Лечится сочувственным кивком

На третий день своего пребывания на Земле Зрх'аал встретил женщину, которая остановила его ещё до того, как он успел поздороваться.

— Молодой человек, вы случайно не врач?

— Нет. Я исследователь из созвездия Эг...

— Жалко. А то у меня полисегментарная люмбокраниальная мигропатия.

— Что это?

— Никто не знает. Но очень неприятно.

Зрх'аал сочувственно кивнул.

— Мне жаль.

— Это ещё не всё. Недавно обнаружили сезонный межполушарный хондропсихоз.

— Опасно?

— Пока неясно. Но врач очень задумался. Возможно это даже смертельное.

— Какой кошмар. Мои соболезнования.

— Погодите пока. Врач говорит, что у меня вовремя началась паравертебральная нейровестибулоаллергия, а это немного нейтрализирует высшеупомянутую катастрофу.

— От чего же у вас такие сложные болезни? Даже я не слышал о таких, хотя мы внимательно документируем все ваши медицинские обновления, стараемся шагать с вами, землянами, в ногу.

— Предположительно это всё от сквозняка или от химического запаха колекции динозавров из "Авроры". Или от невзаимной любви. Причём, не любила я. Меня всегда все любили, обожали прям. Всем было до меня дело, а мне - не до кого. Тьху. Всрались они мне все. А они мне проходу не давали, в рот заглядывали, в душу, в это вот всё остальное тоже. Вот вы что сейчас делаете?

Инопланетянин достал планшет.

— Я записываю.

— Записывайте. Ещё у меня хронический гиперрефлекторный гастроастрализм.

— Это связано с желудком?

— Не напрямую. Но после окрошки на минеральной воде усиливается. Надо чтоб на сыроватке.

— Любопытно...

— И самое тяжёлое — идиопатическая метафизическая коленопатия.

— Что болит?

— Душа отдаёт в левое колено.

Зрх'аал молчал почти минуту.

Потом торжественно открыл серебристый чемоданчик.

— На моей планете мы можем устранить любую из этих болезней.

— Правда?

— Конечно.

Он достал маленький прозрачный шарик.

— Это наносфера. Она за четыре секунды полностью перестроит организм.

— А потом?

— Потом вы будете абсолютно здоровы.

Женщина нахмурилась.

— Совсем?

— Совсем.

— Даже колено?

— Даже то, которое связано с душой.

Она задумалась.

— А если соседка спросит, как здоровье?

— Вы ответите: «Прекрасно».

— И всё?

— Да.

— А если в очереди в аптеке кто-нибудь разговор заведёт?

— Скажете, что у вас ничего не болит.

Женщина стала заметно грустнее.

— И терапевт удивится...

— Возможно.

— И фармацевт перестанет меня узнавать...

— Вероятно.

— И Марина из третьего подъезда не сможет сказать: «Ой, у меня тоже такое было...»

— Скорее всего.

Женщина тяжело вздохнула.

— Нет. Давайте не будем торопиться.

— Почему?

— Понимаете, если я выздоровею -- о чём же я буду разговаривать с людьми?

Зрх'аал впервые за экспедицию не нашёл что ответить.

Они молча дошли до автобусной остановки.

Тишина длилась секунд десять.

Женщина не выдержала.

— Хотя, если честно, вчера ещё, кажется, началась субклиническая наднадпочечниковая вестибулофибромаляция.

— Это новая болезнь?

— Сегодня утром появилась.

— А симптомы?

— Пока только название.

— Я поражон неистово. Не торопитесь рассказывать об этом, быть может - вы сможете запатентировать данный диагноз и получить миллиард!

— Нет, я уже всем рассказала, и Татьяна Борисовна из горсовета сказала, что у неё нечто похожее было в марте.

— Как же она излечилась?

— Да ну что вы как маленький, ей богу.

— Я вас понял, простите меня великодушно за невнимательность.

Женщина скучающе закатила глаза.

Запись в бортовом журнале Зрх'аала:

Сегодня я обнаружил удивительную форму земной жизни.

Сначала я принял болезнь за причину разговора.

Позже выяснилось, что разговор и был настоящей причиной.

Болезни выполняли функцию приветствия, знакомства, поддержания беседы, установления доверия и плавного перехода к обсуждению личной жизни.

Я предложил универсальное лечение.

Оно было отвергнуто.

Предварительный вывод: некоторые земляне не хотят избавиться от своих страданий, потому что страдания стали их единственно понятной коммуникацией с миром. Только так они примыкают к своим, находятся в некой стабильности и видят в жизни хоть какой-то смысл.

Окончательный вывод: если человек начинает предложение со слов «Да это ещё ничего, вот у меня...», приготовься: сейчас ты узнаешь диагноз, который не существует ни в одной галактике, и на первый взгляд кажется, что всё это отлично лечится сочувственным кивком, но не тут-то оно было.