Смотрительница

Мария Ивановна 3 месяца работает смотрительницей в Русском музее, в зале Айвазовского. Работа ей очень нравилась. Во-первых, у картины 9 вал установлены ограничители и близко люди не подходят, что означает - ей меньше забот. Второе, это разрешается фотографировать картины, если без вспышек. И тоже не надо подбегать к посетителю и шептать: "Фотографировать запрещено" И третье, это то, что постоянно шла толпа за толпой с экскурсоводом. Ах, да, было новшество, посетители приходили с наушниками от музея с записями о картинах.

Не работа, а наслаждение. Надо отметить ещё и то, что она была на хорошем счету. Она ни разу не задремала, сидя на стуле.



За три месяца она узнала немного об авторе. Он оказывается был армянин! Вот тебе на! Ованес Айвазян. И что родился в очень бедной семье.

И про картину "Девятый вал" она тоже узнала. Это оказывается не просто картина, а шедевр. И на ней изображена трагедия. Бедных людей сейчас накроет этот вал и они все погибнут.

Ну точь-в-точь как рубрика интернете "За секунду до".

Запипикал телефон. Вставала она рано. Она делала всё, что полагается с утра, но кроме завтрака и душа, она делала зарядку, хоть ей и 45. Но выключив будильник, она лежала не двигаясь. Лежала с закрытыми глазами. Ещё бы! Ей приснился сон. Она увидела, как тонет корабль, как тонут люди, она увидела спасшихся на мачте людей. Они кричали. Она близко увидела эту надвигающуюся волну. Движение волны было замедленным и шум моря давил в уши. И в мгновение ока, она стала той женщиной, которая размахивает красным платком. Ужаса не было. Настолько завораживало вид этой волны. Она увидела то, что её поразило. Переливающийся цвет волны и белую и пену и белые брызги. Было ощущение, что она видит и всё вместе и каждую каплю отдельно. И волна так чётко видимая и ощутимая, накрыла её. Тяжести волны не чувствовалось. Свет исчез на долю секунды. Теперь она была над мачтой. На ней никого не было. Море успокаивалось. Закат и цвет моря были прекрасными.

Мария Ивановна выпила кофе и села к компьютеру. И стала рассматривать картины художника Айвазовского.
Сама она много раз была на море. И на Балтийском и на Чёрном. Но всматриваясь в картины Айвазовского, она поняла, что сути, величия и красоты, она не заметила. Это её не огорчило, теперь она знает, какое оно это море.

Ей захотелось узнать, как так получилось у художника видеть море.
Стала читать.


" Айвазовский обладал феноменальным свойством памяти и зрения, визуальным интеллектом, который он развил до космического уровня. Он обладал редчайшим даром мгновенной зрительной фиксации. Он не просто запоминал детали, его мозг записывал динамику.
Сам художник объяснял это так: "Движение живых стихий неуловимо для кисти. Писать молнию, порыв ветра, всплеск волны немыслимо с натуры.
 Художник должен запоминать их и этими воспоминаниями дополнять свою картину".

Ещё больше её удивили следующие слова:

"Он умел мысленно остановить волну, разобрать ее на световые фазы, запомнить, как сквозь толщу воды проходит солнечный луч, и воспроизвести это с абсолютной точностью. Вместо детальных эскизов он иногда делал крошечные размеры ладонь карандашные наброски, буквально пару линий горизонта и направления ветра. Вся композиция уже существовала в его голове в готовом виде. Он начинал писать картину сразу кистью и красками, видя весь холст целиком и точно зная, где окажется каждый блеск".

Марии Ивановне совсем не нравился этот казённый язык. Да и факты о его уникальной способности, как художника.

"Айвазовский писал свои картины поразительно быстро. Знаменитый «Девятый вал» размером 2 на 3 метра был написан всего за 11 дней. А за всю жизнь он создал более 6 тысяч полотен".

 "Он интуитивно понимал оптику, как свет преломляется в воде и отражается пена. Это позволило ему конструировать воду на холсте, даже не глядя на нее в данный момент. Он умел настроить свой мозг на особое восприятие и научить свои глаза замечать то, чего многие не видят. Он замечал то, мимо чего другие проходят не глядя".

Она теперь именно ЧУВСТВОВАЛА этого художника и сухие факты теперь только мешали.

"Известно, что глаз художника видит в сотни раз лучше, чем глаз обыкновенного человека"

Мария Ивановна наливала вторую чашку кофе.
"Интересненько, зачем художнику видеть и изображать такие цвета, если зрители эти оттенки не смогут увидеть"?

Она снова подошла к компьютеру.

"Айвазовского можно разглядывать часами именно потому, что наш глаз подсознательно блуждает по этим микро переходам цвета. Картина начинает дышать. Каждый новый взгляд открывает зрителю новые глубины цвета. Художник пишет для нашего подсознания. Подсознание проделывает колоссальную работу по анализу цвета, чтобы мы, просто встали перед холстом, затаили дыхание и почувствовали себя на берегу бушующего океана. Каждый микро оттенок несет в себе настроение, чувство, впечатление. Наш мозг складывает эти микро сигналы вместе и говорит, это живая вода, она мокрая, она движется".

Мария Ивановна стояла перед картиной Айвазовского. Музей откроется через 20 минут.
 Стояла долго.
По лицу текли слёзы.