Эхо забытой крови. Глава 18. Элиан

Глава 18. Элиан

Что-то изменилось.

Первыми это почувствовали руины моего дома, когда вековая тишина мёртвых земель вдруг зазвенела в камнях, а следом донёсся тяжёлый, мерный топот десятков массивных лап.

Отродья.

Стряхнув оцепенение, я вскинул кисти, заставляя воронёные кинжалы соткаться прямо из чёрного тумана. Шаг мгновенно сорвался на бег, и я стремительно покинул стены своей разрушенной обители, но то, что открылось мне на плато, заставило тело резко замереть.

Стая. Огромная, безумная стая тварей живой лавиной неслась к разлому, совершенно не обращая на меня внимания.

Что их так привлекло?
Там, наверху, были люди, но подняться по высоким скалам эти существа никогда бы не смогли — именно поэтому я и не тратил силы на защитные барьеры. Размышления прервались внезапным ударом: спину словно обожгло калёным железом, выбивая воздух из лёгких и вынуждая меня упасть на колени с задушенным криком. Прижав ладони к горящим лопаткам, я опустил взгляд и оцепенел, наблюдая, как по моим венам мгновенно разливаются ветвистые узоры, принадлежащие той единственной, кого я меньше всего ожидал здесь встретить.

Наша связь.

— Айра… — я выдохнул её имя, и это шёпот прозвучал так, словно я обнажил саму душу перед лицом надвигающейся смерти. — Она здесь.

Осознание этой страшной правды ударило в голову одновременно с диким страхом за её жизнь, и ноги сами понесли меня вперёд ещё до того, как я успел составить хоть какой-то план. Разогнавшись до предела, со всей силы я метнул первый кинжал в сторону уродливой туши, которая уже перевалила через край разлома, и этот точный выпад заставил большую часть существ истошно взреветь и сразу развернуться в мою сторону. Встречая их атаку, я широко развёл руки, заставляя весь чёрный туман Дома Безмолвия прийти в неумолимое движение. Мрачные клубы послушно закрутились вокруг чудовищ плотным вихрем, изолируя их от внешнего мира и одними губами я вознёс слова древнего заклятия:

— Pars vitae pro silentio… Abite!

Магия моего Дома сработала безупречно. Закрученный в спираль туман заставил мир замолчать, а стая чудовищ просто рассыпалась серой пылью, стираясь из самого бытия. Забвение… вот их истинный покой. Секундой позже мир оглушило: горы тут же ответили громовым раскатом, и сорвавшиеся сверху многотонные валуны в секунду стёрли сам проход ущелья, оставив вместо него сплошную каменную стену. Не теряя ни секунды, привычным жестом я рассёк воздух пальцами. Ткань пространства поддалась, открывая зев портала, и я без колебаний шагнул в сияющий разлом. Первое, что бросилось в глаза на той стороне — огромная, покрытая шрамами спина твари, которая на полной скорости неслась прямо на Айру. Сама она уже беспомощно осела на колени, закрыв лицо руками в слабой, отчаянной надежде защититься.

Оттолкнувшись от земли, я взмыл в воздух, на мгновение зависая в высшей точке прыжка, и вложил всю силу в бросок клинка. Затуманенное зрение, вопреки названию, сработало безупречно: сталь глубоко вошла в череп монстра, и исполинская туша грузно рухнула в шаге от девушки, вспарывая землю массивным телом и вздымая тучи пыли. Я мягко приземлился на ноги и перевёл взгляд на Айру. Бледная, измождённая, она казалась бесплотным призраком этих проклятых мест, если бы не её глаза. Два ярких, живых янтаря тяжело уставились на меня, пока её веки медленно и устало моргали.

— А вот и мой жертвенный баран…

Кто? Что за бред он бормочет?

Мысленно возмутившись такому титулу, я сурово взглянул на неё. Я уже набрал в грудь воздуха, чтобы жёстко спросить какого безмолвия она вообще тут забыла, как Айра начала заваливаться на бок. Безвольно, словно лишившаяся опоры кукла, она стала клониться к земле, готовая раствориться в набегающей ночной тьме низин. Мгновенный пас рукой — и клубящийся туман бережно подхватил её, не дав удариться.
Тяжело выдохнув, я быстрым шагом направился к ней. Упав перед ней на колени, я осторожно осмотрел её раны. Разорванная местами одежда, полосы ссадин на коже… и это лицо.

Боги, её лицо.

Длинные ресницы подрагивали, губы были беззвучно приоткрыты, а безупречно белые пряди испачкались в пыли, обрамляя маленькие родинки на бледных щеках.

О чём ты думаешь, убогий?! Очнись! Ты отрепье, нищий отшельник этих проклятых мест! Что ты можешь ей предложить, кроме собственной скорой кончины?!

Сжав губы, я попытался приподнять её, но тихий, полный боли стон заставил меня замереть. Я резко отдёрнул руку, словно обжёгся, и застыл: вся ладонь была густо вымазана в свежей, чужой крови. Сердце пропустило удар. Только сейчас я заметил, как сквозь чёрную ткань её одежды, быстро расплывается тёмное, мокрое пятно. Бережно прижав её к себе другим боком, я обнажил спину. Белая повязка, обёрнутая вокруг тела, была багровой насквозь… Сосредоточившись на ране, я открыл разум и впустил в себя эхо её боли… Истязание, которое она пережила, вспыхнуло чувствами в моей голове, и чужая экзекуция отозвалась во мне такой острой, удушающей злостью, что в глазах потемнело.

— Оковы на плети сменил?! — рык эхом разнёсся по округе, словно это был крик самого хозяина диких земель, пробудившегося от векового сна.

Просунув ладони под её колени и хрупкие плечи, я осторожно притянул её к своей груди и единым мощным рывком поднялся с колен, крепко сжимая в замке рук.

— Только сунься сюда… И тогда я устрою тебе долгую, мучительную смерть… Твоё правосудие свершится на этой земле.

Я бережно прижал её к груди и понёс туда, где был мой дом.
Или уже наш?

* * *;

— Айра.

Я тихо позвал её, осторожно погладив тыльной стороной ладони по бледной щеке, тщетно пытаясь поймать хотя бы дрожание ресниц.

Две луны. Две долгие ночи она блуждала в лабиринтах беспамятства, запертая собственным разумом. Всё это время я выжимал из себя силы, чтобы выходить её: раны на теле уже затягивались, покрываясь тёмной коркой, но пробуждение так и не наступало. Я терялся в мрачных догадках, перебирая в голове все возможные причины.

Дело в её магии? Или же… в ритуале искупления?

Опасная мысль, но… Нет, это невозможно. Мы слишком чужие. Мы не родственные души, чтобы магия опутала нас одной нитью и заставила её делить со мной мою собственную агонию. Бережно, подушечками пальцев, я убрал запутавшуюся прядь с её лица и тихо покинул покои.

А вокруг простиралось моё пепелище…

Большую часть обители Раскол сравнял с землёй, однако скрытая в низинах часть сохранила осколки прежней жизни. Я шёл мимо полупустых, пахнущих сыростью комнат, заброшенного зала с каминным очагом и затихшей библиотеки — сиротливых свидетелей истории моего Дома.

Мне срочно нужны души. Вся падаль, что здесь ещё осталась.
Нужно восполнить силы, иначе я сорвусь.

Привычное серебро лабиринта слабо сверкнуло во тьме, и я бесшумно ступил в его прохладу. Дорога вела меня к тому самому гроту, где когда-то она оставила свой след. Зная, как сильно это пространство притягивает призрачные сущности, я из раза в раз приходил сюда кормиться. Тени никогда не заходили под своды пещеры, но я и сам оставался снаружи, не желая осквернять её покой. Моей единственной целью были гнилые души, но их поголовье стремительно таяло, заставляя мой голод разрастаться с новой силой. Истончённая душа, крупицами которой я столько раз жертвовал ради магии, больше не давала мне прежней воли над проклятием. Теперь её едва хватало, чтобы удерживать Бездну голода и сохранять остатки железной воли.

Проще помереть, чем влачить такое существование.

Впрочем, минутная слабость не принесла избавления. Горько ухмыльнувшись своей тяге к покою, я заставил себя сосредоточиться и раскрыл ладони, готовясь к трапезе.

«— Да-а-а… накорми… напои нас кровью…»

В сознании ядовито зашипели чужие голоса, предвкушая пиршество. Миг — и парящие у входа призраки начали отвратительно визжать, затягиваемые моей клубящейся чёрной дымкой. Я жадно втянул воздух сквозь ноздри и гнилой леденящий туман хлынул в лёгкие, а тварь внутри меня довольно сыто заурчала, принося долгожданное избавление от слабости.

«— Мало! Мало! Дай нам живой крови!»

Хриплый лай мертвецов перемешался с издевательским смехом, раскалывая голову изнутри и мешая сделать следующий вдох. С трудом сдерживая тошноту, я злобно рыкнул и хлёстко развернулся. Чёрный плащ взметнулся за моей спиной, раскинувшись крыльями, и я скрылся в портале, мгновенно растворяясь во тьме. Привычно миновав зал с потухшим камином, я направился в её покои. Дверь отворилась с тихим, протяжным скрипом, обнажая пустую кровать. В тот же миг остатки моего ещё живого сердца испуганно забились в самом горле. Тошнота после поглощения отступила, и лишь эхо мертвецов всё ещё затихающим гулом отзывалось в сознании.

Она очнулась от морока.

Быстро развернувшись, я поспешил к библиотеке — мест, где она могла бы спрятаться в этой глуши, больше не оставалось. Бесшумной тенью скользнув по коридору, я шагнул под высокие своды. Тихо переступив порог, я застал Айру за разглядыванием книжных полок. Она увлечённо всматривалась в названия на чуждом ей языке, а тяжёлая коса покачивалась в такт движениям её бёдер. Моя сребристая нательная сорочка, сменившая её старую одежду, едва ли доходила до середины бёдер, изящно очерчивая девичьи ноги. Недовольно цыкнув, она потянулась к верхней полке, из-за чего подол рубахи приподнялся ещё выше, обнажая гораздо больше, чем дозволяло приличие.

— Кхм! — я поспешно отвёл взгляд, борясь с внезапным жаром.

Было неправильно смотреть на эту чистоту моими осквернёнными глазами.
Знал ли я, когда-то женщин? Любил ли?
Память пуста, как и эта обитель…

Гулкий шлепок упавшей книги и тихий выдох Айры заставили меня забыть о приличиях, и я судорожно развернулся. Прижав фолиант к груди, она посмотрела на меня снизу вверх.

Боги, её глаза… как два слепящих солнца.

— Прости, я… Мне стало любопытно, — она медленно потянулась вверх, распрямляясь, но её золотые глаза по-прежнему гипнотизировали меня. — Одежда порвана, и если ты не против…

— Не против.

«Куда делись твои манеры, Элиан?» — одёрнул я себя, но слишком сильно меня пёк другой вопрос.

— Почему ты вернулась?

 Тяжело вздохнув, она оставила многострадальную книгу и решительно двинулась на меня. Нежная янтарная глубина её глаз в секунду превратилась в бушующее пламя.

— Какого хрена?! — её тонкий хрупкий пальчик чувствительно уткнулся мне в грудь и от такой наглости я на миг потерял дар речи.

Странное наречие у нынешних смертных.
Однако дерзости ей не занимать.

Нахмурившись, я мягко взял её за пальцы, убирая руку от своей груди, и подчёркнуто отстранился на шаг.

— Вероятно, ты желала сказать «благодарю»?

Грозный вид мгновенно сменился откровенной угрозой, обнажая весь её «прекрасный» характер. Настоящее стихийное бедствие, а не женщина…

Святые боги… за что мне это наказание?

— Благодарю?! За то, что ты принёс себя в жертву?! Да мне такие жертвенники даром не нужны! — она начала мерить коридор шагами, эмоционально жестикулируя, пока я молча наблюдал за этой бурей. — Я до смерти благодарна тебе за спасение, но не такой же ценой! Ты помог мне справиться с этим чудовищным проклятием…

— Даром, — холодно и жёстко поправил я, сделав рубящий жест ладонью. Я не мог выносить, когда о магии говорили в таком ключе. Для меня она всегда оставалась священной, как бы тяжело ни давалась.

Айра резко замерла и упрямо уставилась на меня.

— Ладно, даром… Но какого чёрта ты лишил меня памяти о самом ритуале? О моём прошлом? — она грозно подбоченилась, и тонкая ткань моей сорочки туго подчеркнула изгиб её талии. — Верни всё, как было! Я благодарна тебе за спасение, но не такой ценой и с пустотой в голове! Поверь, её и так в моей жизни хватает!

Я едва сдержал вздох изумления. Понимает ли эта девчонка, о чём взывает? Внутри страшной волной покатилась мысль о кровных узах. Нет, в её жилах точно течёт кровь Дома Горнов, и я был в этом уверен. Моя память была пуста, но свитки из этой самой библиотеки не лгали: только среди её сородичей рождались люди со столь необузданным, взрывным характером, не признающим чужой воли, с даром огня. Ошибиться было невозможно — передо мной стояла истинная дочь своего рода.

Но тогда почему магия сработала именно так? И как теперь разрубить этот узел, чтобы не навредить ей? Если только моя гибель разрушит оковы…

— Айра, сие таинство не…

— Я хотела исцеления, а не белого пятна в голове… — она сделала резкий шаг вперёд, заставив меня отступить к стеллажу. Из-за разницы в росте ей пришлось запрокинуть голову, что посмотреть мне в глаза. — Прошу… Верни обратно то, что принадлежит только мне. Со всеми шрамами…

— Я не властен вернуть всё без остатка, — мой голос зазвучал тише, пока я смотрел на неё сверху вниз. — Твою память, о тех минутах прошлого пробудить можно… но готова ли ты к этому?

— А когда ты стирал её, то меня спросил? — тут же в лицо мне полетел возмущённый шёпот. — Разыгрываешь благородного рыцаря?

Я поймал взглядом два её личных солнца и веско отрезал:

— Тебе придётся заново пережить тот кошмар… И знай пощады там не будет.

Тень страха коснулась её янтарных глаз. Смиряя гордость, Айра опустила лицо и послушно шагнула назад, давая мне дорогу.

— Окрепни. Наберись сил, и я исполню твою волю, — развернувшись, я направился к выходу, искренне желая остаться наедине со своими мыслями.

— Элиан…

Моё собственное имя прозвучало под сводами библиотеки мягким эхом, показавшись мне совершенно чужим.

Часто ли меня звали по имени в прошлом? Я и забыл, каково это — чувствовать, когда к тебе кто-то обращается. Каково это вообще быть кому-то нужным?

Я повернул голову, глядя на неё через плечо. Терзая пальцами шёлк моей сорочки, она глядела на меня со смесью смущения и немого ожидания.

— Скажи… а здесь можно что-то съесть?

Я чуть не усмехнулся, осознав всю нелепость момента. Прекрасно понимая, что тенями и призраками девчонка питаться точно не будет, я молча выдохнул. Короткий кивок головы пригласил её следовать за мной.

Путь наш лежал к моему тайному месту, где вопреки всему дышал и цвёл последний клочок живой, не осквернённой проклятием земли.

* * *