Последний ключ. Глава 22

В зал вошла стройная женщина в скромном тёмно-сером длинном платье, которое струилось до самого пола. Волосы, тронутые лёгкой, благородной сединой, были аккуратно собраны в низкий пучок. Тонкие, аристократические черты лица, бледная, почти фарфоровая кожа и ярко-синие, сияющие глаза — те самые глаза, что Денис уже видел у Ленара. Сходство было настолько разительным, что он ни на секунду не усомнился: это мать Ленара. Но была ли она его собственной матерью? В этом он уверен не был.

Денис торопливо поднялся со стула, отошёл от стола и замер в нерешительности, не зная, что сказать.

— Элиан! — воскликнула она, и не успел он опомниться, как женщина в быстрым шагом преодолела разделявшее их расстояние и заключила его в крепкие, почти отчаянные объятия.

От неё пахло чем-то невероятно прекрасным — тонкими духами или, может быть, эфирными маслами, смешанными с ароматом сухих трав. Этот запах показался ему смутно знакомым. Она прижимала его к себе так сильно, словно боялась, что он исчезнет, и по её щекам беззвучно текли слёзы.

Денис стоял, окаменев, не зная, куда деть руки, и растерянно ждал окончания этой странной, мучительной сцены. Женщина была для него совершенно чужой — он видел её впервые в жизни. Но что-то глубоко внутри, на каком-то древнем, глубинном уровне, кричало об обратном. Что-то неуловимое мелькнуло в памяти, словно далёкая, полустёртая вспышка: этот запах, это прикосновение, это имя… Элиан. Так она его назвала. Сердце забилось чаще, загнанно, неровно.

— Мама? — вырвалось у него прежде, чем он успел осознать, что произнёс это слово.

Она отстранилась, вытирая слёзы тонкими, изящными пальцами, и оглядела его с головы до ног, словно пытаясь запечатлеть в памяти каждую чёрточку.

— Ты совсем взрослый стал… — прошептала она, и голос её дрогнул. — Я так скучала по тебе. Так безумно волновалась. Не было ни единого дня, ни единой минуты, чтобы я не думала о тебе. Ни единой.

Наконец Денис, немного справившись с шоком и взяв себя в руки, заговорил — сбивчиво, путаясь в словах:

— Послушай…те. Я не хочу вас обидеть или задеть. Правда. Но вы… вы точно уверены, что я ваш сын?

— Ты думаешь, я могу спутать своего собственного ребёнка с кем-то другим? — она тихо, мягко рассмеялась, и в этом смехе не было ни насмешки, ни обиды — только тепло и лёгкая, светлая грусть. — Я ещё не ослепла и не утратила своё материнское чутьё, Элиан. А ты всё ещё сомневаешься?

Денис беспомощно кивнул и бросил короткий взгляд на Ленара, который как раз вошёл в зал и остановился у двери.

— Он вообще ничему не верит, — усмехнулся тот, подходя ближе. — Даже тому, что видит собственными глазами.

Мать мягко коснулась плеча Ленара и тепло, с бесконечной нежностью улыбнулась ему. Слёзы на её щеках уже высохли, но в глазах стояла тревога.

— Тебе нужно отдохнуть, Ленар. Я не могу видеть тебя в таком состоянии. Ты снова загнал себя до предела. Ты же не спал целую неделю.

— Да ладно, мам, всё нормально, — отмахнулся он, но в голосе его не было резкости. Он смотрел на мать с теплотой и тихой, сыновней нежностью. — Не стоит обо мне беспокоиться. Я в порядке.

— Как это «не стоит»?! — всплеснула она руками. — Ты хоть представляешь, как я волновалась, когда вы не вернулись в срок? Я уже готова была идти за вами прямо в портал! И если бы не мастер Арден — клянусь, я бы пошла.

— Но всё уже позади. Мы здесь. Мы вернулись, — Ленар мягко сжал её руку, и она на мгновение прикрыла глаза, словно только теперь позволяя себе поверить.

Потом она подняла взгляд на Дениса — тот самый, полный любви, нежности и тревоги, — и ему стало невыносимо неловко. Он не знал, что делать с этой любовью. Он даже не помнил эту женщину.

— Уже поздний час, — нарушил затянувшееся молчание Ленар. — Мастер Арден сказал, что поговорит с нами завтра.

— Ты прав, — мама вздохнула и мягко улыбнулась. — Идёмте домой. Вам обоим нужно как следует выспаться. Все остальное подождет до завтра.

Она направилась к выходу, и Денис с Ленаром молча последовали за ней.