую мечту!...
Что всегда, провидение прячет,
Поднимая в цене красоту.

Я не впал не в печаль не в унынье,
Как ссылался библейский Канон.
Хоть и путал, славянский с латынью,
Отвечая на храмовый звон.

Просто мне, как и многим подобным,
Захотелость вдруг встречной любви!...
Не скрывая ни образ, беззлобный,
Ни вагон романтизма в крови.

Подойдя очень близко к иконам,
Чтоб не слышала паства вокруг.
Я заверил, просительным тоном,
Что истрачусь как верный супруг!

Что ни тесть, ни жена и не дети,
Безусловно не будут жалеть!
Ни о благах, узревших в поэте,
Ни о днях, что не будут тускнеть.

Я о чём-то ещё распинался,
Но от грёз спас седой иерей.
Что без слов но не зло, попрощался,
Потрясая ключом от дверей.

* * *

Нашептав безответных прошений,
Я поплёося в холодный свой дом.
Не принесший ни дня, изменений,
В мой унылый сиротский содом.

На дворе вновь безлунные ночи;
Под подъездом фонарь мне мигнул.
Ну, а я, не сдержав силу мочи...,
Припустил к проститутке вздохнув.