Ромео и Джульетта

Ромео и Джульетта

Завод у нас не большой, но и не маленький. Несколько тысяч человек трудится.
Делаем мы удобрения. Химия в общем. И «социалка» у нас от этого хорошая. Имеем свой пансионат, детский сад, поликлинику, общежитие, дом культуры и свой автопарк. А спецам даже квартиры выдаем, правда в рассрочку. Поликлиника недавно закрылась. Медики все по частным фирмам разбежались. Но есть медпункт, физкабинет и машина Скорой помощи.
Так я насчет Дома культуры. Он знаменит в городе тем, что в нем выступал Филипп Киркоров. Еще холостой. Директор, Василий Петрович рассказывал; зашел певец в гримерку и попросил по периметру расставить там зеркала. Пришлось ехать на завод собирать по отделам зеркала. А он расставил их на стульях и ну крутится в разных позах. Но пел хорошо. Душевно. Кружки в ДК работали для детей. И решил Василий Петрович организовать народный драмтеатр. Для взрослых. Ради этого привез из области режиссера и поселил в общежитие. Обдав свежим перегаром   собравшуюся будущую труппу, тот закатил на время глаза и изрек знакомую фразу. «А не замахнутся ли нам на Вильяма, нашего, Шекспира? На Ромео и Джульетту. А чего мелочится?» Перегар от аплодисментов тут же улетучился.  На роли Тибальта, Париса и родителей героев быстро нашли актеров. Роль Джульетты после недолгого обсуждения отдали Клаве Егоровой, технологу. Клава недавно вышла замуж за водителя КАМАЗа Василия Егорова и была самой молодой и застенчивой в труппе.
Роль Ромео была вакантна целую неделю, пока режиссер не встретил в местном пивбаре актера игравшего роль Париса с другом. Друг был рыжеват с черными бровями. Ну, чистый итальянец! Звали его Ваня Синицын. Работал он оператором во втором цехе.
Заказали декорации и костюмы. Стали репетировать. И все-то было неплохо.
 И текст легко учился и азарт какой-то был.
Только Ваня никак не мог войти в роль. Бубнил что-то себе под нос. На Джульетту даже не смотрел. Сначала думали из-за Василия, мужа Клавы. Тот приходил на репетиции и сидел в зале. Запретили. А Вася все никак страсть не мог показать. Репетиции сцен с его участием превращались в психологические тренинги.
«Ваня, она твоя единственная»
«Иван, она свет твой в окошке, звездочка»-
пытались помочь коллеги. Уже пошли разговоры о замене актера. Но за дело взялся режиссер. Он пригласил после репетиции Ивана к себе в общежитие. Там они просидели весь вечер. Одни говорили, что они стихи читали, другие, что Станиславского изучали, третьи, вообще, говорили о сеансе гипноза. Только после этого Иван изменился.Стал задумчивым и малоразговорчивым.К Клаве стал относится, как к какому -то божеству.Преклонял колени,целовал ей руки.А с какой страстью он говорил текст! На работе иногда он покидал рабочее место, чтобы постоять у окна техотдела, где работала Клава. А в глазах было какое-то отчаяние.
 А раз шокировал труппу, придя на репетицию с букетом цветов для Клавы.
Близилась дата премьеры. Декорации выставили, костюмы примерили. А за неделю до нее это и случилось.
Мы сидели в техзале и следили за химическим процессом, добавляя реактивы по схеме.
Пришла Клава с техкартой. Поздоровалось, улыбнулась Ивану и спустилась в люк на нулевой цикл снять показания датчиков. Технологи регулярно, по два раза за смену снимали показания и записывали данные в техкарту.
Иван сбегал во двор и нарвал желтых одуванчиков. Клавы не было минут пятнадцать. Иван с тревогой смотрел на люк. И вдруг оттуда появился зеленоватый дымок. Запахло хлором.
Оцепенение длилось минуты две. Потом оно сменилось суетой. Степан с криком «Авария!" нажал на тревожную кнопку. Николай разбил стеклянную дверку в ящике с противогазами. Лишь один Иван стоял и тихо звал Клаву. Мы сунули ему в руку противогаз и потащили к выходу. Вырвавшись он пошел к люку со словами:
      «В последний раз ее обвейте руки
       И губы, вы преддверие души
       запечатлейте долгим поцелуем...»
Мы кричали ему «Нет больше Клавы! Ваня, погибла она. Пошли быстрей. А он:
       «Бессрочный договор с небытием…»
И уже у двери во двор услышали:
     «Пью за тебя любовь!»
Когда мы оглянулись, то увидели пустой зал, наполняющийся зеленым туманом.
Диспетчер оперативно перекрыл газ. Аварию быстро ликвидировали. Погибли два человека.
Прощались с ними обоими в ДК. Похоронили рядом на пригородном кладбище Дело в том, что хоронили в плановом порядке по очереди. Иван и Клава умерли в один день и были в один день похоронены. По одно время бытовала традиция у молодожен приходить после ЗАГСа к этим могилам и класть на них цветы. Но вскоре затухла. Но, как ориентир эти могилы служат и сейчас. Например, спросят у служки «Где такая-то могила?», а тот «От Ромео и Джульетты второй ряд пятая могила.»

Режиссер в тот же день отбыл в неизвестном направлении, оставив в комнате десяток пустых бутылок.
Да, чуть не забыл! На памятнике Ивана сделали надпись:
   «Любите искусство в себе, а не себя в искусстве»
А автора цитаты не написали.  И многие думают, что автор в этой могиле.