Интервью с Игорем Клементьевым

Зимой 1983 года в Ленинградском Дворце спорта «Юби-
лейный» проходят гастроли Московского цирка на льду.
Игорь Клементьев играет на бас-гитаре, а Владислав Шапи-
ро — на электрооргане. А несколько месяцев спустя, Вла-
дислав приглашает Игоря на работу в «Ленконцерт». С тех
пор музыканты дружат, несмотря на то, что давно играют
в разных ансамблях.
В.Ш.: Игорь, расскажи, какую профессию ты выбрал
по окончании школы, была ли у тебя мечта стать, к приме-
ру, знаменитым путешественником? Я не праздно задаю
этот вопрос, ведь мы с тобой исколесили просторы нашей
необъятной Родины — СССР, летали на самолётах, ездили
в поездах, автобусах.
И.К.: Нет, мыслей стать путешественником не было,
была главная задача — начать зарабатывать деньги, получив
специальность.
На экзаменах по математике в восьмом классе, учитель-
ница сказала:
— Чтобы в девятом классе я тебя не видела!
— И не увидите, — отпарировал я.
После такой оценки моих умственных способностей,
оставаться в школе я уже не хотел и поступил в ПТУ, точ-
нее в техническое училище на обучение специальности ре-
гулировщика аппаратуры проводной связи. Дополнительно
приходилось посещать вечернюю школу, чтобы получить
среднее образование.
Первое знакомство с гитарой произошло так. Мама
поехала на экскурсию в город Таллин и привезла мне се-
миструнную гитару производства фабрики музыкальных
инструментов им. А.В. Луначарского. Фабрика находи-
лась в Ленинграде, а гитару местного производства купить
было сложно. Таков был товарный рынок Советского сою-
за. Часто, дефицитные товары лежали на полках магазинов
в регионах, где их никто не покупал. В Прибалтике на семи-
струнных гитарах не играли, у таких гитар русский строй,
а предпочитали классический испанский шестиструнный
строй.
Так у меня появился первый инструмент.
Я не имел представления, как настаивается гитара и вы-
нужден был искать знакомых, которые показали бы мне
принцип настройки гитары. На помощь пришёл однокласс-
ник, — он-то и дал мне первые уроки игры на гитаре.
Мы жили в доме, где находилось много коммунальных
квартир и в конце концов я нашёл единомышленников, ко-
торые хотели научиться играть.
Мама, видя мой интерес к игре на гитаре, выделила мне
три рубля и я записался в класс гитары в ДК им. Первого
Мая, где работали музыкальные кружки по обучению игре
на различных музыкальных инструментах. После меся-
ца обучения я понял, что смогу продолжить обучение игре
на гитаре самостоятельно.
И вот однажды, в перерыве между занятиями, ко мне
подошли молодые парни, уже зная, что я играю на гитаре,
и предложили играть вместе. У одного из них дома стояли
усилители и колонки и, послушав, как они хорошо игра-
ют, я с удовольствием начал с ними репетировать. К трём
нашим гитарам некоторое время спустя присоединились
клавишник и барабанщик. Так появилась моя первая группа
с пиратским названием «Флибустьеры».
Первые концерты группы проходили на танцплощадке
пионерского лагеря, в Старом Петергофе, где работала мама
нашего клавишника. В пионерском лагере был профессио-
нальный радиомеханик, который помог нам подключиться
к аппаратуре.
Играли мы по субботам и воскресеньям. Играли про-
грамму, которую выбирали сами, — никто нас ни в чём
не ограничивал. Так ансамбль начал выступать на разных
площадках, у нас появились средства для приобретения ап-
паратуры и музыкальных инструментов.
С этих пор я уже точно знал, что стану музыкантом.
В.Ш.: А ты ещё и мореплаватель! Расскажи, как боро-
здил просторы Атлантики, Северного и Балтийского морей,
работая музыкантом на белоснежных круизных лайнерах.
И.К.: В море я попал через реку.
В.Ш.: Все воды рек попадают в море...
И.К.: Это я образно. Я плавал на теплоходе «Алексей
Сурков». Помнишь стихи этого поэта, — его именем назван
корабль.
«Бьётся в тесной печурке огонь,
 На поленьях смола, как слеза.
 И поёт мне в землянке гармонь,
 Про улыбку твою и глаза».
В.Ш.: Конечно, песня «В землянке».
И.К.: Мы ходили по маршруту Ленинград — Валаам —
Кижи — Петрозаводск. На теплоходе иностранным тури-
стам показывали великолепное музыкальное ревю, — тан-
цоры, современный балет, эстрадная музыка разных жан-
ров.
К тому же это было костюмированное шоу. Наш коллек-
тив, в составе: баян, домра, балалайка, бас-гитара и, конеч-
но же, певица играл цыганскую, русскую народную и клас-
сическую музыку. Три отделения мы играли, переодеваясь
в национальные костюмы, а классику играли во фраках.
Позднее я стал плавать на судах Baltic Shipping
Company — Балтийского морского пароходства. Ходил
в рейсы на круизном лайнере «Константин Симонов», на-
званным в честь советского драматурга, поэта и писателя.
На этом комфортабельном пароме я играл музыкально-раз-
влекательную программу в одном из салонов. По контрак-
ту, заключённому с нами, руководство круизной компании
обязывало, помимо музыкальной, выполнять работу офици-
антов, иногда и мойщиков посуды.
Случалось, я работал даже в швартовой команде, — было
очень интересно. Понимая неизбежность совмещения раз-
ного рода деятельности, никто из музыкантов не роптал,-
время было тяжёлое и работа в таком престижном пароход-
стве ценилась на вес свободно конвертируемой валюты.
Как официант, я обслуживал ночную вахту, на завтраке
накрывал шведский стол для пассажиров, а в вечернее вре-
мя, уже в своём амплуа выходил на сцену и играл музыкаль-
ную программу. А когда наш круизный паром зафрахтовала
иностранная компания, мы отправились в плавание к Ка-
нарским островам, путь длился две недели и мы шли, прини-
мая на борт по пути следования пассажиров и груз в круп-
нейших портах Скандинавии и Западной Европы: Хельсин-
ки, Стокгольме, Амстердаме. В Сан-Себастьяне, в Стране
Басков, красивейшем городе на берегу Бискайского залива,
мне удалось сойти на берег и полюбоваться изысканной ста-
ринной архитектурой.
После Испании мы пришли в португальский Лиссабон,
а далее остановка была уже в Касабланке, марокканском го-
роде, крупнейшем городе Африки.
Впервые я увидел настоящий арабский город, — шум-
ный, многоликий, густонаселённый. Толпы людей на ули-
цах, и повсюду, развевающиеся на ветру многочисленные
красные флаги страны. Был ноябрь месяц, мне в футболке
было жарко, а добрая половина местного населения ходила
в кожаных куртках и на каждом шагу торговцы предлагали
нам часы Rolex по десять долларов.
Далее, побывав в Западной Сахаре, мы прибыли на Ка-
нарские острова и начали возить в недельные круизы ту-
ристов со всего мира. Начинались круизы с острова Гран-
Канария, а заканчивались островом Тенерифе. В таком
режиме мы работали с ноября по апрель и в начале апреля
отправились в обратный путь, где в Северном море нас так
потрепало, что волнами заливало палубу, на которой разме-
щались рестораны.
На Канарах запомнилась игра в футбол с местной ко-
мандой на застывшей вулканической лаве и площадке
из мелкого ракушечника на острове Лансороте и велосипед-
ная прогулка к пику острова Тенерифе, откуда открывался
фантастический вид на побережье и океан.
В.Ш.: Игорь, занятия спортом, — ты играл в хоккей с мя-
чом, помогли быстро адаптироваться к армейским физиче-
ским нагрузкам?
И.К.: Да, я играл в хоккейной команде «Красная заря»,
сначала за юношескую команду, а затем уже перешёл
во взрослый хоккей и даже ездил на первенство СССР.
О физических нагрузках в армии скажу так. Наше по-
дразделение всё время было на боевом дежурстве и каждый
военнослужащий занимался спортом самостоятельно.
В.Ш.: Мы жили с тобой по соседству, и соответственно
призывались в советскую армию Выборгским районным
военкоматом, находившемся на проспекте Карла Мар-
кса, ныне — Сампсониевском. Провожала ли тебя мама
или школьные друзья?
И.К.: Нет, никто меня не провожал. Я сам приехал в ука-
занное время к военкомату, нас, призывников, посадили
в автобус и повезли в Пушкин, а затем, покатав по предме-
стьям Ленинграда, посадили на метро и доставили на стан-
цию «Политехническая», откуда, погрузив в бортовые воен-
ные машины, отправили к месту службы — посёлку Бугры.
В нашу часть, в основном, брали на службу ленинград-
цев и выпускников радио школы из города Пскова, которые
обладали навыками радиоперехвата, а меня сразу направи-
ли работать на ключе, учить азбуку Морзе.
В.Ш.: Игорь, расскажи о твоём первом дне на службе
в советской армии.
И.К.: Самое интересное со мной произошло во время
стрижки. Я заранее не стригся, как это делали многие при-
зывники, — берёг свои длинные рок-н-ролльные волосы
и парикмахер сначала обрил мне левую часть головы, а взяв-
шись за правую, услышал команду о построении на обед.
Так я и пошёл на обед полуобритый. А после обеда, парик-
махер поставил финальную точку в моём перевоплощении
в настоящего солдата.
В.Ш.: А ещё что-нибудь о первых неделях службы.
И.К.: Скорее о первых месяцах. Приходит в роту сер-
жант и говорит, что меня вызывает к себе командир части!
Подумал, что очередная шутка старослужащих. Я зашёл
в кабинет, представился.
Командир части спрашивает:
— Ваша мама — прораб по ремонту квартир?
— Да, — отрапортовал я, немного смутившись.
— Вот Вам увольнительная, поезжайте и договаривай-
тесь. Возьмите адрес квартиры!
Мама прислала мастеров, всё было сделано идеально
и на этом наше знакомство с командиром части закончи-
лось.
В.Ш.: Какие боевые задачи выполняло твоё подразделе-
ние.
И.К.: Наш полк постоянно был на боевом дежурстве, —
мы блокировали работу западных радиостанций, отправля-
ли зашифрованные радиограммы, следили за эфиром, что-
бы не просачивалась секретная информация.
В.Ш.: Как ты проводил свой армейский досуг, сразу со-
брал ансамбль и начал репетировать?
И.К.: Принёс я с собой после увольнения гитару, а де-
журный офицер с укором говорит:
— Опять это притащили!
В.Ш.: То есть отнеслись негативно к твоим музыкаль-
ным способностям?
И.К.: Крайне негативно.
В.Ш.: Расскажи о самом интересном случае, произошед-
шим с тобой на службе в армии.
И.К.: В конце моей службы, месяца за три до увольнения
в запас, наш полк выехал на учения к финской границе и мо-
ему подразделению поставили боевую задачу: развернуть
антенну для приёма и передачи радиосигнала. Боевую зада-
чу поставили рано утром, а выехать удалось только в сере-
дине дня и, соответственно, прибыли на место к ночи. Шёл
мелкий моросящий дождь, включённые фары машин осве-
щали сосновый лес и нам, чтобы не промокнуть до нитки,
пришлось побыстрее двигаться и поскорее завершить ра-
боту. Развернув антенну и проверив её работоспособность,
мы улеглись спать прямо в машине, где была радиостанция.
Утром, проснувшись, увидели вокруг большое коли-
чество потоптанных нами ночью грибов, а чуть поодаль,
у опушки леса ещё большее количество нетронутых. Такого
грибного изобилия я не видел никогда в жизни. Наш повар,
грузин по национальности, видя этот сказочный природный
ковёр, быстро составил меню:
— Завтрак — жареный картофель с грибами;
— Обед — грибной суп с перловкой и отварной карто-
фель с тушёнкой;
— Ужин — картофельная запеканка с грибным соусом.
Мы подумали, что компот, без которого не обходился
ни один солдат, будет тоже из грибов. Мало того, повар раз-
весил вблизи полевой кухни огромные белые грибы на тон-
ком телефонном кабеле, видимо, в качестве трофея для се-
мей офицеров полка. Всю неделю мы питались исключи-
тельно блюдами из грибов.
В.Ш.: Как относились к тебе командиры, зная, что ты иг-
раешь на гитаре?
И.К.: Был у нас прапорщик Штольц — бравый вояка, му-
зыкант, с ним бы я пошёл в разведку. Одним зимним вече-
ром, я заступил дежурным по роте, а прапорщик Штольц —
помощником дежурного по части. Выпал снег, погода была
на редкость хорошая. Прапорщик решил осмотреть терри-
торию, и что же он видит. Следы, в большом количестве, ве-
дут к забору части, и прапорщик решает выяснить, откуда
эти следы берут своё начало, а начало следов как раз прихо-
дилось на нашу роту.
Прапорщик приказывает мне пересчитать находивших-
ся в роте военнослужащих, и выясняет, что нет шестерых.
Быстро снаряжается в погоню автомобиль УАЗ. Место на-
хождения покинувших расположение вычисляют быстро,
в течение часа всех шестерых задерживают и отправляют
на гауптвахту.
Меня, как дежурного по роте тоже должны были отпра-
вить на пять суток под арест, но прапорщик выручил меня,
проявив музыкальную солидарность, доложив командиру
части, что вместе со мной обнаружил беглецов.
Бывает и такое.
В.Ш.: Игорь, ты — большой знаток и рассказчик анекдо-
тов, есть ли у тебя анекдот об армейской службе?
И.К.: Даже три.
В.Ш.: Рассказывай, я выберу для публикации.
И.К.: Прапорщик докладывает командиру батальона
по телефону:
— Товарищ майор, водитель Полуноченко всех раз-
везёт!
Около полуночи в роту приходит подвыпивший води-
тель.
— Товарищ прапорщик, разрешите доложить! Ваше
приказание выполнено! Всех развезло!
В.Ш.: Сейчас на страницах прессы можно увидеть поле-
мику, была ли нужна творческой молодежи служба в армии.
Как ты считаешь, именно для себя ты получил какие-ни-
будь навыки, пригодившиеся в дальнейшем в гражданской
жизни?
И.К.: Коллектив большой, коллектив мужской, — на-
ходишься со всеми в замкнутом пространстве, постоянно
с кем-то сталкиваешься и всё время надо учиться общаться,
разрешать какие-то конфликты, желательно мирным путём,
учиться жить в армейском коллективе, от которого продол-
жительное время не уйти и не скрыться.
И ещё важно развить в себе умение быстро ориентиро-
ваться в обстановке, зная своё место в штатном расписании
и умение в нужную минуту прийти на помощь товарищу.
В.Ш.: И в заключение нашего интервью, твои пожела-
ния солдатам-срочникам ХХI века.
И.К.: Служба один год во временном смысле мало чего
решает, но сейчас стараются многое учитывать: твою специ-
альность, наклонности, профессиональные качества. Иди-
те, и смело служите, а если отдают приказы — выполняйте.
Спасибо Игорю за столь интересный рассказ о жизни,
творчестве и военной службе.