Я, Никитка и сказки

Я - Никиткина бабушка. Как только мой внук  появился на свет в городе Москве, скорый поезд доставил бабушку, то есть меня, в столицу нашей Родины. Вот с тех пор уже восемь лет мы с ним лучшие друзья. Пока  парнишка растёт, с ним происходят разные истории, а как расти без этого?

История  первая про лошадь.
Это было пару лет назад. В свободное время мы с Никитой не раз гуляли в большом парке, известном самыми разными аттракционами. И пока хотя бы на половине из них он не прокатится, из парка мы не выходили. Но, неожиданно, ему понравилось совсем другое. Это случилось тогда,  когда он  в первый раз проехался верхом на лошади. Парнишка  никак  не мог успокоиться, так ему  пришлось по душе это занятие. Он стоял неподалёку и подолгу не спускал с неё глаз.
-А как её зовут? Сколько ей лет? Почему она не весёлая? А что она ест? Зачем ей уздечка? А она  не кусается? – это не все вопросы, которые интересовали парня.
Особенно ему нравилась старая лошадь Баранка. Однажды, когда мы в очередной раз стояли рядом с ней, она, опустив голову, косила глаз в нашу сторону, будто интересуясь, зачем эти люди стоят так долго? Никита шепнул мне:
-Бабушка, а вдруг она умеет говорить?
В этот момент родилась  эта сказка, которую мы и поспешили дома записать в большую тетрадь.

«Старая лошадь.
В одной семье жил мальчик по имени Никита. Еще не взрослый, но уже и не маленький. Ему было шесть лет. Всё у него было хорошо, вот только гулять приходилось не часто, потому что взрослые всегда чем-то заняты.
Но зато эти  совместные прогулки, особенно летом, вся семья очень любила. И недаром! Каждый раз воскресенье  начиналось с того,  что на прогулочном катере они добирались до набережной  у городского парка, где  их ждали нескончаемые развлечения и вкусные удовольствия.
 Спустя два часа Никитка и на каруселях  покружился, и покатался  на машинке, и  в панда-парке побывал, и проехал  пару кругов на велосипеде. Ещё  съел немыслимо вкусное мороженое. Жаль, что мама не разрешила купить  ещё.
Наконец,  они подошли к старой рыжей лошади, которая стояла на гаревой дорожке и ждала следующего седока, чтобы прокатить его по кругу. Такого здесь раньше не было, и Никитке  еще не приходилось сидеть на настоящей лошади. Оказалось, это  очень  интересно: из седла он смотрел на прохожих сверху вниз, и от этого казалось, что он намного взрослее, а рукой можно  достать до  веток деревьев,  словно ты настоящий великан. Лошадь, покачивая боками и неспешно ступая, бережно но, как показалось мальчику,  немного понуро  зашагала по дорожке. 
Держась за седло, Никита  наклонился к лошади поближе, чтобы погладить блестящую гриву. И тут услышал, как она, перебирая губами, разговаривает сама с собой:
- Времена нынче не те. Стала я старой никому не нужной клячей. Только и радости осталось – смотреть, как счастливы  малыши, которых я вожу.
- Ты разве разговаривать умеешь? – страшно удивившись, тихонько спросил мальчик.
- Да,- закивала лошадь, - я так давно живу среди людей, что научилась их понимать и немного говорить.
- Почему же ты такая грустная, может, тебя кто-то обидел? - поинтересовался парнишка, наклоняясь еще ниже, чтобы лучше слышать  свою удивительную собеседницу.
-Эх, милый… дело, конечно, не в обидах. Старость – она такая…. Одно только и осталось – вспоминать, как прошла жизнь.
-Расскажи мне, о чём ты больше всего вспоминаешь?- попросил Никита.
И лошадь начала рассказ:
-Давным-давно, когда была еще жеребенком,  гуляла я на вольных пастбищах в родном табуне. Потом у меня появился  наездник, - она  чуть оживилась, - он научил меня  красивой выездке. Мои мышцы до сих пор помнят, как наливались они упругой силой и выполняли четкие выверенные движения. Мы были артистами и служили в цирке.  Я кружилась в  замысловатых  пируэтах под музыку, словно порхала по арене, и благодарные зрители по всему миру аплодировали нам, - черные блестящие глаза её немного затуманились  от воспоминаний, - это были настоящие победы и настоящий успех, но теперь всё в прошлом,- невесело покачала она головой.
- Действительно, немного грустно, - сказал мальчик. Он очень хорошо представлял все, о чем говорила она, потому что не раз бывал в цирке и видел великолепные выступления лошадей. Ему захотелось сделать ей что-то приятное.
- Давай с тобой подружимся. Я буду к тебе часто приходить,– предложил он, - ты что любишь?
- Больше всего – яблоки и сахар, его я просто обожаю. Я не возражаю, давай будем друзьями, –  мягко пошевелив большими темными губами, произнесла  лошадь. Она не умела улыбаться, но явно повеселела, ее походка стала легче и игривее, и в унылой осанке стала просматриваться прежняя грация.
Они завершили положенный круг, и  поездка закончилась. Подошел папа, помог спуститься на землю и спросил:
- Тебе понравилось, сынок?
- Да, очень. Мы еще придем сюда?- и Никитка  рассказал родителям  о том, что случилось со старой рыжей лошадью.
- Конечно, придем.  В следующее воскресенье. Теперь нам придется гулять чаще, друзей ведь нужно радовать и обязательно  навещать.
С тех пор  Никитка часто бывал в парке. И всякий раз шел туда, захватив с собой пакет яблок и два кусочка сахара для лошади».

Мы закончили писать, закрыли свою большую тетрадь, а Никита задумчиво посмотрел на фотографию Баранки в телефоне.
-Знаешь,- сказал он,- мне кажется, она и правда была когда-то цирковой артисткой. Я видел, как она гордо вскидывает голову. И я очень рад, что теперь занимаюсь конным спортом, а моя лошадка Маруся, на которой я сейчас провожу тренировки – такая же умница. Она прекрасно выполняет все команды. Мы с нею даже примем участие в следующих  соревнованиях.
Я обняла внука, и мы оба улыбнулись тому, что сказка и жизнь переплелись.