словари и жизненная правда. пердомокля

Попа мокля
Лингвисты в своих пыльных столичных кабинетах могут писать в словарях всё что угодно. Они наивно верят, будто слово «пердомокля» пошло от французского perdu monocle — мол, театральные господа от крайнего удивления так высоко вскидывали брови, что у них из глаз выпадали оптические стёкла. Глупости всё это. В нашей деревне лингвистика своя, корневая.
Жила у нас знакомая старушка — баба Вася. Баба Вася была весёлая, бойкая, но вся деревня за глаза, а порой и в глаза, звала её исключительно Васька Пердомокля.
Приезжие городские, услышав такое, прыскали в кулак и думали чёрт знает что. Я и сам долго гадал, за какие такие грехи пожилая женщина удостоилась столь хлёсткого и сомнительного титула. Полез в словари — а там то про дореволюционные очки, то про старинные медицинские рентген-аппараты. Сухо, скучно и к бабе Васе никак не клеится. В общем, плюнул я на науку и пошёл в народ.
Разгадка оказалась куда глубже французского театра.
Лет семьдесят назад маленькая девочка Васька — тогда ещё просто Васютка — бежала по деревенской улице. Дороги после ливня развезло, под ногами каша. Васютка поскользнулась, взмахнула руками и с размаху приземлилась в самую глубокую, жирную лужу.
Домой она прибежала в слезах, размазывая грязь по щекам. Мать всплеснула руками:
— Батюшки, Васютка, да что стряслось-то?!
А девчушка, захлёбываясь от рыданий и путая от страха буквы, выдала историческое:
— Мама! Там... там попа мокля!
Мать её, конечно, отмыла и переодела. Но «попа мокля» ушла в народ. Соседи посмеялись, язык покрутил созвучное словцо, примерил к мокрому детскому казусу, да так и запечатал на всю жизнь: Васька Пердомокля. С тех пор я словарям и не верю. Врут они всё. Жизнь — она куда изобретательнее