Чет. 16 июля 2 ава 5786г. Утренний срез

БЛИЖНИЙ ВОСТОК. ВОЙНА ВЫШЛА К МОРЮ

Четверг, 16 июля 2026 года
2 ава 5786 года
Свежий срез.
На Ближнем Востоке снова произошло смещение центра тяжести.

Ещё недавно главным вопросом было: кто и куда нанесёт следующий ракетный удар? Теперь вопрос звучит иначе:

кто будет управлять морскими воротами региона — Ормузом и Баб-эль-Мандебом?

Война постепенно выходит из воздуха и с суши в море. А это уже другая глубина кризиса. Ракетный удар можно переждать в убежище. Но если останавливаются нефтяные танкеры, страховые компании отказываются покрывать рейсы, а торговые суда меняют маршруты, последствия начинают ощущать не только Израиль, Иран или страны Персидского залива.

Их начинает ощущать весь мир.

ОРМУЗ. ГЛАВНАЯ СЦЕНА СЕГОДНЯ

Соединённые Штаты возобновили морскую блокаду иранских портов и одновременно начали новую волну ударов по объектам, которые, по утверждению американского командования, связаны с атаками на торговое судоходство.

Американские силы уже разворачивали иранские или связанные с Ираном суда, а один танкер, пытавшийся пройти к острову Харк, был остановлен силовым способом. Иран, в свою очередь, не только продолжает давление в Ормузском проливе, но и угрожает перенести борьбу на другие экспортные коридоры региона. (Reuters)

Это принципиально новый момент.

Раньше Ормуз был прежде всего иранской угрозой: Тегеран обещал перекрыть пролив, если его загонят в угол. Теперь в проливе фактически сталкиваются две блокады.

Иран пытается контролировать проход чужих судов.

США пытаются контролировать движение судов самого Ирана.

Между этими двумя силовыми режимами остаётся узкий морской коридор, по которому должны пройти танкеры, газовозы, сухогрузы и суда снабжения. Любая ошибка капитана, неверно истолкованный манёвр или удар по судну под нейтральным флагом способны вызвать эскалацию, которую потом будет трудно остановить.

Перед вступлением американской блокады в действие через пролив резко увеличилось число судов, связанных с иранской торговлей. Это похоже на попытку Тегерана заранее вывести часть грузов и показать, что морская торговля продолжится вопреки американскому давлению. Одновременно движение танкеров других государств Персидского залива остаётся ограниченным, а опасения судоходных компаний растут. (Reuters)

Главный вывод: борьба идёт уже не только за Иран. Борьба идёт за право решать, кому разрешено продавать нефть и кто имеет право пройти через пролив.

А это уже борьба за власть над мировой экономикой.

ИРАН. НЕ ПОБЕЖДЁН, НО ЗАГНАН В ОПАСНЫЙ УГОЛ

Американские удары постепенно меняют характер.

Речь идёт не только о ракетных установках или складах. Под ударом оказываются береговая инфраструктура, системы противовоздушной обороны, военные объекты в районе Бендер-Аббаса и островов Персидского залива. Вашингтон объясняет это необходимостью лишить Иран возможности атаковать торговые суда. (Гардиан)

Но здесь есть серьёзное противоречие.

Чем сильнее США пытаются лишить Иран способности вести морскую войну, тем больше Тегеран заинтересован доказать, что он ещё способен наносить ущерб.

Поэтому Иран отвечает не обязательно там, где его бьют. Он расширяет географию давления: американские объекты и базы в Бахрейне, Кувейте и Иордании; морские пути; угроза нефтяной инфраструктуре союзников Вашингтона.

Иранская стратегия сегодня — не победить США в прямом столкновении. Это невозможно.

Его стратегия — сделать продолжение войны настолько дорогим, чтобы американцы сами начали искать выход.

В этом и заключается опасность нынешнего момента. Ослабленный противник не всегда становится осторожнее. Иногда он, наоборот, становится менее предсказуемым, потому что у него остаётся всё меньше инструментов и всё меньше времени.

Тегеран может прийти к выводу: если экспортировать нефть не дадут Ирану, тогда спокойно экспортировать её не должен никто.

БАБ-ЭЛЬ-МАНДЕБ. ВТОРАЯ РУКА ИРАНА

Ормуз — ещё не вся картина.

Иран уже подаёт сигналы, что давление может перейти к южному входу в Красное море — проливу Баб-эль-Мандеб. Главным инструментом здесь остаются йеменские хуситы.

Если Ормуз связывает Персидский залив с Индийским океаном, то Баб-эль-Мандеб связывает Красное море, Суэцкий канал и Средиземноморье с тем же океаном. Одновременное нарушение судоходства в обоих проливах стало бы ударом сразу по двум крупнейшим маршрутам мировой торговли. (Reuters)

Пока хуситы чаще угрожают, чем действуют в полном масштабе. В июне они объявили запрет на судоходство, связанное с Израилем, и предупредили о дальнейшем расширении кампании. Однако прежние угрозы выполнялись не всегда, а часть судоходных компаний даже начала осторожно возвращаться в Красное море. (Reuters)

Но теперь ситуация изменилась.

Если американская блокада Ирана продолжится, хуситы могут получить политический приказ открыть второй морской фронт. Тогда Красное море снова станет не торговой дорогой, а полосой риска.

Для Израиля это особенно чувствительно из-за Эйлата, морской торговли с Азией и общей зависимости региона от устойчивых маршрутов поставок.

ЛИВАН. ПЕРЕГОВОРЫ ЕСТЬ, МИРА ЕЩЁ НЕТ

На ливанском направлении появилась редкая положительная новость.

Израиль и Ливан завершили в Риме шестой раунд переговоров при посредничестве США. Стороны обсуждают создание так называемых пилотных зон на юге Ливана: из отдельных районов должны постепенно выходить израильские силы, после чего контроль должен перейти к ливанской армии. Переговоры были названы продуктивными, а следующий этап должен перейти от политики к технической реализации. (Reuters)

На бумаге это выглядит как путь к разрядке.

Но в самой конструкции соглашения заложено противоречие.

Израиль говорит: уход возможен после устранения вооружённой инфраструктуры «Хизбаллы».

Ливан говорит: сначала Израиль должен уйти с ливанской территории.

«Хизбалла» говорит: разоружения не будет.

Получается замкнутый круг, в котором каждая сторона требует, чтобы первой уступила другая.

Кроме того, вопрос разоружения «Хизбаллы» — не только военный и не только израильско-ливанский. Это вопрос внутреннего устройства Ливана. Попытка силой отобрать оружие у организации способна расколоть страну и вызвать внутреннее столкновение. Опасения новой гражданской войны в Ливане уже звучат открыто. (AP News)

Поэтому пилотные зоны — ещё не мирный договор. Это испытательный полигон.

Если ливанская армия сумеет реально контролировать переданные районы, а Израиль увидит отсутствие ракет, складов и вооружённых групп, процесс сможет продвинуться.

Если же в покинутые районы быстро вернётся «Хизбалла», Израиль остановит вывод или снова войдёт туда.

Для жителей Верхней Галилеи главное будет определяться не заявлениями из Рима, а простой вещью:

кто фактически стоит по другую сторону границы и что находится у него в руках.

ГАЗА. ВОЙНА СТАЛА ТИШЕ, НО НЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ

Газа сейчас частично исчезла с первых полос, потому что внимание переключилось на Иран и Ормуз.

Но это опасная иллюзия.

Перемирие формально сохраняется, однако удары и гибель людей продолжаются. За последние дни сообщалось о новых атаках в Дейр-эль-Балахе, Газе, Джабалии и районе Хан-Юниса. Израиль заявляет, что поражает боевиков и представителей структур ХАМАС; палестинские источники сообщают также о гибели мирных жителей. (Reuters)

Главная проблема Газы сегодня — не отсутствие дипломатического плана.

План есть: разоружение ХАМАС, дальнейший вывод израильских сил, создание палестинской технократической администрации и размещение международных сил безопасности.

Проблема в том, что никто не доверяет последовательности его исполнения.

ХАМАС не хочет отдавать оружие до окончательного ухода Израиля.

Израиль не хочет окончательно уходить, пока ХАМАС сохраняет оружие и организационную структуру.

Международные силы не хотят входить туда, где они могут оказаться между израильской армией и вооружёнными палестинскими группами.

В результате в Газе образовалось состояние недовойны и недомира.

Крупные боевые действия ограничены, но окончательного политического порядка нет. А территория без признанного порядка быстро снова становится территорией вооружённых групп, кланов, контрабанды и местной борьбы за власть.

Поэтому Газа остаётся не закрытым фронтом, а отложенным взрывом.

СИРИЯ. ТИХИЙ ФРОНТ, КОТОРЫЙ НЕЛЬЗЯ ЗАБЫВАТЬ

Сирийское направление пока выглядит спокойнее Ирана, Ливана и Газы. Но именно там происходит медленная перестройка всей региональной системы.

Дамаск стремится вернуть контроль над югом страны и добиться вывода израильских сил с позиций, занятых после падения прежней сирийской власти. Израиль требует гарантий безопасности границы, защиты друзов и недопущения появления в южной Сирии враждебных вооружённых формирований. Ранее при посредничестве США стороны создали механизм прямой связи по вопросам безопасности. (Reuters)

Сирия важна ещё и потому, что может стать альтернативным пространством давления на «Хизбаллу».

Если ливанское государство не сумеет разоружить организацию, некоторые внешние игроки могут попытаться перекрыть её сухопутные маршруты, финансовые каналы и связи с Ираном через сирийскую территорию.

Но новая сирийская власть не хочет превращаться в чужой инструмент. Она стремится вернуть государственность, а не начать войну с «Хизбаллой» по просьбе Израиля или США.

Поэтому Сирия будет торговаться сразу со всеми: с Вашингтоном, Израилем, Турцией, арабскими монархиями и остатками иранского влияния.

Это не союзник Израиля.

Но это уже и не старая Сирия, через которую Иран мог почти беспрепятственно строить военную дорогу к Средиземному морю.

СТРАНЫ ЗАЛИВА. БОГАТСТВО БОЛЬШЕ НЕ ГАРАНТИРУЕТ БЕЗОПАСНОСТЬ

Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Кувейт и Бахрейн сейчас находятся в крайне неприятном положении.

Они десятилетиями старались жить по формуле: американская защита, торговля с Китаем, осторожный диалог с Ираном и максимальная прибыль от энергоресурсов.

Теперь все четыре элемента этой формулы сталкиваются.

Американские базы делают государства Залива потенциальными целями Ирана.

Торговля с Китаем страдает от нестабильности морских путей.

Диалог с Ираном перестаёт защищать от ударов, если Тегеран считает эти страны частью американской военной инфраструктуры.

А нефтяные доходы могут вырасти из-за высоких цен, но сам экспорт становится опаснее и дороже.

Даже фондовые рынки Залива уже реагируют на новую эскалацию. Саудовский рынок и акции Saudi Aramco испытывали давление из-за опасений дальнейшего нарушения экспорта и судоходства. (Reuters)

Поэтому государства Залива будут всё активнее требовать прекращения войны.

Не из любви к Ирану.

И не из недоверия к США.

А потому что превращение Персидского залива в поле боя разрушает саму экономическую модель этих стран.

ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ ДЛЯ ИЗРАИЛЯ

Израиль сегодня оказался в необычном положении.

С одной стороны, американское давление на Иран объективно снижает часть угрозы. Иран вынужден направлять ресурсы на защиту собственных портов, береговых объектов, ракетных баз и нефтяной инфраструктуры.

С другой стороны, чем сильнее давление США, тем выше вероятность, что Тегеран снова попытается ударить по Израилю — напрямую или через союзников.

Израильское руководство уже предупредило, что возможная новая атака Ирана получит мощный ответ. (New York Post)

Но для Израиля опасен не только большой иранский удар.

Опаснее может оказаться одновременное наложение нескольких событий:

ракеты или беспилотники из Ирана;

активизация «Хизбаллы»;

удары хуситов;

срыв договорённостей в Газе;

напряжение в Сирии;

перебои с морской торговлей.

По отдельности Израиль умеет справляться с каждым из этих вызовов.

Но современная война проверяет не отдельную систему, а способность выдерживать всё сразу: ПВО, авиацию, резервистов, порты, энергетику, больницы, транспорт и психологическую устойчивость населения.

Именно поэтому нынешняя тишина в некоторых районах не должна обманывать.

Тишина сегодня может быть не признаком окончания войны, а паузой, во время которой стороны выбирают новое место для удара.

КОМУ ВЫГОДНО ЗАТЯГИВАНИЕ

На первый взгляд война не выгодна никому. Но это слишком простой взгляд.

Американскому военно-политическому руководству затягивание давления может быть выгодно, если оно рассчитывает принудить Иран к новому соглашению без масштабной наземной войны.

Израилю выгодно длительное ослабление иранской военной инфраструктуры, но не выгодна бесконтрольная региональная война с ударами по тылу и экономике.

Иранскому руководству затягивание выгодно лишь в одном случае: если оно сможет превратить экономические потери мира в политическое давление на Вашингтон. Иначе блокада начнёт постепенно душить сам Иран.

Хуситы получают возможность снова заявить о себе как о региональной силе.

«Хизбалла» выигрывает время, надеясь, что международное давление заставит Израиль уйти из Ливана без её полного разоружения.

Россия и Китай могут получить политические и экономические возможности от ослабления западного контроля над регионом, однако им также невыгоден полный обвал нефтяной торговли и неконтролируемая война.

А больше всего заинтересованы в скорейшем завершении кризиса государства Залива, Египет, Иордания и обычные жители региона.

Потому что большие игроки спорят о влиянии.

А обычные люди платят за него ценой топлива, продуктов, работы, спокойствия и собственной безопасности.

МОЙ ПРОГНОЗ

В ближайшие дни главным фронтом останется Ормуз.

США будут пытаться показать, что блокада реальна, а не является политической декларацией.

Иран будет искать способ прорвать или обойти её, не вступая сразу в прямое морское сражение с американским флотом.

Наиболее опасный сценарий — удар по танкеру третьей страны или атака на нефтяную инфраструктуру государства Залива. Тогда конфликт перестанет быть только американо-иранским.

Ливанское направление даст короткое окно надежды. Если соглашение о пилотных зонах начнёт исполняться, напряжение на севере Израиля может постепенно снизиться. Но любое возвращение вооружённых подразделений «Хизбаллы» в переданные районы способно разрушить переговоры за один день.

В Газе сохранится состояние ограниченного насилия: без большой войны, но и без окончательного мира.

Хуситы пока будут держать угрозу Баб-эль-Мандеба как козырь. Они могут не спешить с масштабными атаками, пока Иран способен самостоятельно создавать кризис в Ормузе.

Но если положение Тегерана станет критическим, второй морской фронт может открыться очень быстро.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Ближний Восток сегодня похож не на горящий дом.

Горящий дом хотя бы видно.

Он похож на корабль, в трюме которого начался пожар, а на палубе всё ещё спорят, кто будет капитаном.

Иран считает, что его пытаются задушить.

США считают, что заставляют Иран вернуться к переговорам.

Израиль считает, что не имеет права снова ждать удара.

Ливан пытается вернуть себе собственную территорию и собственное государство.

Страны Залива хотят сохранить богатство и не стать полем чужой войны.

Газа остаётся раной, которую прикрыли повязкой, но не вылечили.

А море, которое всегда казалось дорогой для торговли, постепенно превращается в линию фронта.

И потому сегодня главный вопрос уже не в том, будет ли новый удар.

Главный вопрос:

сумеют ли великие игроки остановиться до того, как они перекроют кислород всему региону.

Александр Аит
Израиль. 16 июля 2026 года.