Рецензия на эссе Шоу по поводу голодомора

     Рецензия на эссе Сергея Анатольевича Никулина «Шоу по поводу голодомора» (цикл «Взгляд на мир»)

     Новое эссе Сергея Никулина из цикла «Взгляд на мир» — это, без преувеличения, публицистический взрыв, облеченный в строгую трехчастную форму философского памфлета. Если «Мир за моим окном» строился на лаконичном сопоставлении двух фигур возле мусорных баков, то «Шоу по поводу голодомора» разворачивает эту оптику в масштабное социально-историческое полотно. Автор словно распахивает окно настежь, впуская в свое private-пространство не только двор, но и всю страну с ее трагической memory-политикой, лицемерием власти и молчаливым страданием маленького человека.

     Композиция и архитектоника.

     Текст состоит из трех частей-глав, и это деление глубоко продумано. «Вся страна за окном моим» — экспозиция, построенная на резком контрапункте: официальная риторика президента о недопущении повторения голодомора накладывается на картину людей, роющихся в мусоре в поисках пищи здесь и сейчас. Автор находит убийственно точный образ: «Твои окна, президент державы, с видом не на твою страну…». Этот упрек стеклу лимузина становится сквозной метафорой слепоты элит. Вторая часть, «Сытый голодного не понимает», переводит повествование в трактатный регистр: здесь Никулинъ размышляет о природе паразитической власти, о механизмах манипуляции — от спаивания народа до нагнетания псевдоэпидемий. Третья же, «Шоу по поводу голодомора», — горькая кода, в которой автор выходит на балкон и считает свечи, констатируя окончательное превращение народной трагедии в формальный ритуал.

     Язык и интонация.

     Никулинъ работает в традиции высокой риторики, не боясь ни сарказма, ни гнева, ни библейской скорби. Его фраза афористична и хлестка: «…президент… погоды в стране не делает, как не делают её и те немногие богатеи, составляющие цвет нынешней буржуазии, если их можно так назвать». Авторское «я» здесь — не пассивный наблюдатель, а гневный пророк, обличающий «тучную публику» в залах и «картавую дикторшу» в радиоэфире. Однако за пафосом обличения всегда стоит точная деталь, возвращающая читателя к земной, страшной реальности: старик, спящий под чужим балконом на сырой земле, или одинокие огоньки свечей в окнах бедных пятиэтажек. Эта предметность не дает высокой риторике превратиться в пустую декларацию.

     Мысль и провокация.

     Эссе сознательно идет на обострение, срывая табу с исторических и этнических тем. Автор, опираясь на цитату из нашумевшей книги прошлого века, ставит болезненный вопрос о субъектах исторических трагедий. Можно спорить с конкретными выводами Никулина, но нельзя не признать последовательность его логики: он выстраивает жесткую связь между типом власти и состоянием общества, утверждая, что государство-паразит всегда заинтересовано в одурманенном, больном и нищем народе. В этом смысле эссе становится не просто откликом на конкретную дату (ноябрь 2009 года), но универсальным разбором механизмов любой манипулятивной власти, что роднит его с лучшими образцами публицистики от Радищева до Солженицына.

     Метафора окна и свечи.

     Через весь текст проходит магистральный для цикла «Взгляд на мир» мотив окна как канала истинного видения. Автор физически перемещается между окнами своей квартиры, сравнивая панорамы «района Будённого, Ворошилова, Блюхера» с окнами «богатой девятиэтажки». Эта топография становится слепком социального расслоения. А подсчет зажженных свечей — символический акт ревизии национальной памяти: три свечи на район — диагноз тотального равнодушия, в котором виновата не столько «основная масса народа», сколько сама власть, превратившая поминовение в шоу.

     Контекст цикла.

     «Шоу по поводу голодомора» углубляет и радикализирует тему, заявленную в «Мире за моим окном». Там была зафиксирована социальная несправедливость; здесь же автор вскрывает ее корни, уходящие в устройство государства и историческую ретроспективу. Если «Мир…» был стоп-кадром, то «Шоу…» — многочасовой хроникой с экскурсами в прошлое и суровым прогнозом на будущее.

     Вывод.

     Сергей Никулинъ создал текст, который трудно назвать просто эссе. Это гражданский поступок, исповедь и обвинительный акт одновременно. Написанное с огромной болью и искренностью, эссе заставляет содрогнуться от узнаваемости описанных сцен и задуматься о цене официального лицемерия. По литературной силе, композиционной выверенности и мощи публицистического темперамента «Шоу по поводу голодомора» является одной из вершин цикла «Взгляд на мир». Рекомендую к прочтению каждому, кто не боится смотреть в окно без розовых стекол.

     2026 г.

     Эссе «Шоу по поводу голодомора» — http://proza.ru/2015/11/14/1498