Петишка

Амбипеков снова женился. Первая его жена  была гимнасткой, она ела куру и все время находилась в шпагате.
Амбипеков хотел жареной картошки, но она только улыбалась и подкидывала кверху мяч.
Через какое-то время гимнастка уехала на конкурс и написала, что ее чувства давно остыли. Что она устала.
Мне нужны результаты, добавила она. И я не могу тратить свои силы на твои прихоти.
Амбипеков конечно расстроился, но потом познакомился с докторшей. Она приехала к нему по вызову, когда он лежал дома с температурой.
Сначала она помыла руки, потом ноги, потом открыла холодильник и съела заливное из говядины с хреном. 
Амбипеков чувствовал, что конец близок. Он хотел написать записку, попросить прощение у всех, кого обидел, кого обманул и бросил. А также завещать свои часы брату.
Но докторша рассмеялась и сказала, что ему надо пить Чинзано и слушать джаз.
- Джаз исцеляет, - сказала она и стала прикладывать к его груди фонендоскоп.
Амбипеков смотрел на нее сквозь туман, и ему казалось, что она в белом свадебном платье. Что она его жизнь. Его судьба.
Очнувшись на следующий день, он увидел рецепт на лекарства с подписью Голубка.
Это она,  подумал Амбипеков, и ему захотелось снова ее увидеть.
Через три месяца они поженились, и голубка продолжила ездить на вызова.
Амбипеков переживал, что она может познакомиться с каким-нибудь одиноким мужчиной, мало того, помыться у него в ванной,  пожарить котлеты... Да мало ли!
Но голубка только смеялась, а однажды не приехала со смены.
Она позвонила и сказала, что ставит капельницу какому-то обезвоженному больному.
- Не теряй меня! – радостно воскликнула она, как будто бы лежала на пляже и пила мартини. 
Амбипеков хотел ей верить, но голубка приходила под вечер и рассказывала о том, что ставила уколы, и банки и гипертонические клизмы.
- Ой! - говорила она. - А у нас есть мармелад?
В один из дней она написала: прости, Алёша. Мне хорошо с Вадимом. Амбипеков не чувствовал ни злобы, ни ненависти.
Она ни в чем не виновата, подумал он. Но все равно ему было плохо, и он выпил и каким-то образом оказался в библиотеке.
Сидя за столом, он смотрел на читающих, и вдруг увидел библиотекаршу. Она была в розовом пеньюаре и то и дело лазила по лестнице, чтобы достать какие-то книги.
Амбипекову понравилось. Он хотел, чтобы она и ему достала пару книжонок, поэтому он подошел и сказал, что ему нужно что-нибудь о любви. 
- Что-нибудь из Тродэ, - сказал он, прищуриваясь и глядя куда-то вдаль. – Или из раннего Подышайло…
Ему хотелось добавить: из самого раннего, когда он еще не дышал. Библиотекарша надела очки и стала смотреть в компьютер.
- Можно Пакрулло, второй том, - Амбипеков взмахнул головой, как будто чтение было основой всей его жизни.
Библиотекарша продолжала искать, а она работала всего неделю и очень волновалась.
- Можно Элькарно де Тросса…
Амбипеков придумывал на ходу какие-то имена, и ему казалось, что все эти люди действительно существуют и более того, пишут любовные романы.
- Есть Тагор Рабиндранат, - библиотекарша смотрела на списки. - Пастернак, Паустовский, Петрарка, Петишка, Пикуль… Пикнетт, Пиксвел…
 - Это чудесно! -  Амбипеков пошатнулся и увидел на ее груди бейджик. - Елена Сергеевна, прошу!
После нескольких вечеров, на которых библиотекарша читала стихи и поэмы, Амбипеков сделал ей предложение.
А ему хотелось, чтобы она читала поэмы, лежа с ним на кровати, поскольку ее голос очень успокаивал и дарил надежду на лучшее.
Она все время с книгами, думал Амбипеков. А тот, кто читает, не способен на обман и на ложь.
И действительно, Елена Сергеевна не могла даже помыслить об обмане. 
Она читала любовные фэнтэзи и представляла, что ее схватят за ногу, что она окажется вдруг в отеле, что ей тайно будет писать человек с грустным лицом, и она, конечно же, его отвергнет.
Амбипеков, наконец, успокоился. Он забыл про гимнастку, и про голубку, о ней напоминали лишь эластичные бинты и две клизмы.
Его жизнь стала возвышенной, томной, с горящими свечами и лирикой влюбленных поэтов, которые описывали синеву майской ночи и жаркие чьи-то колена, и муаровые шумные платья и нечаянный сладкий вздох.
Амбипеков и сам хотел что-нибудь написать, но всякий раз засыпал и ему снились мячи, грелки, канаты, шляпы, шары, плывущие над водой и большие овальные блюда, на которых лежали кисти зеленого винограда...