Рассказ Числа Глава 3. Восемь, продолжение

Обычное утро на Марсе наступало медленно...
Сначала над куполом появлялась тонкая полоска света, потом темные равнины начинали окрашиваться в цвет ржавого металла, и только после всего этого весь город просыпался и оживал.
Но этот день начался совсем по другому. Город неожиданно проснулся от звука сирен. Не тех - заводских, к которым все давно уже привыкли, а других, непонятных, а потому и тревожных. Таких, которые заставляют людей забыть сон и сразу бежать к окнам,  забывая про страх и осторожность.
Брат и сестра выбежали  утром из дома и увидели, что все взрослые стоят на улицах. Никто ничего не говорил, все молча стояли и смотрели на экраны, по которым транслировали новые лица и странные символы. Лишь через несколько часов стало известно, что их город больше не принадлежит им.
Первое время люди не понимали, что делать и куда обращаться. Пытались дозвониться родственникам в соседние города или просто стояли и смотрели. Потому что самое страшное происходит не тогда, когда приходит опасность, а когда однажды человек понимает, что привычный мир разрушен.
Брат и сестра смотрели на главную площадь города. Там уже были развешаны новые плакаты. Но вызвало удивление другое. На одном из больших экранов снова появилось знакомое лицо их клоуна. Он сейчас говорил из соседнего города и всё так же привычно улыбался.
— Сейчас самое главное — единство, — говорил он. — Нужно пережить трудный период и сохранить надежду.
Сестра посмотрела на брата.
— Он снова говорит то же самое.
— Да.
— Только теперь в другом городе.
Брат ничего не ответил, потому что это было правдой. Слова остались прежними, изменилось только место, в котором их говорили.

Новый правитель города производил совсем другое впечатление. Он был старым человеком и редко улыбался. Говорил медленно и его речи были наполнены словами и мечтами о прошлом. О великих временах и потерянной славе...
Он обещал быстро навести порядок и вернуть былое величие. Говорил, что все будут вспоминать этот день как начало нового лучшего времени.
Люди внимательно слушали и опять верили. Некоторые молчали, но многие на следующее же утро пошли работать на те же заводы и встали на тех же конвейерах.
Брат стоял на небольшой возвышенности возле купола и смотрел вниз.
— Посмотри, — сказал он.
Сестра подошла к нему.
— Что там?
Он показал на город.
— Всё осталось по прежнему.
Она долго смотрела, а потом поняла.
Заводы работали как прежде. И люди работали, и конвейеры двигались, выпуская ту же продукцию. Только слова стали другими, изменились названия. Людям было привычнее чувствовать себя маленькими деталями большого механизма, когда кто-то другой принимает за них решение...

Вечером дети снова собрались в своем тайном месте возле шкафа. Теперь они говорили тише, как будто даже старые книги могли услышать их мысли и доложить.
— Получается,  что ничего не изменилось? — спросил один мальчик.
— Изменилось, — ответила сестра.
— Что?
Она подумала.
— Те, кто говорит и раздает приказы... Теперь это другие люди.
— А остальное?
Она посмотрела на старую транспортную ленту за окном.
— Остальное осталось по прежнему.
Брат открыл дневник.
— Может быть, поэтому восьмёрка и похожа на бесконечность.
— Почему?
— Потому, что человек может пройти очень долго и всё равно остаться на том же месте.

Прошло несколько дней и новые власти собрали жителей на главной площади. Им опять рассказывали о скорых победах и терпении. О том, что трудности вскоре закончатся и впереди обязательно ждёт счастливое будущее.
Дети слушали и им казалось, что они где-то уже это слышали. Только раньше этот голос принадлежал другому человеку.
Клоун обещал счастье, а новый правитель обещает величие. Но за их словами, в паузах и многоточиях, слышалось всё одно и то же.  Непрерывно работающий конвейер и гул заводов, движение в одном направлении, к бесконечному ожиданию счастья и самоутверждению тех, кто всем руководит.

Однажды вечером брат нашёл в дневнике старую запись сестры, из первой части их размышлений про число «два».
«Два — когда ты не один».
Он долго вчитывался в эти слова.
— Знаешь, — сказал он, — наверное, поэтому взрослые так легко попадают в круг.
— Почему?
— Потому что боятся остаться в одиночестве.
Сестра кивнула.
— Им хочется, чтобы кто-то сказал им, что делать.
— Даже если он ведёт не туда?
Он посмотрел на бесконечную ленту заводов впереди, дороги к которым соединялись друг с другом и напоминали сплошные восьмёрки.
— Особенно тогда...
В тот вечер они сделали последнюю запись о восьмёрке.
Брат написал:
«Восемь означает не только бесконечность.
В ней заключен и выбор. Можно идти по кругу и однажды остановиться».
Сестра позже дописала:
«Самый трудный шаг — не вперёд. Сложнее всего остановиться и выйти из круга».

Они закрыли дневник. За куполом снова поднималась темная марсианская ночь.
Звёзды были такими же, как всегда - холодными, далёкими и спокойными.
Но дети знали, что даже среди бесконечности повторений всегда есть кто-то, кто должен сделать первый шаг.
На последней странице дневника они нарисовали восьмёрку. Но рядом с ней поставили маленькую линию. Дорогу, пересекающую круг. И подписали:
«Может быть, бесконечность существует не для того, чтобы повторялось прошлое, а для того, чтобы однажды кто-то посмотрел назад и вышел из круга».