14. Синигами

--- --- --- Предыдущая глава: http://proza.ru/2026/07/15/999


* * * Некоторые совпадения только притворяются случайными * * *

К началу первой раздачи ролей людей было впритык для кворума. Влад раскладывал номерки, проверял маски и карты, выравнивал колонку по центру, а Ян объяснял правила Вере и Лизе. Похоже, организаторы не делились на главного и помощника, а просто по очереди занимали разные стороны одного механизма.

Слова Яна Вера воспринимала как повторение материала перед важным экзаменом, вслушиваясь в каждое из них. Рядом Лиза крутилась на стуле, отвлекалась, комментировала что-то не по делу и с нетерпением поглядывала на приготовления Влада. Не посмотрев со стороны ни одной игры, она уже рвалась за стол. Подобная торопливость Вере не нравилась. Нельзя входить в круг, не поняв его правил.

За время инструктажа больше никто не подошёл, и пришлось садиться всем, включая невнимательную Лизу. Впрочем, вести всё равно предстояло Владу, поэтому поговорить с ним пока не получилось бы.

Когда под приглушённую музыку начали раздавать роли, Вера закрыла глаза под маской и беззвучно повторяла: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Только бы красная». Ей хотелось проявить свои способности, раскрыв чужую ложь. Не просто увидеть обман, а назвать его и показать остальным. Карта оказалась красной. Вера так обрадовалась, что улыбалась всю ночную фазу, едва подавляя нетерпение поскорее начать день.

Получив чёрную карту, Лиза выдала себя сразу. На нулевом круге она уверенно выделила тройку «мирных», а всех остальных объявила «мафами». Поняв всё без объяснений, игроки встретили её речь шутками, и весь настрой рассыпался в балаган. Вместо серьёзного обсуждения каждая следующая минута превращалась в маленькое представление, к которому остальные охотно добавляли своё и ловили фолы. Потеряв смысл скрываться, мафия тоже начала подыгрывать. Сидя на десятке, Вера уже почти плакала. Выдавив из себя лишь «пас», она отпустила город в ночь.

Появление Синигами за столом обратилось в катастрофу. Под маской она силилась сдержать слёзы и успокоиться. А когда ведущий объявил утро и несострел, мафия сдалась, чтобы не затягивать и перейти к следующей раздаче. Команда Веры победила, но Лиза украла триумф. Не такого дебюта заслуживала Синигами.

К следующей игре в клуб пришёл ещё один человек, и Вера категорически отказалась садиться. Пусть играет Лиза. Ей как раз объяснили, в чём была ошибка, и она заверяла, что теперь уж точно всё поняла. Вера ушла на кухню, чтобы никто не видел её злость на Лизу, на клуб, на чужое веселье и на собственную испорченную попытку стать кем-то новым и значимым.

Спустя несколько минут к ней заглянул Влад. Его убили первым, и недавний провал неожиданно обернулся удачей. Наконец-то никто не мешал задать вопросы, ради которых Вера столько раз искала встречи. Отбросив все подводки, она буквально набросилась на него с расспросами о Марбасе. Прежде всего хотелось понять, мог ли демон вылечить маму, почему взрослые выбрали Оробаса и как исправить их ошибку. Ничуть не смутившись таким напором, Влад сделал себе кофе, устроился на пластиковом стуле, закинул ноги на другой и перешёл к лекции на излюбленную тему.

- В мировой культуре Марбас не единственный образ целителя с львиной сигнатурой, - разглагольствовал Влад, уносясь от вопроса куда-то в свои дебри. - Похожие отражения его астрального архетипа можно искать у Сехмет, Решефа, в некоторых трактовках Ариэля. Даже в образах Маниту, если смотреть в саму суть… гм… сущности Марбаса.

К этому времени Вера уже почти потеряла нить. Вместо всезнающего проводника перед ней всё отчётливее проступал занудный ботаник, способный бесконечно множить умные слова и ни на шаг не приближаться к ответу. До сих пор она искала знание. Сначала пыталась собрать его по чужим страницам, затем надеялась найти в стройной системе Влада. Но оба пути приводили лишь к рассказам о демонах, тогда как ей требовался ответ от них самих.

Как уже случалось в последнее время, вывод сложился раньше ведущих к нему рассуждений. Перечисляемые Владом имена потянулись к воспоминанию об Ане, чей голос тогда сделался неестественно ровным, а слова посыпались одно за другим без малейшей заминки. Подруга выплёвывала их не заученным списком, а так, будто каждое могло откликнуться. Вероятно, папа Бен был не Аниной выдумкой и тогда говорил её устами. Значит, у него можно расспросить о Марбасе напрямую, не продираясь сквозь болтовню Влада. Похоже, стоило навестить подругу и пообщаться с Беном через неё.

* * *

При появлении Веры пара голубей и ворона сорвались с травы и взмыли в небо. Оставшись среди рассыпанных пророщенных зёрен, Аня проводила их долгим взглядом и машинально погладила болтавшуюся на телефоне зубастую куколку, словно успокаивала единственного не сбежавшего собеседника.

Пока птицы исчезали за соседними крышами, Вера объяснила, зачем пришла. Просьбе поговорить с папой Беном подруга неожиданно обрадовалась. Опустившись прямо на траву, она жестом пригласила сесть напротив и поместила между ними мягкую куколку. Вера уже собиралась спросить о Марбасе, но поднятая ладонь Ани заставила замолчать.

- Подожди. Он ещё не повернулся.

Необходимость ждать взгляда зубастого брелока, по мнению Ани, объяснений не требовала. Взяв Бена двумя пальцами, она развернула его к Вере. Вместе с движением изменилось и лицо подруги. Привычная сосредоточенность сохранилась лишь с одной стороны, тогда как другую искривила совершенно нелепая ухмылка.

- Хуже поражения бывает только победа, которая досталась не тебе, - произнесла Аня неестественно ровным голосом, улыбаясь половиной лица. - Красная масть никогда не приносит Синигами удачи.

Никнейм прозвучал буднично, будто Бен давно знал и его, и оставшийся после игры неприятный осадок. Возмущённый вопрос вырвался раньше, чем Вера успела задуматься.

- Откуда ты…

Аня немедленно отвернула куколку и приложила палец к губам.

- Он больше на тебя не смотрит.

Так обнаружилось первое правило. Говорить разрешалось только тому, к кому был повёрнут Бен. Вот только когда наступал подходящий момент и почему Аня решала отвернуть Бена, оставалось загадкой. Иногда Вере позволяли задать несколько вопросов подряд, иногда ход заканчивался после первого слова. Повторять пропущенные условия запрещалось, а возражение внезапно могло считаться согласием. Замечая очередное нарушение, Вера пыталась найти хоть какой-то порядок, но Аня лишь удивлялась её растерянности.

- Это игра такая, разве не очевидно? - поясняла она с лёгким разочарованием, словно не ожидала, что подруге будет трудно усвоить простейшие вещи. - Так интереснее и веселее.

Веселья Вера не чувствовала. Почти с теми же интонациями Орли предлагала поймать волну, почувствовать поток и сделать «как правильно». От Ани подобная неопределённость раздражала куда сильнее. Обычно подруга первой требовала точных условий и заранее оговорённых тонкостей, а теперь придумывала их вместе со своим Беном после каждого хода. Чужая сторона лица насмешливо щурилась, тогда как знакомая выражала искреннее сожаление о непонятливости Веры. Наконец Вере удалось облечь главное в приемлемую для этой игры форму. Кто же всё-таки способен помочь ей спасти маму?

- О, человек, помоги себе сам! - возвестил Бен голосом Ани, а затем, сменив интонацию, поинтересовался: - Или ты Бетховена не слушаешь?

Связи между композитором, маминой болезнью и ответом Бена Вера не уловила. Возможно, он снова придумал новое правило или просто назвал первое пришедшее в голову имя. Куколка продолжала смотреть на неё, позволяя задать вопрос, но тратить ход на очередную бессмыслицу не хотелось.

Уже открыв рот, Вера передумала. Опустив глаза, она выдохнула и молча улыбнулась скрывавшемуся в чужой мимике игривому духу. Главное не поддаваться на провокации и спрашивать только о действительно важном. Молчание, видимо, оказалось правильным ходом.

- Впрочем, он сам себя тоже не слушал, - после короткой паузы отмахнулась Аня интонациями Бена. - Но зачем кого-то уговаривать? Хочешь сделать хорошо, сделай сама. Перекрёсток на шею и вперёд. Только с дорожной петлёй не спутай.

Прежде чем Вера успела обдумать сказанное, Аня отвернула Бена к себе. В голове гудел целый улей вопросов. Важные фразы смешивались с бесполезными, и различить их никак не получалось. Как провести ритуал самостоятельно? Каким образом перекрёсток можно носить на шее? Хотя дорожная петля, похоже, была просто шуткой.

Дождавшись неизвестного Вере момента, Аня развернула фигурку обратно. Объяснять причину нового поворота она не стала. Насмешливый изгиб губ пополз выше, а глаз превратился в узкую прорезь, через которую Бен наблюдал за Верой.

- Плохой игрок таскается по чужим перекрёсткам, - одобрительно продолжил он, словно отвечая на невысказанный вопрос. - Хороший носит свой с собой и перед каждым поворотом советуется, куда идти.

- Лиза! - выпалила Вера, едва не подпрыгнув от радости.

Куколка качнулась и сама собой завалилась набок. Ничего сверхъестественного в этом не было. Мягкий брелок и прежде держался на траве каким-то чудом. Однако чужая ухмылка сразу исчезла, вернув лицу Ани прежнюю симметрию.

- Нет, нет, нет... - затараторила Вера, поспешно извиняясь и пытаясь снова усадить Бена.

Фигурка неизменно падала, будто прежнее равновесие существовало лишь до тех пор, пока продолжалась игра.

- Пожалуйста, давай ещё!

В голосе уже проступали слёзы. Сочувственно положив ладонь ей на плечо, Аня так и не повернула Бена обратно. Впервые за весь разговор ответ нашёлся у самой Веры. И стоил ей всех оставшихся вопросов.


--- --- --- Следующая глава: http://proza.ru/2026/09/22/1155