Семья

Молочного на первый взгляд, а на второй творожного цвета фляга за свою жизнь претерпела немало. Там, где её туловище переходило в шею, при помощи специальных клёпок были закреплены дугообразные ручки, похожие на алюминиевые ремни.
Галя и Валя, в одинаковых драповых пальто с отложным воротником, одна в сапогах, вторая в валенках ставили пустой сорокалитровый сосуд на видавшие виды салазки и, поправив шерстяные шапки, которые то и дело спускались ниже бровей и мешали смотреть под ноги, резво проходили стометровку за пару минут, заполняли металлическую дылду водой из колонки и волокли её обратно уже за четверть часа, с передышками.
Семья из пяти человек жила в фундаментальном доме из сталинского кирпича. Пригласив однажды трёх богатырей, своих друзей, каменщиков и плотников, батя мой, коренастый шатен, переговорил с ними за столом в гостиной. Через полчаса после этого самосвал привёз и вывалил на заднем дворе сосновые брёвна и четыре здоровых мужика, кряхтя и пыхтя, построили из них избу, которая к вечеру следующего дня превратилась в шведскую сауну.
Чугунная печь с каменкой была установлена с соблюдением техники безопасности. Были использованы фиброцементные плиты и их добротные аналоги, а также базальтовые маты для обмотки всех нагревающихся труб.
Не углубляясь, скажу, что и строителям, и пользователям, то есть, нашей большой и дружной семье, всё пришлось по душе.
Мы ни бельмеса не понимали, как баня функционирует, ведь нам было по двенадцать, тринадцать лет, родители в субботу с утра топили печь нарубленными дровами, прямо из леса привезёнными.
Кажись, предбанник был из осиновых досок, где надо, покрытый специальной фольгой. Липовый пол и потолок и широкие полки из ольхи, которая нагревалась не настолько, чтобы невозможно было лежать и сидеть с целью релаксации.
Суровый и консервативный отец обычно после плотного завтрака говорил нам, чтобы убирались куда-нибудь часа на три. И мы с сетрой, не будучи дурами, понимая, что родакам нужно время для конфиденциального разговора, убирались. Зимой катались с горки, летом гуляли в смешанном лесу, слушая птичьи голоса.
Вернувшись домой, тотчас отправлялись в сауну и с полной отдачей парились пока не надоедало. С чистой душой и телом, надевши свежее бельишко и выглаженные платья, садились за стол и пили чай и с мятой, и с иван-чаем, поглощая домашнюю колбасу с ржаным хлебом. Вот было время.
А сегодня, придя со службы домой (я майор полиции и занимаюсь несовершеннолетними преступниками), брошу в кипящую воду магазинные пельмени, помешаю их стальной ложкой и радуюсь жизни. Потом до ночи сижу за ноутбуком, печатая отчёты о проделанной за день работе. Ни досуга, ни развлечения. Одно беспокойство. Накалённая атмосфера. Стабильная нервозность. Чрезмерная нагрузка на мозг. Вот так и живём.
Однажды утром, выйдя из дома, увидела, что мой классический скоростной автомобиль стоит со спущенными колёсами. Присмотревшись, смекнула, что их проткнули ножом или шилом.
Вызвав таксомотор по мобильнику, села в него и домчалась до родного ровэдэ. Зашла в оперчасть и попросила двух сыскарей узнать, кто навредил мне. Пару часов спустя мне сообщили, что оба сотрудника были ранены в перестрелке, состоявшейся в подвальном помещении девятиэтажного дома, в котором я жила.
Оказалось, что на цокольном этаже некая фальшивая фирма устроила склад с огнестрельным оружием, выдавая его за склад стройматериалов для нужд ТСЖ.
Там регулярно находились сторожа, ночной и дневной. Мои сослуживцы, которых попросила разобраться, нарвались на бандюганов с пистолетами. Они смогли уничтожить четверых противников, так как хорошо тренировались и были на хорошем счету в Управлении. Несмотря на это, были ранены, один в ногу, другой в руку. Туда вскоре приехала следственная бригада и прибыла группа оперативников. К ночи все преступники были найдены и обезврежены. Ну что сказать? Это наши полицейские будни.
Мне так лет не много. Один лоботряс из ОБЭП  захаживал ко мне и полную неделю кормил меня в ресторане. Потом, увидев, что никакой отдачи, перестал и не появлялся.
Моя сестра, Валя Кондратова, держит сеть салонов красоты и выглядит моложе своих. А брательник мой - армейский генерал. Как скажет, так и будет. Кедровый характер. Когда возводили баню, он учился в суворовском училище в Екатеринбурге.
Предки кукуют там же, в деревне Смолино. Сложенная из сосновых брёвен сауна привлекает взгляд арочной крышей. Её поверхность из долговечного поликарбоната не боится ни снега, ни дождя. Раз в два года я на своей моторке приезжаю на пару дней попариться и посидеть за одним столом с пожилыми людьми, которые меня с любовью воспитывали, так что я превратилась в высокую под два метра женщину, привлекательность которой не только в правильных чертах лица и неповторимой стати. Я живу не зря.