Виктор Волынский. Посадка под ливнем

  (Статья Виктора Волынского с сайта "Загадки истории").
  Об авариях и катастрофах в Советском Союзе сообщать было не принято. Особенно если были человеческие жертвы. А трагедии происходили, самолёты падали, независимо от чьих-то желаний скрыть эти факты. Як-40 с бортовым номером восемьдесят семь тысяч восемьсот двадцать шесть разбился в аэропорту украинского Бердянска. И если бы не героические действия двух стюардесс, жертв было бы значительно больше...
  Летний день девятнадцатого июня тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года многие запомнят на всю жизнь. Самолёт Як-40 номер восемьдесят семь тысяч восемьсот двадцать шесть, принадлежавший Запорожскому авиаотряду, пилотировал экипаж, командиром которого был опытный лётчик Виктор Кучер. Ему предстояло выполнить рейс Н-528 по маршруту Одесса-Бердянск.
  Пилоты оперативно получили прогноз погоды в Бердянске, согласно которому ожидалась семибальная кучевая облачность высотой восемьсот метров. Получив разрешение на вылет, в десять часов семь минут Як-40 вылетел из Одесского аэропорта и после набора высоты занял эшелон шесть тысяч триста метров.
  На борту находились пять членов экипажа и двадцать четыре пассажира. В десять часов пятьдесят восемь минут экипаж самолёта установил связь с диспетчером аэропорта в Бердянске, доложил расчётное время прибытия и запросил данные о погоде. Ничто не предвещало беды. Было облачно, но в пределах нормы. Хотя уже через тринадцать минут метеонаблюдатель передал на диспетчерский пункт информацию о грозе и сильном порывистом ветре.
  В одиннадцать часов десять минут, когда самолёт находился в шестидесяти пяти километрах от аэропорта, диспетчер разрешил снижаться. Экипаж начал выполнять операцию, но при этом в нарушение инструкции не назвал, какую схему захода на посадку выбирает. Через две минуты метеослужба повторно доложила, что наблюдаются дымка и ливневый дождь, а видимость составляет уже две тысячи метров. Однако диспетчер КДП не решился закрыть аэропорт и не дал команду экипажу немедленно следовать на запасной аэродром. Даже после повторного сообщения метеослужбы заместитель начальника аэропорта не решился его закрыть и направить рейс Н-528 на запасной аэродром. Инженер-синоптик АМСГ при этом также нарушила инструкции - она не сообщила о необходимости выезда метеонаблюдателя на ближний приводной радиомаяк. Ещё через четыре минуты служба погоды вызвала диспетчера для передачи штормового оповещения. Но тот ответил, что занят.
  В одиннадцать часов двадцать минут экипаж доложил о выпуске шасси и готовности к посадке. И в это время метеоролог передал диспетчеру КДП, что небо полностью затянуто дождевыми облаками, идёт ливень, гроза и дует сильный западный ветер. Видимость составляла всего пятьсот метров. Но экипаж об этом не предупредили, так что самолёт буквально тонул в потоках сильного дождя.
  Когда самолёт коснулся посадочной полосы, экипаж включил реверс - надо было срочно погасить скорость. Но дорожка была залита водой, эффекта сцепления не наблюдалось - торможение не срабатывало.
  Именно в это время лётчики приняли решение снова взлетать. Потом это решение назвали безрассудным и ошибочным. К тому же, включив полный газ, экипаж почему-то не убрал реверс, и нужная для нового взлёта скорость не набиралась. С увеличением оборотов двигателей возросла и работа реверса, из-за чего лайнер не смог набрать необходимую для взлёта скорость. Тут проявилась и некоторая несогласованность в действиях экипажа. Самолёт мгновенно вылетел за пределы аэродрома, сбил будку и два дерева, сломал одно крыло, выкатился в поле и перевернулся через левую плоскость. Фюзеляж раскололся, в салон хлынуло топливо, начался пожар.
  Возникла паника, народ кинулся в хвост. Когда самолёт "лёг" на спину, бортмеханика выбросило в салон, и его чуть не затоптали.
  Второй пилот, недавно пришедший из лётного училища, так перепугался, что выбрался в форточку и бросился бежать подальше от самолёта. Командир экипажа получил тяжелейшую травму головы и на всю жизнь остался инвалидом.
  Пассажиров спасали две хрупкие бортпроводницы: двадцатичетырёхлетняя Неонила Дереповская-Гареева и двадцатидевятилетняя инструктор-наставница Ирина Поляченко. Они мужественно выносили людей из пожара, пока не загорелись сами.
  Девушек с тяжелейшими ожогами доставили в больницу, где они скончались на третий день после трагедии. В больнице умер ещё один пассажир, ещё пятеро погибли в момент самого крушения. Всего трагедия в Бердянске унесла жизни восьми человек. Остальные пассажиры получили травмы различной степени тяжести. Ответственность за трагедию возложили на диспетчера и метеоролога. Досталось и экипажу - они поздно приняли решение заходить на второй круг. Также в ходе расследования комиссия выявила целый ряд нарушений в работе управления воздушным движением на Бердянском аэродроме и множество недостатков в работе сотого авиаотряда Запорожья.