Толците!

Опять кто то в дверь стучится, достали.
- Мам, открой, мне лень вставать!
- Ты сам сказал, стучите в любое время суток и я отворю вам. Вот иди и отворяй. А у меня самолёт на Варшаву.
- Опять в Закопане поедешь?
- Да. Там на подъёме к Каспровы Верх любит молиться один православный поп, которого я люблю. Ему сейчас очень трудно, у него сильно болит душа за то что происходит в мире. Поеду, утешу его.

А в дверь похоже уже ногами кто то стучится.
- Кто там? - спрашиваю
Из-за двери послышался женский голос:
- Это я, Клара Нецелкина, вы меня должны помнить, я к вам уже приходила.
- Ну и что на этот раз вы от меня хотите, Клара.
- Пожалуйста, приворожите ко мне Григория, я его люблю больше жизни.
- Я ж уже давал вам Понтю.
- С Понти муж, как с меня мама римская. Мы развелись. Я Григория люблю. Дайте его мне. Вы говорили, что исполните всё что у вас не попросят, так что извольте держать слово.

Ну и что ей ответить? Я знаю, что через месяц после свадьбы, она застукает Григория в собственной постели со своей лучшей подругой и пырнёт ту ножом, подруга напишет заявление и Клару посадят. В тюрьме она приобретёт необходимый для её души опыт, но и гадостей там по нахватается. Так что нет. Григория я ей не дам.

Вообще не люблю когда просят конкретику. То что людям кажется важным здесь и сейчас, там и тогда превратится в суету и томление духа.

Пожалуй утеплю дверь войлоком облаков, что бы не было слышно их стуков.