***

Из бормотанья — раскаленный ключ, 
Подрыв основ и сдвиг грудинной кости. 
Назад посмотришь: ворох рваных туч 
И чертежей исписанных погосты. 
 
Слепой чертежник, воздуха поэт, 
Он Логоса, как хлеба, ждет во мраке, 
Чтоб ипостаси выплавить хребет, 
Стрелу ночную ловит в буераке. 
Всю ночь — полет. И мыслящая мгла 
Его, как щепку, в небо унесла. 
 
На сотне перекрестков я иссох, 
Ищу порог, как потерявший имя. 
И то не грех, что выудил из строк 
Щепотку смысла вздохами сухими. 
Куда пойти? Где вымолить приют?
Туда, где искры метафизики снуют... 
 
В эзотерический, тяжелый лес, 
Где душ дубравы — словно птичий гам. 
Они минуют лавры, строят срез 
Глухих церквей, не веря чертежам, 
Сметая прочь языческий вигвам. 
 
А я в стекле зеркал себя искал, 
Питал гортань густым, нездешним светом, 
В лазурный миг будто в купель, нырял 
И выходил сияющим поэтом