Дело чести

Сидя в старом «крузаке», я вспоминаю «от и до», как всё было… я отлично помню, когда всё изменилось, но ещё точно знаю, что выбора другого пути у меня не было. Я рано потерял родителей и мне было предельно ясно, что на бабушкиной пенсии мне не протянуть. Примерно, когда мне было тринадцать, я встретил его, – дядю Илью, как я его называл тогда и называю сейчас. Встретил я его летом в середине девяностых. Было мне тринадцать, мы жили в пригороде «бандитского» Питера в старой бабушкиной квартире. Подростки в то время в основном проводили время на улице. Я был среди тех, кто уже промышляли мелким воровством.
Дядя Илья приехал на, тогда ещё новеньком, чёрном «крузаке», вышел в малиновом пиджаке, с перстнем на руке. Образ авторитета оценили все пацаны со двора. Когда дядя Илья, со своим приятелем в спортивном костюме, пошли на рынок, мы с ребятами поспорили с нашим главным, Стасом Котопсом, кому за тысячу не слабо залезть на крышу автомобиля и простоять там минуту. Самым смелым, конечно же, был я.
– Пацаны! Да тут люк открытый остался, – сказал я.
– Дам два косаря, если залезешь на водительское! – крикнул мне Стас.
Я подумал, – была, не была, – и нырнул во внутрь «крузака». Я так увлёкся, что не заметил, как подошли хозяева автомобиля.
– Шухер! Валим! – Закричали пацаны.
Когда я опомнился и полез наверх, дверь автомобиля уже открылась снаружи и меня поймал за ногу тот самый дядя Илья. Они со своим помощником могли запросто меня прибить или оттаскать за уши, но... может ему стало жалко меня, ведь выглядел я неважно и взять с меня было нечего. Меня посадили назад, рядом сел дядя Илья. Мужик в спортивном костюме и кучерявой причёской сел за руль и мы поехали куда-то в город. – Ну что, сынок, ты попался. Тебя бы сейчас ментам сдать, а дальше на малолетку отправить. Но, я хочу дать тебе шанс…
Мы ехали ещё несколько минут, я решил сидеть молча, боясь что-то не то ляпнуть. Остановились на каком-то глухом переулке, время было уже вечернее.
– Ты парень, насколько я понял, по машинам лазить мастак, значит и по форточкам можешь. Значит, слушай: есть маза, что в этой квартире – показывал он на квартиру в доме на первом этаже – живёт «коммерс», который сбывает ворованные «телеки». Мы узнали сегодня его адрес на рынке. Вчера «телек» украли у одного из моих. В принципе мне не важно, какой «телек» ты стащишь, но главное, чтобы он был цветной. Я обещал, что помогу вернуть «телек», теперь это твоё дело. По наводке, его сейчас дома нет, но всё равно нужно сработать быстро. Будем ждать тебя за тем «жигули» серого цвета. Конечно, я мог убежать, когда меня отправили на дело, но я не сделал этого по двум причинам: я чувствовал себя виноватым за то, что сделал, но самое главное, мне было очень интересно, что он скажет мне, если я справлюсь. Вскрыв открытую форточку, я проникнул в квартиру, где и вправду никого не было. В комнате и вправду стояло около десятка телевизоров, без какой либо упаковки. Я схватил один небольшой, чтобы он пролез в окно и полез с ним в руках через открытое окно. Вылез на улицу с телевизором в руках и услышал издалека крик:
– А ну стой, ублюдок малолетний, – кричал мне мужик, который, как позже выяснилось, был тем самым «коммерсом».
Я как мог побежал в сторону «крузака», но, к моему сожалению, на том месте, где меня высадили, его уже не было! Я хотел уже бросить «телек», как вдруг, из-за того серого «жигули» выскочил напарник дяди Ильи, в спортивном костюме, только теперь с надетым капюшоном, достал из-за пояса ствол и навёл на «коммерса» и крикнул ему:
– Стоять, ща пристрелю!
«Коммерс» послушался и отступил, а мы с «напарником», который всё оглядывался на коммерса, побежали за угол дома, где стоял наш «крузак»
– Почему вас не было там!? – возмущался я, погружая «телек» в багажник.
– Менты мимо проезжали, мы решили не рисковать. Но и бросить тебя не могли. Успокойся парень, молодец! – сказал мне дядя Илья.

Кончилось тем, что дядя Илья меня отвез в ресторан и разрешил мне заказать всё что я захочу – я открыл меню и разошёлся не на шутку. Пока я кушал мы начали разговор:
– Как тебя звать? – спросил дядя Илья.
– Валера.
– Меня Илья, а этого зовут Швин, – показал он на помощника в спортивном костюме.
– Очень приятно, – улыбаясь, ответил я.
– Ну что, Валера, в школу ходишь?
– Ну да, в восьмой класс перешёл, сейчас каникулы.
– Это хорошо... а чем занимается твой отец?
– Я потерял отца и мать...
– Ну ладно, прости парень. А с кем ты живёшь?
– С бабушкой, в квартире.
– Смотри, Валера, можешь дальше лазить по чужим тачкам или бездельничать с пацанами, а через пару лет работать грузчиком. Но, если хочешь – можешь работать со мной...
В ходе разговора выяснилось, что дядя Илья был вором в законе и занимался криминалом, но меня это ничуть не смутило, знал в какое время живу. Ресторан, в котором мы находились, принадлежал ему. Поскольку рост у меня был уже высокий, дядя Илья предложил мне работу официантом. И я согласился. Кроме того мне приходилось иногда выполнять его личные поручения, но криминал последовал не сразу...

И вот, я сижу за рулём того самого «крузака», на котором когда-то ездил дядя Илья, и вспоминаю, как я встретил его... отлично, я всё помню... но теперь я хочу вспомнить, что было в моей жизни до того, когда всё изменилось…
Я жил в квартире с родителями и всё было хорошо. Но однажды вечером они не вернулись... на следующее утро мы с бабушкой узнали, что «семёрка», в которой ехали домой мои родители попала в страшную аварию – без шансов на выживание. Причиной стал гололёд, наступивший слишком рано и неожиданно – именно поэтому отец не успел «переобуть» машину в зимние шины. Мне было всего двенадцать лет. Мы с бабушкой остались одни. Ещё у меня был друг Саша. Настоящий друг. Мы познакомились во дворе, когда нам ещё было по пять лет. Он жил в соседнем доме, зачитывался книгами из библиотеки, которыми делился со мной, любили с ним смотреть кассеты с новыми фильмами и мультиками, которые ему часто приносил отец, катались на великах, познавали мир вместе, как могут только настоящие друзья. Его родители, как и мои, были простые люди, а отец его, Николай Анатольевич, был очень добрым и приятным дядькой и, в то же время, серьёзным – я понимал, что такие понятия, как дружба, честь и справедливость для него не пустые слова.
Я вспоминаю дядю Колю, как я всегда его называл…
Когда мы с Сашкой только начинали дружить, Сашка заболел. Что-то случилось с сердцем – сказали его родители моим. Наши родители тоже хорошо общались. Позже я узнал от своего отца, а он от сашкиной мамы, что дядя Коля всю жизнь мечтал об автомобиле. И, незадолго до операции для Саши, он накопил нужную сумму на новенький «москвич». Когда выяснилось, что Саше была нужна дорогостоящая операция, он отдал на неё деньги, не задумываясь. Конечно, так наверное поступил бы любой хороший отец, но дядя Коля никогда не грустил по поводу несбывшейся мечты, – по крайней мере никто этого не видел, – ни разу никому не напоминал про машину и просто был счастлив, что Саша остался жив и здоров, а на оставшуюся сумму, купил Сашке велик и, когда Сашка выздоровел, они съездили всей семьёй на море.

Однажды, мы с Сашкой поссорились и подрались. Это видели его родители. Я ожидал, что дядя Коля достанется ремень и накажет нас, как когда-то сделал мой отец, но этого не последовало – не наказали ни его, ни меня, а просто разняли нас. Затем последовал разговор с дядей Колей, – разговор серьёзный, но добрый, – который выяснил, что причиной стало моё случайное попадание футбольным мячом Сашке по лицу, из-за чего он и разозлился на меня. После того, как дядя Коля нас успокоил и объяснил, что ссориться из-за такого глупо, мама Сашки, тем не менее, помогла мне попросить у Сашки прощения и мы с ним помирились. Так мы научились прощать друг друга и дорожить нашей дружбой – так мы оба стали чуть взрослее…

Ещё был случай во дворе: местные хулиганы стреляли из «игрушечного» оружия пластиковыми пульками по бедным птицам и котикам. Когда дядя Коля вернулся с работы, – он был токарем, – мы с ребятами рассказали ему об этом. Он не задумываясь пошёл искать этих придурков. В итоге оружие было сломано, а их компанию он разогнал пинками и подзатыльниками. За целый день никто из других взрослых и не попытался их разогнать. Дядя Коля стал примером для нас всех и особенно для меня…
Я любил своего отца, но он очень много работал и я мало его видел, поэтому авторитетом для меня стал именно отец Санька и я тогда чётко понимал, что хочу быть таким, как дядя Коля...
Но, когда я потерял родителей, я переехал жить к бабушке. Там у меня появились новые, уличные, знакомства…
Вскоре, после переезда к бабушке, возвращался я как-то из школы, шёл через «новый» двор, а там на скамейке сидели местные ребята, в основном пацаны. Главным у них был Котопёс – парень, лет около пятнадцати. Тогда и познакомился я с ними, тогда и сигареты впервые попробовал и алкоголь. Мне тогда было всё равно с кем дружить, – очень тяжело было на душе, – а тут новая компания ровесников. Потом выяснилось, что они, в основном все, были беспризорниками, но и я мало от них отличался. Были среди них и наркоманы, впрочем, где их только не было в то время. Кто-то нюхал клей, кто-то курил траву… как-то раз мне дали попробовать «винт», но мне эффект от этой гадости жутко не понравился – наверное была какая-то индивидуальная непереносимость  – и Котопёс позаботился о том, чтобы мне больше ничего не предлагали, за что я ему очень благодарен. Было в нём что-то такое… доброе и справедливое, хоть он и был беспризорным воришкой, а парень хороший.
Вскоре, после знакомства со мной, Котопёс собрал нас на дело, сказал мне, сам всё увидишь, ну я и не стал расспрашивать. Добрались до соседнего двора и выяснилось, что нужно вскрыть «девятку» и своровать магнитолу. Машина была новая, ещё без сигнализации. Но, отказаться было уже слишком поздно – не по понятиям… а с Котопсом мне ссориться не хотелось. В общем вскрыли линейкой дверь, вытащили магнитолу и убежали. Что я чувствовал после своего первого дела? Ничего в общем-то. Я был так убит своим горем, что мне было уже всё равно – лишь бы чем-то отвлечься. Затем мы сливали бензин с автомобилей, воровали «сникерсы» в магазинах…так и затянуло меня, пока мне не встретился дядя Илья. Он заставил меня вернуться в школу и помогать бабушке, а с Котопсом и остальными сказал мне больше не видеться. А с Саньком мы постепенно отдалились друг от друга, а вскоре и вовсе перестали видеться и общаться. Как-то пару лет назад я видел его на автобусной остановке, когда проезжал мимо, – я его узнал, – должно быть он учился в каком-то институте... а я после школы оказался среди людей дяди Ильи. После того, как я видел Санька, прошло уже пять лет. Теперь дядя Илья стал ещё более важным человеком, а я, можно сказать, его правой рукой.

Убивал ли я? Приходилось… впервые, это случилось во время перестрелки.
Тогда, два года назад, поздней осенью мы ночью поехали на стрелку с бандитами, такими же как и мы, где-то под Питером. Я тогда впервые оказался на серьёзной разборке – у меня было предчувствие, что добром она не кончится. Дядя Илья, отправляя меня, дал мне ствол и сказал, что я теперь взрослый парень и мне пора заниматься реальными делами. Когда мы приехали в назначенное место, те были уже там: две «бэхи», как и мы их, ярко освещали наш «гелик» и «кабана» в котором я ехал на заднем сидении. Старшим у нас был Швин, как обычно, в спортивном костюме и кожанке. Когда Швин, с кем-то из наших, пошёл базарить с их «старшаками», мы, – нас остальных было шесть человек, – стояли рядом с тачками, чтобы успеть укрыться, если начнётся пальба, и держали стволы наготове. Я так и не понял с чего всё началось, но помню, как после первого сигнального выстрела, – который сделал Швин, – через считанные секунды началась лютая перестрелка. Я укрылся за «кабаном», который был ближе «гелика», и жутко перепугался. Пули из автоматов свистели прямо над головой… но, пришлось несколько раз выглянуть из убежища и выстрелить, хотя бы для вида, перед своими. Но, как бы я не хотел этого избежать, последняя моя пуля всё же прицельно попала в одного их бандита… как позже выяснилось, своим выстрелом я буквально спас Швина от автоматной очереди. В итоге, наши победили – только двоим из противников удалось свалить с побоища на автомобиле, а я ещё и умудрился отличиться, так как спас Швина в решающий момент.
И после этого убийства я понял, что обратного пути у меня уже нет.

Сейчас я всё ещё нахожусь за рулём всё того же судьбоносного «крузака», в который, однажды, залез через люк на крыше.
Со мной в машине сидят ещё двое парней, Володя и Серёга, с пушками, как и я. Мы приехали на дело: нужно было ограбить банк и свалить с баблом, пока нас не заметили прохожие. Это было уже не первое моё большое дело, но в этот раз у меня снова плохое предчувствие... но, другого выхода, как сделать всё, как можно быстрее, у меня нет.
– Надевайте маски, – скомандовал я. – Дальше по инструкции, я захожу с первым попутчиком, зову менеджера, через минуту после меня, заходите вы с Володей, берёте охрану и держите заложников, передаёте мне сумку, я заставлю менеджера открыть хранилище и загребу сколько влезет, всё нужно сделать за две минуты.
– Понятно, шеф, – отвечают оба.
Я, вместе с пожилым мужчиной, захожу в здание: один охранник стоит у входа, второй с кем-то говорит на другом конце помещения. Я надеваю капюшон, чтоб меня не запомнили сотрудники, вызываю менеджера, готовлюсь одеть маску и достать пушку, когда мои «пингвины» ворвутся в банк. Я уже вижу через окно, как они вышли из тачки и идут сюда, в чёрных масках. Я оглядываюсь на второго охранника и остолбеневаю  – это Санёк! Тот, что навсегда остался для меня лучшим другом детства. Я тут же вспоминаю его отца, – пример для меня, того самого мальчика, который всё ещё жив у меня в душе...
Мои подельники уже открывают дверь! раздаётся крик другого охранника, за ним первый выстрел. Что делать?! План приходит моментально: пока подошедшая девушка-менеджер отвернулась, я снимаю капюшон и надеваю маску, пока меня не запомнили, и достаю пушку, хватаю девушку, за руку, чтоб не убежала, когда опомниться, подхожу к Саньку, который уже направился дать бой моим бандитам со стволом в руке, сзади, приставив ствол к затылку, беру обоих в заложники и заставляю лечь лицом вниз. Пока Серёга берёт остальных заложников, ко мне подбегает Володя.
– Держи его, я всё сделаю, – говорю я ему.
Веду девушку к двери в хранилище. На душе паршиво – хуже ситуации придумать сложно, надо скорее всё закончить. Девушка послушно открывает хранилище и я отвожу её к Володе. Вдруг, со стороны, где Серёга держал заложников, послышалась возня, затем выстрел. Охранник был убит.
– Какого чёрта?! – кричу я Серёге.
В этот момент, пользуясь тем, что мы с Володей отвлеклись, Санёк, – чёрт возьми, как я дорожу его жизнью, – резко, одним прыжком нападает на Володю. Тот молниеносно наводит ствол на Санька. Дальше всё происходит, как на автомате – я навожу свою пушку на Володю и стреляю в него, чтоб спасти Санька... пуля попала прицельно в плечо Володи. Сашка остался цел – слава Богу!. После такого Серёгу, наблюдающего за этим, перекосило – я понимаю, что мне предстоит дуэль в стиле «Быстрый и мёртвый». Но Серёга не стал в меня стрелять, а побежал к выходу...
«нет, больше никаких убийств» – решил я. Я, точным выстрелом, подстреливаю его в ногу и он падает. Зачем я это сделал? Потому что ограбление уже провалилось, из-за Санька, конечно же, после того как я только что спас ему жизнь. А Серёгу подстрелил, чтоб выиграть время для себя…
Он выронил пушку и схватился за больное место. Всё это действо произошло за считанные секунды. Я оборачиваюсь... Саша держит меня на прицеле.
– Кто ты такой, чёрт возьми? – спрашивает он меня.
Я бы предпочёл провалиться сквозь землю или застрелиться, чёрт возьми, чем открыть ему своё лицо.
Вдруг прогремел выстрел – стрелял, снова поднявшийся на ноги, Серёга. Не могу точно сказать, в кого он целился с одной руки (второй он держался за рану на ноге), но пуля зацепила Сашу. Не смертельно. Его пушка выпала у него из руки. Я стреляю в Серёгу – на этот раз он падает и больше не шевелится. Я делаю единственное, что могу сделать в сложившейся ситуации: забираю пушки у раненых Володи и Сашки... и последний раз смотрю в глаза бывшему и, пожалуй,  единственному за всю жизнь другу. Как бы я хотел вернуться в то время, когда мы были лучшими друзьями. Но, последнее что я сейчас хочу – вспоминать... пока заложники не опомнились, я ухожу из здания, сажусь в «крузак» и гоню прочь отсюда.
Дело на несколько миллионов провалилась, но дело чести, в которое оно превратилось для меня, было сделано по совести.
По дороге, на встречу мне уже проехала милиция, но судя по тому, что они проехали мимо, мой «крузак» не засветился.
«Скоро дядя Илья узнает о том, что произошло в банке. Нужно бежать и где-то оставить тачку. Добраться бы до Кронштадта – есть там ещё незасвеченное место, где можно залечь дно. Нужно где-то оставить «крузак»… придётся ждать рейс…» – решил я.

На следующее утро в Кронштадте...
Ночь была беспокойной. Я понимаю, что одним поступком разрушил всё, что было в моей жизни. Но, этот случай послужил мне триггером, который дал мне, наконец, вспомнить кто я такой и понять, что моя жизнь за последние годы ничего не стоила.
«Сколько же грязи, зла было в этой жизни… может даже остался бы я с беспризорниками, десять лет тому назад, я бы прожил честнее и правильнее, чем связался бы с бандитами… как же я хочу увидеться с бабушкой – последним родным человеком, который ещё жив и любит меня, хоть и знает, в кого я превратился. Как только всё уляжется, навещу её, благо я позаботился о том, чтобы её новая квартира осталась мной незасвеченой» – обдумываю я лёжа в кровати и снова засыпаю…

…Я просыпаюсь в своей квартире от неожиданного звонка в дверь.
«Кто это может быть» – думаю я, а в дверь продолжают звонить.
Я, подозревая худшее, аккуратно смотрю в окно...
«Чёрт! Это же Швин и сам дядя Илья стоят у подъезда, а его люди, должно быть, стучаться мне в дверь. Как они узнали, что я здесь?! Чёрт, неужели Володя вспомнил про моё убежище» – вдруг, отчаянно вспоминаю я и, наспех одеваясь, беру лишь пушку и сотовый, прыгаю с балкона второго этажа на асфальт и бегу прочь по улице. Но, вскоре, я услышал за собой автомобиль, оглядываюсь и замечаю, что меня уже настигает хвост – Швин за рулём на каком-то местном «жигули», рядом сидит дядя Илья. Я понимаю, что дело чести, скорее всего стоит мне жизни... но и я парень не промах! Вот так сложилась моя история… но, я, пожалуй, ещё поборюсь! Я жалею о том, какой выбор я сделал в тринадцать лет… но, ни о чём не жалею, что сделал вчера и сделаю сейчас… времени думать нет, поэтому задумка появляется мгновенно: на берегу залива у моего соседа по квартире пришвартована моторная лодка, на которой можно уйти от погони морем, если конечно мотор не подведёт. Я сворачиваю с улицы и бегу, через зелёные наслаждения в сторону берега, до которого отсюда рукой подать. Слышу, как где-то позади «жигули» издаёт визг тормозов.
«Мне удалось оторваться, но это ненадолго. Пока они сориентируются, я могу выиграть время и отплыть» – понимаю я на бегу.
Я уже вижу небольшой причал, у которого пришвартованы рыболовецкие лодки. Сосед никогда не снимал мотор, но и лодку его за много лет ни разу не угоняли, поэтому мне оставалось надеяться, что он не ушёл на утреннюю рыбалку.
«Да! Она здесь!» – замечаю я лодку у причала.
Поскольку каждая секунда может мне стоить жизни, я не оглядываясь отвязываю швартовый канат и прыгаю в лодку, затем сразу дёргаю ручной стартер… неудачно!
Я оглядываюсь и вижу издалека Швина и пару ребят с ним, бегущих в мою сторону.
«Чёрт, они видят меня, надо валить скорее!» – понимаю я.
Дёргаю стартер второй раз… да! Мотор завёлся! Я жму на газ и отчаливаю от причала, набирая скорость, как раздаются выстрелы в мою сторону – несколько пуль пролетели рядом. Я ложусь на дно лодки, но держу и жму ручку газа, чтоб увести лодку как можно дальше от берега…
…Через минуту я выглядываю за борт и вижу, что, ещё недалеко от причала, за мной гонится другая моторная лодка, – понятно с кем на борту, – но я уже достаточно далеко оторвался от них и только сейчас я обращаю внимание на сильное волнение залива и сильный ветер… вдалеке на горизонте я, наконец-то, замечаю, что небо чернеет и надвигается шторм, в который я иду на полном ходу. Вскоре я замечаю, что лодка преследователей заметно отстала от меня и уже, наверное, развернулась обратно, превратившись в едва заметную точку где-то далеко.
«Я оторвался, но шторм уже вступил в свои права, а обратно на этот берег мне нельзя… единственный вариант – на полном ходу домчать до берега, где-то около Сестрорецка или Зеленогорска, а там в бега… но дотянуть бы!» – рассуждаю я.
Лодка на большой скорости шла по высоким волнам, чёрные тучи настигли Валерия посреди залива, собирался сильный дождь, сверкали молнии, грохотал гром – начинался сильнейший грозовой шторм. Из чёрных грозовых туч начал образовываться довольно большой смерч.
– Я ещё никогда в жизни не видел смерч... – подумал вслух Валера, идя навстречу начинающемуся шторму, а мысленно возвращаясь в то время своей жизни, когда они с Саньком были детьми…

Двенадцать лет назад…
Двое мальчиков возраста около десяти лет, спускались по лесной тропинке к большому озеру. У одного в руках были удочки и ведро, а второй нёс на плече рюкзак.
– Валера, как думаешь нас никто не спалит? Вдруг кто-то увидит и расскажет твоей бабушке? Что, если она нас так наругает, что больше никогда не разрешит мне к тебе в деревню приезжать? – спрашивал Санёк.
– Да ладно, мы ведь не на пляже будем, а озеро, оно большое… кто там нас с пляжа увидит, – отвечал Валера, улыбаясь от предстоящей задумки.
Через пару минут ребята, уже на диком берегу, спускали на воду, построенный втайне ото всех, деревянный плот. Плот был собран очень добротно: два трёхметровых сосновых ствола, спиленные и притащенные из леса, на которые были приколочены старые, но крепкие доски из одного заброшенного дома, недалеко от озера – такая конструкция запросто выдержит двух мальчишек их возраста. Также ребята, без спроса, временно позаимствовали на пляжном причале два лодочных весла.
– Ну, отплываем! – первым скомандовал Санёк.
И друзья, переполненные эмоциями, оттолкнувшись от берега, запрыгнули на «корабль». Каждый взял по веслу и начали грести, всё больше отдаляясь от берега, как им казалось – «в открытое море».
– Чур, я капитан! – первым заявил Санёк.
– Тогда я… боцман! – согласился Валера.
Через десять минут мальчики были уже посреди озера. Где-то с противоположного берега отчалил настоящий парусник, что их ещё больше воодушевило в своём приключении.
Наконец, Санёк дал команду сушить вёсла и они принялись за перекус из рюкзака. С собой они припасли хлеб с майонезом, сахарное печенье и бутылку «крем-соды» на двоих. После перекуса, как они и сказали бабушке, принялись ловить рыбу для Хвостуса – полосатого котика, которого они этим летом прикормили и очень полюбили…
– Санёк, а кем ты станешь когда взрослым будешь?
– Капитаном, конечно же!
– Я тоже, – улыбнулся Валера, – но сначала боцманом!
Ещё никогда двое друзей, – Сашка и Валера, – не были настолько счастливы…



Рецензии