Москва-вечно молодой купец. Гарик Гриф-начало

В тёмном зале все танцуют, и моя подруга в такт
Извергает дозу пота в дискотечный смрад
Я стою в крутом раздумье среди потных и мокрых лиц
Священной злобой возвышаясь над скопленьем тупиц…
Игорь Николаевич Шевчуков приехал в Москву
из Тверской области вербоваться на гигантскую двугорбую
плавбазу то ли рыбоукладчиком на филейную линию, то ли
спайсбоем лаврушку в консервы стричь, в Марокканскую
зону за 1000 баксов в месяц, но билет или если быть точнее
трудоустройство в этот уголок Рая был платным — 300 баксов, что конечно пустяки и мелочи в сравнении с будущими
барышами после восьмимесячного контракта.
Продав скот, корнеплоды, домашние растения
по сходной цене, поменял вырученные деревянные на зелёные, оставив жену и двух малолетних дочек с пачкой макарон и колодезной водой в ведре, уехал таки Игорь Шевчуков в Москву.
Колхозная суета и вечное жужжание сменились наконец;то
столичным всепоглощающим шумом — это же, как там говорится, две большие разницы.
Стоя в гигантской очереди по адресу: Бульвар Энтузиастов, 2, БЦ Golden Gate, башня A, 109544, компания «United
Maritime Agency», среди таких же несчастных, скупо одетых в серые тона людей, Игорь откровенно говоря скучал,
вспоминая студенческие годы, проведённые в стенах РГУНИГ (национальный исследовательский университет) имени
И. М. Губкина. Как же он дошел до такой безликой, беззубой
с кучей нелепых бытовых проблем жизни, что заставило его
«лётчика-испытателя» пересесть на почтовый, банальный
тихий, семейный «кукурузник», его гусара и барыгу, продавца билетами в страну счастья — Нарнию, где никогда нет
дождей, всегда светит солнце, а по телевизору круглый год
показывают «Лебединое озеро» Большого театра и спектакли
Марка Захарова и Юрия Любимова бесплатно.
Так стоял он и рассуждал до той поры, пока не увидел
идущего против течения крупного «лосося» — уверенного
и с фактурной внешностью в костюме от «Zoot Suit» цвета
фуксия, в белоснежной рубашке со странным галстуком,
который представлял собой кожаный шнурок, затянутый
в узел, скреплённый эффектной латунной брошкой, и велюровой чёрной шляпе от «Borsalino». На ногах у него были
лакированные, укороченные казаки «Joe Sanchez» из аллигатора телесного цвета с подпалиной, а в руках он держал кожаный портфель от итальянского модного дома «Piquadro».
«Вас всех когда; нибудь повесят или массово отправят в газовую камеру концлагеря «Дахау», в лучшем случае согласно вашего сценария жизни — это ожидайте, как
и Троцкий, ледоруб из рук Рамона Меркадера». «Лосось»
извергал из себя проклятия в адрес компании так красноречиво, что это не могло не заинтересовать Игоря. Походка
«лосося» была порывистой; несмотря на избыточный вес,
в гневе своём он напоминал вепря, что напрочь отбивало
всякое желание встать у него на пути, поэтому Игорь решил
пропустить почтенного идальго мимо, а потом догнать.
«Добрый день», — начал скакать он вокруг «лосося»,
напоминая со стороны пса «Джек Рассел» из фильма «Маска». «Вы не подскажете мне», — подхалимничал Игорь, —
«что за потрясающее изделие на вашей могучей шее», и зачем;то сказал: «сэр». «Лосось» остановился и внимательно
изучил колхозника Игоря, затем медленно провёл правой
рукой по галстуку-шнурку «Боло», улыбнулся.
— Принято считать, — начал «лосось», — что автором
такого изобретения выступает житель Аризоны — Виктор Кедастраф. Постепенно модели менялись, становились более
разнообразными и дорогими, его даже в 1971 году возвели
в статус официального элемента гардероба в штате Техас
и Нью-Мексико на законодательном уровне — слыхал про
такое? — Ух ты, как вы интересно всё рассказываете, наверно вы известнейший адвокат или государственный муж? —
Нет, — отвечал «лосось», — я обедневший футболист, — и, довольный собственным ответом, заржал как конь так, что
некоторые пешеходы, приседая, невольно стали коситься
на этого «человека-гром».
— Вы знаете, я тут, понимаете ли, день как в разъездах
и поисках, одним словом хочу предложить вам скромную
трапезу в каком;нибудь кафе поблизости, за мой счёт разумеется, — продолжил Игорь, встав на ручник и переминаясь
с ноги на ногу. — По близости не выйдет, я сегодня отбываю
вечерней лошадью в мой любимый город Питер, так что
сейчас ныряю в метро на станции «Римская», дальше погнал до «Плешки». Знаешь наверное, что в народе площадь
трёх вокзалов (Ленинградского, Ярославского и Казанского)
называют «Плешкой» (от слова «плешь» — лобное, лысое
место). Надо, понимаешь ли, осмотреться, почувствовать
сильную долю в ритме города, уйти с головой в воспоминания. А в этой очереди ты найдёшь только рабские цепи
и, дойдя до заветной двери топ-менеджера крюинга, ты
уткнёшься носом в табличку «Desine sperare qui hic intras»,
что в переводе с латыни значит — «Оставь надежду, всяк
сюда входящий», — и снова заржал.
Игорь вдруг ощутил страх потерять такого большого
балабола и неожиданно для себя произнёс: — Меня зовут
Игорь, мы можем посидеть в кафе и на вокзале, если пожелаете, сэр. «Лосось» протянул пухлую руку со словами: —
Друзья называют меня Билли Бонс, а в миру я — Суслов Сан
Саныч, — и, пожав друг другу руки, они вместе отправились
к станции метро.
Суслов Сан Саныч заканчивал ЛМУ в Ленинграде,
затем, получив распределение на Север, заочно окончил
МВИМУ им Ленинского комсомола, а прозвище Билли Бонс
получил за то, что, будучи в Южной Корее, в порту Пусан,
в квартале «Техас» — это южнокорейская неудачная копия
«Квартала красных фонарей» или по-другому — Де Валлен, Сингелгебид, Рёйсдалкаде — район в Амстердаме, где
работают все виды секс-индустрии, — он в ранге третьего
штурмана загулял крепко с английскими моряками в одном
припортовом суши-баре. Затем уже под вечер и глубоко подшафе заспорили они, что русский штурман типа не сможет
охмурить негритоску-буфетчицу Лу-Лу, и, бросив нашему
гусару перчатку, поволокли Сашку Суслова на свой сухогруз.
Буфетчицей оказалась чернокожая, мягко говоря, упитанная женщина бальзаковского возраста, которая своими
манерами совсем не походила на заколдованную принцессу, но Сашка Суслов не растерялся, сразу же пустил в ход
свой конёк — танец «яблочко», и, как на выпускном вечере в Средней мореходке, сам себе присвистывая и бросая
в создавшуюся атмосферу фразу: «Опаньки, пошёл, пошёл
родимый — не сачкуй», дал чёрной от каблуков копоти так,
что даже капитан со старшим механиком выскочили из кают
посмотреть на артиста.
Схватив горшок с цветком с офицерского столика,
подлетел Сашка к ошарашенной Лу-Лу и, встав на одно колено, держа цветок на вытянутых руках, запел «Lonely table
just for one» — песню Энгельберта Хампердинка. Капитану,
конечно, доложили моряки, в чём, так сказать, тут прикол
и чего ради русский так старается. Английский капитан был
человек с неиссякаемым юмором и, кивнув головой, произнёс: «You are the winner» (ты выиграл). «Что бы ты хотел,
русский, за это Reality Show?» (настоящее шоу). И Сашка
Суслов попросил себе в дар настоящую «Admiralty Chats»
(навигационную карту). — Хорошо, — ответил кэп, — тем более
у нас других и быть не может.
Сашка выдернул из предоставленного ему штурманского дубового стола, где хранилась полная коллекция, первую попавшуюся карту #2846 «Punta Frances to Punta Maria
Aguilar including Cayman Ridge». В романе Роберта Льюиса
Стивенсона «Остров сокровищ» пираты ищут сокровища
на необитаемом острове в Карибском море. Уже на переходе
в порт Мурманск капитан дальнего плавания Пётр Валерьевич Алёхин, имея за плечами богатейший опыт и креативный склад ума, внимательно изучил трофейную карту,
случайно забытую трёшником на мостике, и рассказал Сашке
Суслову о прочитанной статье в журнале «Морской вестник» и полном сходстве описанного в произведении острова
с реальным островом Пинос (с 1978 года — Хувентуд (исп. Isla
de la Juventud — остров Молодёжи) — второй по величине
остров и особый муниципалитет Республики Куба. Находится в 50 км от южного побережья острова Куба в архипелаге
Лос-Канарреос), и фишка заключается в том, что природа,
бухты и горы острова как будто списаны с острова из романа.
Иными словами, карта #2846 и есть карта сокровищ
капитана Флинта, тем более вся такая нарядная, в золотниках,
плотного тиснения, и самое главное — английская. Так и прозвали Сашку Суслова — Билли Бонс. Ну вернёмся в реалии.
Станция метро «Римская» шикарно оформлена в античном стиле: статуи, изображающие Ромула и Рема, и даже
небольшой фонтан под землёй, к слову сказать, единственный в столице, поражали своим величием. Сан Саныч всем
улыбался и, приподнимая деловито шляпу, всё повторял:
«Да вот, мол, сами понимаете, надо быть поближе к люмпенпролетариату». Волочившийся рядом Игорь всё гадал:
да кто же он такой, этот чёрт, с манерами Геннадия Жарова?
Уже войдя в вагон,Сан Саныч подошёл к несчастной
старушке и сходу начал вести диалог:Ну как вы тут, мать?
Понимаю, увидеть таких людей в подземке — редкость великая, но вы не конфузьтесь, так, обычный краш-тест, проверка
на столичных дорогах, изучаем глас народа. Обезумевшая
старушка начала было крутить старую пластинку о поборах
немыслимых, что дерут с трудящихся втридорога. Сан Саныч участливо кивал головой, а потом резко, так громопо
добно произнёс на весь вагон: Куда же ваши глаза глядели,
когда товарища Сталина из мавзолея на помойку истории
выносили, а? Старушка, как опытный игрок в регби, ломанулась к выходу сквозь толпищу народную, повторяя как
в бреду:Не была, не состояла, бес попутал!Станция метро «Комсомольская», объявил репродуктор. Сан Саныч, сделав пол-оборота к Игорю, дал указивку: — Согласно вояджплана, зайдём на вокзал в кассы,
а уж потом забункеруемся — ок? Тяжело поднимаясь по каменным ступеням,Сан Саныч начал было вслух рассказывать своему юному спутнику о Ленинградском вокзале следующее: бронзовая скульптура Владимира Ильича Ленина
была отлита на ленинградском заводе «Монументскульптура» в 1955 году в память о переезде советского правительства из Петрограда и о переносе столицы России в Москву
весной 1918 года.
Но, увидев работяг с лестницами в чёрных халатах,
создающих пока не понятную движуху вокруг памятника,
на весь зал крикнул: — Это вы чего удумать решили, «плебеи»
эдакие? Где старший, кто отдал приказ? Фамилия? «Плебеи»
в чёрных халатах остановили демонтажные работы и робко
посмотрели в сторону Сан Саныча. — Начальство приказало,
а наше дело сторона, понимаете ли, господин, товарищ, барин, уважаемый… — Да вы хоть знаете, мошенники, что когда
меня назначат комиссаром подразделения военной контрразведки «СМЕРШ», я первым делом по ваши души отправлю
чёрные воронки, а? Этот удивительный случай в нашей истории позднее будут разбирать очкарики-писарчуки, но факт
налицо: рабочие остановили демонтаж на сутки, потому
что, уйдя в свою коптёрку, «плебеи» крепко набубенились.
Подойдя к кассе без очереди и учтиво обняв первую
в очереди «мамочку», он с максимальной добротой в голосе
спросил: — Это не ваш ребёнок там плачет на лавочке? — та,
не задумываясь, упорхнула как ласточка. Указав перстом
на небольших размеров значок, приколотый к лацкану пиджака — «флаг России», он исполненной нежностью в своём голосе произнёс: — Мне, милочка, отпусти два со всеми
удобствами на «Красная Стрела», уж так я намаялся за эти
безумные дни в столице, что хоть выспаться в тишине звенящей перед пленарным заседанием, ибо с утра мне снова
на баррикады. Кассирша Ирочка, подняв свои василькового
цвета глаза на импозантного пассажира, с полным пониманием дела кивнула и мгновенно оформила два проездных
билета отправлением 23:55 Москва — Санкт-Петербург.
Ресторан «Патио» на Ярославском вокзале из-за ломовых цен, мягко говоря, был не людным. Дверь отворил
кучерявый армяшка и сразу же начал напускать свои чары: —
Отличный выбор, друзья! — скороговоркой залепетал холодей. — Меня зовут Тофик Мартиросян, и сегодня я буду вас
обслуживать, — показал свою блестящую улыбку и взглядомсканером прошёлся по входящим потенциальным терпилам.
Сан Саныч, увидев лестницу на второй этаж, вдруг
как;то по-особому оживился: — Накрой нам на террасе,
амиго, и помни, что скорость оплачивается как в БуэносАйресе, — и дальше, не дав очухаться слегка «прибуревшему»
халдею, дал такой расклад: — Буэнос-Айрес называют столицей официантов. В Аргентине этой работой по-настоящему
гордятся и раз в году 500 представителей этой профессии соревнуются в своём умении обращаться с подносом
на полуторакилометровом променаде центральной улицы
Буэнос-Айреса «Авенида де Майо». Бежать не надо, нужно
быстро, но грациозно идти; официант должен постоянно
контролировать поднос, а на бегу это сделать очень сложно, к тому же ещё и ветер порой мешает. Самому быстрому и ловкому официанту полагается порядка десяти тысяч
долларов, — закончил Сан Саныч и про себя вдруг отметил
оглушающую тишину в зале.
Повернувшись лицом к посетителям, он снял шляпу, сделал поклон благодарной публике и поставил точку,
как адвокат Плевако, докончив спектакль фразой: — Вуаля,
господа! Затем по;товарищески хлопнув Игоря по плечу,
погнал дальше свою обычную пургу: — Да, коллега, мрамор
ные стейки в этой столичной харчевне отменного качества.
Пройдёмте же в VIP-зал, надеюсь, свечи уже все подожжённые в вашу честь, мой юный друг, — и снова заржал как
конь, чем вызвал крайнее беспокойство и ненужную суету
у барной стойки, а также довольные улыбки восторга снова
зажевавших активным образом посетителей.
Поднялись на второй этаж, присели за пустующий
столик у окна, начали изучать стандартное в таких случаях
меню привокзальных жевалень. Сан Саныч первым делом
уточнил у Игоря, что по чём хоккей с мячом на предмет
налички. Игорь, хлопнув себя ладонью по лбу, забуксовал:
дескать, в рублях мол так себе, а в баксах три листа по сотке
имею. Воскликнув без акцента «Bellissimo», он перевоплотился в Лучано Паваротти, вальяжно снял шляпу, передал
её с глупой улыбкой на лице подходившему Тофику Мартиросяну,
затем, поманив указательным пальцем к себе халдея, что;то
уточнил шёпотом и, указав в окне направление движения
в обменник, скомандовал: — Давай, корешок, лети белым лебедем.
Через полчаса «Fenita la Comedia», а я уж тут похлопочу
за сервировку, не робей.
Игорь впервые в жизни ощущал на себе какой;то гипноз или полную зависимость от этого непонятно откуда
упавшего на его голову человека, но самое странное в этой
истории, что, имея по жизни склочный и мерзкий характер,
в данном конкретном случае молчал как рыба об лёд. Добежав до обменника и увидев, какой там грабительный курс
обмена, понёсся в следующий, затем ещё в один; потом,
посмотрев на часы, его вдруг как током ударило — ведь он
уже без битый час без толку разбивает подошву на и без
того ущербных ботах. Понёсся рысью до Казанского вокзала,
произвёл свой быстрый «Exchange» (обмен) у кавказцев, сидевших в белых жигулях шестой модели, по курсу ниже, чем
в первом по счёту обменнике, и, запыхавшийся, вернулся
на Ярославский вокзал.
На втором этаже ресторанчика «Патио» свадьба текла
в полном разгаре: закуски на столе были подобраны согласно запросу, а именно: два борща по-украински, четыре
котлеты «по-киевски», селёдка пряного посола «матье»,
варёная чищеная картошка «Мона Лиза» в вазе, посыпанная
укропом, сдобренная сливочным маслом, корзинка нарезанного в ассортименте хлеба, бутылка шампанского в ведре
со льдом, тарелка мясной нарезки, малосольные огурцы
«Нежинские» в вазе, огромный поднос с фруктами, включая ананас, два литровых штофа водки. Довершал весь этот
натюрморт откуда;то притащенная пальма в пластиковом
контейнере из-под мусора.
Восседая в главе пиршества,Сан Саныч вёл свою прессконференцию на тему «Страны Азии, или кто здесь лох».
Игорь мухой влетел в ресторан и, взяв себя в руки, степенно
направился к лестнице, ведущей на второй этаж. У барной
стойки, что в общем и целом нормально, тусовался разночинный люд; чуткий слух урывками поймал разговор
Тофика Мартиросяна с одной из расписных дам, которая была вся
из себя и держала на руках собачку «Йорк».Дама:Любезный
друг, внесите ясность,у вас не корпоратив здесь часом?Мартиросян:
Толком никто не знает, одно наверняка,фраерок залётный тусы наводит, прямо «Comedy Club» тут устроил.Не теряйте времени в пустую, прошу вас, как там говорится:
«все наверх».
Народишко подбирался разного калибра, интеллекта, социального статуса и вероисповедания.Сан Саныч
очень вкусно подавал тему доклада, постоянно жестикулируя руками, как главный дирижёр симфонического оркестра
страны — Валерий Гергиев.Сан Саныч:Сингапур — это небольшой
городишко, карликовое государство, площадью всего 728 км;
(это меньше Москвы в 3,5 раза), с населением 5 миллионов
человек. Его история начинается в 1819 году, когда губернатор Голландской Ост-Индии Стэмфорд Раффлз основал
британский порт на острове и подписал договоры с соперничавшими между собой малайскими султанами, закрепив
таким образом за островом статус британской торговой фактории. В период с 1826 по 1942 гг. Сингапур являлся колонией
Великобритании, находясь в составе Стрейтс-Сетлментса.
Выгодное географическое расположение и гибкая торговая
политика привели к развитию города. «Открытие» Китая
после опиумных войн и строительство Суэцкого канала сделали из Сингапура один из важнейших торговых центров
Юго-Восточной Азии. Власти всячески поощряли иммиграцию из Китая и Индии из-за нужды в дешёвой рабочей
силе. Поэтому вскоре китайцы стали занимать большую
часть населения, и в середине 19 века в Сингапуре сложилась
китайская торговая буржуазия, ставшая серьёзной экономической силой. Вы только представьте себе, люди-человеки! —
И, приподнявшись на руках, он вытянул вперёд шею. — Лишь
9 августа 1965 года Сингапур стал независимым. Я буквально
сутки как из тех мест, граждане, и что вы там о себе думаете? Это
страна занимает лидирующее место в технологическом,
экономическом и социальном развитии. Считается вторым
по безопасности городом на Земле после Токио, занимает 4
место по индексу восприятия коррупции, а по ВВП на душу
населения уступает лишь Люксембургу, — и снова он закончил свой длинный спич почётно, как будто мысленно состязался в ораторском искусстве с бессмертным адвокатом
Плевако, фразой: — Вуаля, господа!
Игорь, подойдя к столику, отодвигая стул, скаламбурил:У вас свободно, сэр? Сан Саныч:Игорек, мой юный друг, где
тебя черти носят? Давай скорее хватайся за вёсла, разливай
за знакомство, попробуем наконец;то, какая она на вкус —
правда столичной жизни? Сан Саныч заржал в полном удовлетворение. Игорь
мгновенно прокалькулировал расходы и, произнёс вслух: По деньгам вмещается , как я понимаю без форсмажёров- это зер гуд. Он присел напротив и стал молотить пищу как колхозный комбайн «Нева». присаживаясь напротив.
Зашумел второй этаж,привокзального театра теней,
попутчики с разных уголков страны смело подходили к Сан Санычу как на юбилей и пели дифирамбы, тот, в свою очередь, принимая реверансы, щедро разливал водку, сокрушаясь, что не нашёл в винной карте настоящего ямайского
рома. Манерная дама с собачкой «Муся» справилась у Сан Саныча, знаком ли он с ректором МГИМО, а то, понимаете ли,
чистый как слеза младенца её внук был отчислен из стен
альма-матер за сущую безделицу — раскурили с приятелем в туалете косячок, и всего делов;то. Предприниматель из Екатеринбурга умолял его выступить на ежегодном
«Демидовском форуме», посвящённом старателям. Лётчик
дальней авиации доказывал ему, что в принципе с водкой
он завязал, и если Сан Саныч за него замолвит словечко
там наверху, то он естественным образом готов вернуться
на службу многострадальному отечеству.
Субтильный мужик в чалме убеждал его, что три года
тёрся в бомбейских трущобах, изучая у местных лечение
голодом, и готов за долю малую вести передачу в Останкино совместно с Малаховым. Какой;то монах-отшельник
умолял продвинуть на рынке целебную воду из подземных
хранилищ, бьющих неиссякаемым ключом подле его «Скита» и прозванную «Родник Святого Православного Феодора
Томского», что находится в Аргинском заказнике на берегу
реки Чулым в селе « Красный Завод»,Боготольского района,
Красноярского края.
Сан Саныч радостно кивал своей мудрой головой,со всеми чокался и произносил степенно:Не переживайте, всё порешаем, наши на подходе,
и в скором времени меня назначат комиссаром подразделения военной контрразведки «СМЕРШ». Подзабыли, конечно,
ребятушки, скрип колёс под окнами, ну уж я напомню, дайте
срок.Сан Саныч поманил указательным пальцем,к себе Тофика и с серьёзным лицом,
шёпотом  в ухо,что;то спросил. Мгновенно выпрямившись, Мартиросян развёл руками, делая удивлённый вид, но затем,
хлопнув в ладоши, произнёс без сентенций:Не извольте
беспокоиться, дорогой наш гость, исполним экстравагантно,
по вашему сигналу с ручательством.
Сан Саныч встал из-за стола и демонстративно вытащил из пиджака огромный, как у купцов, кожаный, потёртый
лопатник.Медленно,дав возможность всем поисутствующим, оценить замах центрального нападающего, он достал из него 100 баксов, подал их Тофику Мартиросяну с комментарием:Владей по праву чубчик кучерявый,но помни,как допью бокал, сразу же жми на гашетку.Тофик не отводя от яркого барина темных глаз,в отместку только лишь как конь,мотнул головой. Сан Саныч присел и продолжил ликбез:Ну вот, посмотри, Игорек, на этот козлятник. Неужели
ты видишь себя среди этих пуделей, которые готовы мне
руки лизать, действительно видя во мне хозяина,а? Игорь  Шевчуков:Конечно же нет, Сан Саныч, но как мне сыскать
хлеб насущный, научи?Игорёк чуть ли не плача начал хандрить , вызывая своим мерзким поведением полный неадекват.Сан Саныч: Брось молоть чепуху, корешок. «Жизнь коротка, как
говорят философы — надо ей пользоваться». Короче, говори
прямо: сейчас в Питер вместе едем или я один?
Не раздумывая, Игорь прямо;таки выкрикнул: Едем,конечно главное , чтобы не напрасно всё ,а так даже тени сомнений нет при себе.Сан Саныч:Вот и ладушки корешок.План по твоему будущему согласован
с серьёзными людьми. Экипаж с кучером будет ожидать нас
у Московского вокзала, всё готово к встрече и даже музыка.
-А теперь наполни водкой мне вот этот бокал из-под шампанского, рассчитайся с тем кучерявым за столик и «Утку по-Пекински» ещё шепни ему , чтобы упаковали с полной любовью. Сам же ожидай меня на первом этаже. Как понял? Приём.Игорь с пониманием дела кивнул, буквально выскочив из-за столика, заспешив вниз по винтовой лестнице, переваривая текущий разговор и фразу «серьёзные люди».
Выйдя в очередной раз из-за стола, Сан Саныч резко поменялся в лице, застегнул пиджак на все пуговицы, поправил галстук-шнурок и, подняв до уровня собственных бровей наполненный бокал, громко произнёс голосом Левитана:
— Предлагаю всем присутствующим выпить за товарища Сталина!
Весь ресторан накрыла гробовая тишина; было полное ощущение, что народ мгновенно протрезвел, потому что все вдруг робко, согласно приказу старшего по званию, начали подниматься на ватных ногах, воровато озираясь по сторонам и удивляясь собственному бессилию.
Дальше происходила полная феерия: Сан Саныч практически залпом осушил содержимое бокала, затем с размаху шарахнул его оземь и после дал команду:
— Заряжай, кучерявый, не скупись!
В ту же секунду мощные колонки без треска, скрипа и фальши взорвались маршем «Прощание славянки». Сан Саныч поклонился попавшей под его обаяние или, точней сказать, гипноз достопочтенной публике, торжественно объявил: «Антракт», затем вытер салфеткой пот с лица, швырнул её в пустую тарелку и как ни в чём не бывало двинулся к выходу походкой альфа-самца-тигра, процедив сквозь зубы: «Дело сделано».