На вокзале

В привычной привокзальной суете
Среди толпы, ломящейся в вагоны
Сидел Христос, не узнанный никем,
На деревянной лавке у перрона.

Простое рубище – рубашка и штаны,
Ни золоченых риз, ни белого хитона,
Лишь две босые узкие ступни,
Да нимбом в волосах лежит венец терновый.

И Он смотрел – с улыбкой на губах –
На пассажиров, проходящих мимо:
И боль была в опущенных руках,
И сострадание — в глазах небесно-синих.

А те бегут в туманной маете,
Не поднимая глаз, нагруженные былью,
Усталые и злые, в темноте,
Забывшие в обыденном бессилье

Про милосердие, духовность, доброту…
Погрязшие в дневных своих заботах,
Они бегут, бегут, бегут, бегут –
От мира, от самих себя, от Бога...

Но кто-то, все же, мимо проходя,
Вдруг замедляет шаг свой торопливый
И, вздрогнув, поднимает к небу взгляд,
И улыбается — бесхитростно и живо,

И расправляет плечи, от проблем
И горестей нагруженные прежде…
В толпе Христос, не узнанный никем,
Благословляет каждого Надеждой.