Патруль рулит, или как Зелёные спасли природу

Всё началось с того, что председатель районного общества «Зелёный патруль» Петрухин прочитал в интернете статью «5 способов стать экогероем за час». До выборов оставалось две недели, рейтинг полз вниз быстрее, чем уровень реки Тускари в засушливый год, и Петрухин решил: пора бить в колокола. Точнее, в пластиковые бутылки.

— Братство! — провозгласил он, взгромоздившись на табуретку в штабе. — Мы очистим берег! Мы вернём реке первозданный вид! Мы покажем этим… этим… — он заглянул в шпаргалку, — …антропогенным загрязнителям!

В состав братства вошли: Коля, который вечно жевал чипсы и поэтому считал себя экспертом по упаковке; Люда, которая взяла с собой трёх пуделей в бантиках «для фотосессии»; и дядя Миша в вечном старом пиджаке, появлявшийся, когда  дома заканчивалось пиво там, где  обещали корпоратив.

Первые полчаса энтузиазм зашкаливал. Они собирали пакеты, бутылки и нашли  чей-то потерянный носок с такой скоростью, что Петрухин уже мысленно заказывал баннер с надписью «Спасибо, Петрухин!». Солнце припекало, чипсы у Коли кончились, а мусор, как назло, попадался только мелкий.

— Слушайте, — сказал Коля, вытирая чешуйчатые от чипсов губы. — А может, мы не тот мусор убираем? Вот валежник, например. Он лежит, кислород перекрывает. Давайте его соберём — сразу красота будет!

Идея показалась гениальной. Валежник хрустел под ногами, весело прыгал в мешки, и работа закипела с новой силой. Энтузиасты в поисках валежника шли по берегу и их взоры обратились к странному сооружению из палок и тины, которое уверенно перегораживало небольшой ручей.

— Это что за архитектурный излишек? — нахмурился Петрухин, тыча в него палкой. — Самострой? Надо снести!

— Точно, — подхватила Люда, поправляя бантик на пуделе. — Оно портит вид. Не вписывается в био-дизайн.

Дядя Миша, который уже успел приложиться к припасённой во внутреннем кармане  пиджака фляге, авторитетно заявил:
— Это, друзья, вредительство чистой воды. Кому здесь понадобилась дамба? Он что, ГЭС строит? А ну, взяли!

И они взяли. С криками «Раз-два — взяли!» и «Эй, осторожно, мои туфли замшевые!» они разобрали бобровое жилище за десять минут. Вода в ручье радостно рванула вперёд.
- Заговорила благодарная река, - удовлетворенно произнесла Люда и начала приготовления к фотосессии с пуделями.

И тут из воды, фыркая и сверкая мокрыми боками, показался ОН. Хвост — лопатой, зубы — как стамески, глаза — размером с плошки.

— КОР-РИ-ЧНЕ-ВАЯ ГИ-ГАНТ-СКАЯ КРЫ-СА! — заверещала Люда, хватая пуделей в охапку. — Бежим! Она всех покусает!

— Спокойно! — заорал Петрухин, хватаясь за сачок для бабочек, который кто-то предусмотрительно взял «для ловли стрекоз». — Это экологический вредитель! Ловим!

Началась вакханалия. Коля кидал в бобра пустыми пакетами из-под чипсов, крича: «Кис-кис! Фу!». Дядя Миша пытался накрыть его своим потёртым пиджаком, приговаривая: «Иди сюда, грибной супчик!». А Петрухин, размахивая сачком, гонялся за животным по берегу, постоянно спотыкаясь о корни, которые они же и оголили, разобрав плотину.

Бобр, судя по всему, был крайне недоволен. Он то нырял, поднимая волну, которая заливала дизайнерские кеды Люды, то выскакивал прямо из-под ног и угрожающе щёлкал зубами. В конце концов, он с чувством выполненного долга и глубочайшего презрения ушёл на глубину, оставив активистов мокрыми, грязными и с пустыми руками, если не считать горы никому не нужного валежника.

Итоги акции были оглашены в тот же вечер в местной газете под заголовком: «Зелёный патруль дал бой стихии!».

В список достижений вошло:
1. Собрано 0,5 тонны валежника (который, по факту, был естественным удобрением и домом для насекомых).
2. Ликвидировано незаконное гидротехническое сооружение (бобровая плотина, существовавшая 10 лет).
3. Выявлен и изгнан агрессивный грызун (местный бобр Кузя, числящийся в Красной книге области).

Когда через неделю весь берег размыло, а редкие рыбы уплыли вниз по течению, потому что им стало негде размножаться, но Петрухин гордо заявил в интервью:
— Зато теперь здесь чисто! Никакой антропогенщины. И никаких бобров. Мы их, можно сказать, от экологической катастрофы спасли. Лично я считаю, что мы совершили подвиг.

А Кузя, который теперь строил плотину заново выше по течению, выразил своё мнение на языке, который приличные зоологи переводить отказались.