Деревенщики и реальная деревня

ДЕРЕВЕНЩИКИ И РЕАЛЬНАЯ ДЕРЕВНЯ

Борис Ихлов

Прожектор шарит осторожно по пригорку,
И ночь от этого нам кажется темней
Который месяц не снимал я гимнастерку,
Который месяц не расстёгивал ремней.
Есть у меня в запасе гильза от снаряда…
Слова советского поэта-песенника Матусовского.

Месяц, да еще не один, не мыться – мда.
Вес гильзы от снаряда 37-мм автоматической зенитной пушки 61-К образца 1939 года – 536 грамм.
Гильза латунной или стальной унитарного патрона образца 1900 года от 76-мм дивизионной пушки образца 1936 года (Ф-22) весила 1,55 кг или 1,45 кг.
Для 122-мм пушки А-19 боекомплект состоял из 80 выстрелов со снарядами массой 25 кг и зарядами в гильзе массой около 10 кг.
То, что у Матусовского солдат на кой-то черт запасается гильзами – это уже шедевр. Но ты попробуй, поноси такую дуру во время переходов!

Это не всё. У него в песне еще есть «100 грамм с прицепом». Т.е. к водке - плюс кружка пива. Откуда на фронте пиво??

Матусовский? Нет, не деревенщик. Просто идиот.

***

Деревенщики - это Личутин, Виль Липатов, Залыгин, Тендряков и др. Талантливые – Распутин, Белов, можно говорить о Шукшине, но он начисто лишен идеологии деревенщиков.
С одной стороны, деревенщик негативно относятся к прогрессу, т.е. отстаивают феодальные, монархические ценности. С другой стороны – идеализируют деревню. Т есть – они попросту ее не знают. Маркс же писал: «Мы должны быть благодарны капитализму за то, что избавил нас от идиотизма деревенской жизни.

Деревенская поэзия – казалось бы, началась с Есенина. Да, он умудрился воспеть даже деревенскую избу, не говоря уже о сельской природе.

Край любимый, сердцу снятся
Скирды солнца в водах лонных (от слова «лоно»)
Мне б хотелось затеряться
В зеленях твоих стозвонных.

Но Есенин столь же городской, сколько деревенский, и ни призывал отринуть город и устремиться к деревенским ценностям. Он был готов «задрав штаны, бежать за космомолом».

В СССР поэзия деревенщиков крайне скудна, представлена творениями всего двух авторов, Александра Яшина и Николая Тряпкина.

Яшин
С новой запевкой на Новый год
Девка на лавке веревку вьет.
Косы у девки до полу, до пят,
В ковте булавки - головки горят,
Брошка на ковте, пуговки в ряд,
Цветики на ковте...
Добер наряд!

Тряпкин
И стучал молоток, забивая горбыльями окна,
 И лопата в саду засыпала у погреба лаз.
 И родная изба, что от слез материнских промокла,
 Зазвучала, как гроб, искони поджидающий нас.

Можно ли сказать, что это поэзия? Нет, нельзя так сказать.

Указывают еще на Анатолия Передреева:
Хорошо, удивительно, славно,
Что тебе вспоминается тут,
Как цветут лопухи в Лихославле,
Как деревья спокойно растут.

Но Передреев, скорее, городской и не привержен идеологии деревенщиков.

В советских литературных журналах прозу деревенщиков много критиковали, и по делу. И стиль, и образы, и сюжеты и пр. Можно добавить: ведь подавляющее число деревенщиков – вообще не писатели. Они писатели только потому, что навесили на себя лейбл «деревенщик».

А над поэтами поиздевалась эстрада:
Дорогая, дорогая,
потеряли мы покой:
Ты какая-то не такая,
я какой-то не такой.

Подарил тебе я ленту
и заколку для волос.
Только с этого моменту
что-то вроде началось.

По-над речкою-рекою,
по-над быстрою рекой,
Ты махнула мне рукою,
я махнул тебе другой.

Гой, тоска, угомонись ты!
Глянь, по тракту там и тут
вольным строем гармонисты
одинокие бредут.

А за тыном, где оглобли
чинно выстроились в ряд,
яровые исподлобья
на озимые глядят.

Дед влезает на полати,
гусь пасется на лугу...
Про аграрную темати-
ку я больше не могу.

О современных писателях и поэтах деревенщиках говорить не приходится, это убожество – как и вся нынешняя литература и поэзия.

Но о какой вообще деревне говорили деревенщики? Если о деревне 70-х годов – то это трактористы, которые потребляли водку с дустом, это помощь научных работников колхозам, когда колхозники пили воду, это когда в председателях колхозов – идиоты или воры, это когда мизерные (в сравнении с Европой и США) дотации и мизерные урожаи пшеницы…

Если о деревне до революции – то смотрим таблицу заболеваемости и смертности крестьян в зависимости
от их материального положения (по данным Хорошковской волости Кобеляцкого уезда Полтавской губернии 1889-1891 гг.)

Кол-во десятин на¬селе¬ние За¬боле-ваний % в группе смертей
Беззе¬мель¬ные 2834 2376 84 169
0 – 0,75 4547 2066 45 191
0,75 – 5 6855 2365 35 253
5 – 10 2642 877 33 79
10 - 15 1228 398 32 25
Свыше 15 1285 344 26 15
Всего 19392 8426 - 732

В 1912 г. в Санкт-Петербурге вышла книга известного рус¬ского публициста и библиографа Н. А. Рубакина «Россия в цифрах. Страна. Народ. Сословия. Классы». Автор, среди прочих интересных данных, рассчитал средний годовой доход на душу населения в России и некоторых других странах мира в рублях (С.206-207): Австралия - 374, США -346, Англия - 273, Франция - 233, Германия -  184,   Австрия  -   127,   Италия -   104, Балканские страны - 101, Европейская Россия - 63.
Сельский врач из Киевской губернии Сергей Подолинский в 70-е годы 19-го века писал: «Пшеничный хлеб и мясо почти не потребляются крестьянами. Лучшие продукты своего труда они продают, а сами питаются остатками». Продавали, чтобы заплатить арендную плату помещику за пользование землей и выкупные платежи в царскую казну за высочайше дарованную им свободу (отмену крепостничества и наделение клочками земли после реформы 1861 г.) (цитируется по статье А. Здорова «Кто и почему боится революции», газета «Пролетарий»).

Основную пищу крестьянина составляли рожь, ячмень, просо, картошка, капуста, свекла, иногда полугнилые. Такая пища не только не восстанавливала силы для тяжелого труд, но и вызывала катары желудков и кишечника, малокровие у детей, вздутие живота. Зато этот набор продуктов щедро дополнялся водкой, которая «заменяла» все остальные витамины.
Комната в обычной хате имела размеры 1,5 - 2,5 сажень в длину и столько же в ширину, то есть 30 кубометров воздуха. Спит в ней обычно 5-7 человек. Для нормального здоровья человеку необходимо до 60 куб. метров воздуха в час. Такие хаты, особенно в осенне-зимний период были жилищами не только людей, но и молодняка домашнего скота (поросята, телята, цыплята, ягнята и т.д.). Спертый воздух этих жилищ создавал идеальные условия для распространения инфекционных заболеваний: оспа, корь, дифтерит, коклюш, дизентерия, холера, тиф, скарлатина. При нынешних условиях крестьянской жизни, делали вывод многие врачи, нет никакой возможности предупредить распространение этих заболеваний. (Подолинский С. А. Здоровье крестьян на Украине //Дело. 1879. № 5. С. 146-189).
О том же писал земский врач В.М. Обухов, исследовавший смертность крестьян Воронежской губернии, в 1895 г.: «Смертность и процент калек колеблются в обратном отношении со степенью благосостояния. Находясь в дурных санитарных условиях, при плохом питании, организм изнуряется, делается менее стойким; в результате получается повышение смертности; но этим дело не кончается: населению грозит еще понижение жизнедеятельности; организм, ослабленный дурным питанием, не может бороться с разного рода случайностями; его кость хрупка, нервная система ослаблена и легче поддается заболеваниям, одним словом весь организм ослабляется, и легко калечится». (Обухов В.М. Экономические причины смертности вырождения крестьянского населения Воронежской губернии //Журнал Русского общества охранения народного здравия. 1895. №11. С.880-893).
Земский врач В.М. Бурлаков в 1889-1891 гг. исследовал заболеваемость и смертность населения Хорошковской волости Кобеляцкого уезда Полтавской губернии. На основе амбулаторных книг, метрических записей церквей, посемейных списков волости и других источников исследователь подсчитал, что на 19392 человека, живших в волости в этот период (5 месяцев 1889, все 12 месяцев 1890 и 5 месяцев 1891 г.) было зарегистрировано 8426 случаев заболеваний и 732 смерти.
Простой подсчет дает коэффициент смертности = 41,2 смертей на тысячу человек населения в год. Причем это средний коэффициент, для безземельных он составлял 65,1, т.е. в полтора раза больше среднего. Для сравнения: в 1940-м году смертность составляла 18,0, а в 1960-м – 7,1. Далее перед перестройкой стабилизировалась на уровне 10
Заболеваемость у безземельных в расчете на 100 человек была в три раза выше, а смертность - в пять раз выше, чем у крестьян, владевших более 15 десятин земли. Средний возраст умерших составлял: для первой группы (безземельные) - 14 лет, для 2-й -15 лет, для 3-й - 17 лет, для 4-й -27 лет, для 5-й - 36 лет, для 6-й (наиболее зажиточные) - 41 год. (Бурлаков В.М. К вопросу о зависимости заболеваемости и смертности от экономического благососто¬яния крестьянского населения //Врач. 1892. № 33. с. 826-827.)
Такой средний возраст умерших был обусловлен в первую очередь высокой детской смертностью. В конце XIX - начале XX вв. каждый четвертый их числа рожденных в Европейской части империи умирал в возрасте до одного года. По данным Н.А Рубакина, в 1905 г. из каждой тысячи родившихся граждан империи 272 умирало до одного года. Справочник, подготовленный накануне войны статистическим отделом совета съездов представителей промышленности и торговли, определяет коэффициент младенческой смертности в России в 289 промилле (Статистический ежегодник на 1914г., СПб.,1914, с. 818).
Это опять же средний коэффициент, причем включает в себя только умерших до года. По данным московского кандидата философских наук Калымова на селе в России из 10 детей, т.е. всех, умерших до года, до двух, до трех и пр., вплоть до юношеского возраста, умирало 9 (Альберт Калымов, 1988, самиздат, позже, в начале 90-х, эта статья из серии «Убийство рабочего класса в СССР» была опубликована в газете «Борьба»). Для сравнения с 1905-м или 1914-м годами: число детей, умерших в возрасте до 1 года на 1000 родившихся в 1926 г. составило уже 174,0; в 1940-м – 181,5; в 1950-м – 80,7; в 1960-м – 35,3; в 1970-м – 22,9; в 1988-м – 24,7, в городе – 20,7, на селе 30,4. Т.е. революция принесла резкое снижение детской смертности. Данные взяты из справочника «Население СССР», стат. ежегодник, 1988, М., «Финансы и статистика», 1989.

В материале Анфимова приведены более поздние данные Вестника финансов, промышленности и торговли №22 за 1914 год:
Группа стран Число смертей  на 1000 населения От заразных болезней на 100 000 населения за 1905-1909
1986-1900 гг. 1901-1905 гг. 1906-1910
«Просвещенные» 17,4 16,8 15,6 71,5
«Обездоленные» 26,3 24,3 23,8 199,9
Россия 32,1 31,0 29,6 527,7

Это и есть немытая Россия, о которой писал Лермонтов – страна рабов, страна господ.
Только после Октябрьской революции существенно снизилась смертность и увеличилась рождаемость. Несмотря на голодные 1920-1922 годы.

Борис Ихлов, 1.7.2026