Действие сценическое. Театр - материя многосложная

Театр — материя многосложная

1. Постановка

Театр — материя многосложная.

Именно поэтому действие сценическое так трудно обнаружить.

Если бы театр был простым устройством, действие легко было бы найти:

в тексте;

в актёре;

в конфликте;

в цели;

в событии;

в форме;

в эмоции;

в зрительской реакции.

Но театр устроен иначе.

Он состоит из множества слоёв, и каждый слой способен как проводить действие, так и скрывать его.

Поэтому Кретовский вопрос «что удерживается?» необходим именно потому, что театр многосложен.

В простом материале действие можно было бы указать пальцем.

В театре его приходится различать.

2. Театр не состоит из одного вещества

Театр нельзя свести к одному началу.

Он не равен драматургии.

Не равен актёру.

Не равен режиссуре.

Не равен сцене.

Не равен зрителю.

Не равен форме.

Не равен событию.

Не равен институции.

Театр возникает как сложное соединение:

драматического материала;

актёрского тела;

мнимых обстоятельств;

пространства;

времени;

партнёра;

режиссёрской формы;

зрительского поля;

культурной памяти;

повтора;

риска;

ожидания;

паузы;

смысла;

технической организации;

институционального режима.

И среди этой многослойности действие может быть потеряно.

Формула:

театр многосложен потому, что в нём одновременно действуют материал, тело, форма, мнимость, партнёр, зритель, время, память и институция.

3. Многосложность не гарантирует действия

Вот важнейшее уточнение.

Чем сложнее театр, тем больше у него признаков живости.

Но признаки живости не равны действию.

В спектакле может быть всё:

сильный текст;

хорошие актёры;

красивая сценография;

точная режиссура;

актуальная тема;

яркая музыка;

пластика;

паузы;

эмоциональное напряжение;

зрительская реакция.

И всё равно действия сценического может не быть.

Потому что действие не складывается автоматически из театральных элементов.

Оно появляется только там, где эти элементы становятся проводниками удерживаемой незавершённой направленности.

Формула:

сложность театра создаёт условия действия, но не гарантирует его.

4. Театр как слоистая материя

Театр можно представить как слоистую материю.

Первый слой — драматический.

Это материал, ситуация, конфликт, событие, текст, тема, композиция.

Второй слой — актёрский.

Это тело, голос, внимание, намерение, намеренность, партнёрство, пауза, удержание.

Третий слой — режиссёрский.

Это форма, ритм, пространство, композиция, мизансцена, монтаж, порядок явления.

Четвёртый слой — мнимый.

Это условная реальность сцены, в которой обстоятельства мнимы, а действие должно быть реально.

Пятый слой — коммуникативный.

Это партнёр, зал, адрес, обмен, сопротивление, зрительское поле.

Шестой слой — театральный.

Это зрительское усмотрение, событие смысла, послесценическое продолжение.

Седьмой слой — институциональный.

Это репертуар, повтор, профессия, школа, критика, память театра.

Восьмой слой — культурный.

Это традиция, эпоха, язык, история форм, ожидания зрителя, маски действия.

Действие сценическое проходит через эти слои, но не совпадает ни с одним из них.

5. Главная опасность многосложности

Опасность в том, что каждый слой театра может сказать:

я и есть действие.

Текст может сказать:

действие во мне.

Актёрская эмоция может сказать:

действие во мне.

Режиссёрская форма может сказать:

действие во мне.

Пауза может сказать:

действие во мне.

Сценография может сказать:

действие во мне.

Зрительская реакция может сказать:

действие во мне.

Институция может сказать:

если это театр, значит, действие уже есть.

Но Кретовский инвариант разрушает эту самоуверенность.

Он спрашивает:

что именно удерживается?

Формула:

в многосложной материи театра каждый слой может стать ложным следом действия.

6. Театр как материя переходов

Театр многосложен ещё и потому, что в нём всё находится в переходе.

Драматическое должно перейти в сценическое.

Сценическое — в театральное.

Материал — в живую материю.

Текст — в необходимость слова.

Пауза — в продолжение действия.

Тело — в предел феноменальности.

Партнёр — в изменение удержания.

Форма — в условие действия.

Зрительская реакция — в усмотрение.

Если переход не происходит, слой остаётся сам по себе.

Текст остаётся текстом.

Актёр остаётся исполнителем.

Форма остаётся формой.

Пауза остаётся паузой.

Зритель остаётся реагирующим.

Театр внешне есть, но действие не собрано.

Формула:

театр становится живым не благодаря наличию слоёв, а благодаря переходам между ними.

7. Материя театра и инвариант

Именно многосложность театра делает необходимым инвариант.

Инвариант нужен не потому, что театр прост.

А потому, что театр слишком сложен.

Без инварианта мы теряемся в слоях.

Начинаем считать действием то текст, то эмоцию, то форму, то паузу, то зрительский эффект.

Инвариант возвращает ось:

удерживаемая незавершённая направленность.

Он проходит через все слои, но не растворяется в них.

В драматическом материале он ищет возможность действия.

В актёре — удержание.

В теле — явленность.

В партнёре — изменяемость.

В паузе — проверку.

В форме — условие.

В зрителе — усмотрение.

В институции — выдерживаемость через повтор.

Формула:

инвариант нужен как ось различения внутри многосложной материи театра.

8. Театр как материя сопротивления

Театр не просто складывает элементы.

Он сопротивляется действию.

Материал сопротивляется актёру.

Форма сопротивляется живому изменению.

Партнёр сопротивляется заранее заданному плану.

Тело сопротивляется мысли.

Пауза сопротивляется пустоте.

Повтор сопротивляется живому возникновению.

Зритель сопротивляется усмотрению.

Институция сопротивляется проверке.

И это не плохо.

Без сопротивления действие не проверяется.

Удержание становится профессиональным только там, где есть что удерживать от распада.

Формула:

театр многосложен потому, что каждый его слой не только помогает действию, но и сопротивляется ему.

9. Многосложность и распад формы

Когда театр многосложен, распад может начаться в любом слое.

Драматический материал перестал рождать возможность действия.

Актёр перестал удерживать и начал выполнять.

Пауза стала приёмом.

Форма стала самодостаточной.

Партнёр стал сигналом.

Тело стало демонстрацией.

Зритель стал потребителем эффекта.

Институция стала машиной воспроизводства театральности.

При этом внешне спектакль может оставаться целым.

Но внутри многосложной материи уже произошёл распад связи.

Формула:

форма распадается не только целиком; она может распадаться послойно.

10. Многосложность и профессия

Профессия в театре сложна именно потому, что нужно удерживать не один элемент, а связь элементов.

Актёр должен удерживать направленность внутри текста, тела, партнёра, паузы, формы, зрителя и повтора.

Режиссёр должен удерживать условия, при которых действие не уничтожается формой.

Педагог должен учить различать действие и его подмены во всех слоях.

Критик должен видеть не только качество спектакля, но и состояние удержания.

Театр-институция должен проверять, не стала ли его сложность машиной без действия.

Формула:

профессионализм в театре — это способность удерживать действие внутри многосложной материи, не подменяя его ни одним из её слоёв.

11. Театр как материя наблюдаемости

Многосложность театра делает действие наблюдаемым не сразу, а через систему проявлений.

Действие видно не как предмет.

Оно усматривается через:

тело;

паузу;

изменение;

партнёра;

ритм;

сопротивление;

молчание;

необходимость слова;

напряжение незавершённости;

зрительское поле.

Поэтому наблюдать действие — не значит смотреть на внешнее происходящее.

Нужно видеть, как многосложная материя сцены собирается вокруг удерживаемого «ещё не».

Формула:

в театре наблюдаемо не само действие как вещь, а след удержания в многосложной сценической материи.

12. Театр как материя мнимого и реального

Один из самых глубоких слоёв театра — соединение мнимого и реального.

Мнимы обстоятельства.

Мнима роль.

Мнимо событие.

Мнима смерть.

Мнима комната.

Мнимо прошлое персонажа.

Но действие должно быть реально удержано.

Это делает театр особенно сложным.

Потому что в нём реальность действия существует внутри мнимости формы.

Формула:

театр — материя, в которой мнимое служит обнаружению реального удержания.

Именно поэтому театр не просто изображает жизнь.

Он создаёт особую среду, где действие может быть очищено от бытовой случайности и предъявлено как удерживаемая направленность.

13. Театр как материя времени

Театр многосложен ещё и потому, что его материя временная.

Он существует здесь и сейчас.

Но содержит прошлое репетиций.

Память формы.

Будущее финала.

Ожидание зрителя.

Повтор спектакля.

Историю роли.

Культурную традицию.

Сценическое действие удерживается в настоящем, но питается прошлым и открыто будущему.

Формула:

театр — это материя настоящего, в котором прошлое формы и будущее действия удерживаются одновременно.

Если актёр играет только известный финал, действие мертвеет.

Если он теряет форму прошлого, действие распадается.

Профессия — удержать открытое будущее внутри известной формы.

14. Театр как материя зрительского поля

Театр становится театром не только потому, что актёр удерживает.

А потому, что удержание входит в зрительское поле.

Зритель добавляет ещё один слой сложности.

Он может:

не увидеть;

ошибиться;

отреагировать на эффект;

усмотреть действие;

достроить смысл;

сопротивляться;

внести культурную память;

продолжить действие после спектакля.

Театральное действие возникает только тогда, когда сценическое удержание становится зрительским усмотрением.

Формула:

театр многосложен потому, что действие в нём не только удерживается актёром, но и усматривается другим.

15. Театр как материя ложных следов

Чем сложнее театр, тем богаче его ложные следы.

В простом действии ложный след беден.

В театре он изощрён.

Ложным следом может стать:

великолепный текст;

сильный актёр;

психологическая глубина;

режиссёрская идея;

постдраматическая фрагментарность;

документ;

пластика;

музыка;

актуальность;

молчание;

даже сама теория действия.

Поэтому театру нужен не только вкус, но и диагностика.

Формула:

многосложная материя театра требует не восхищения сложностью, а различения действия и его подмен.

16. Театр как материя собирания

Театр не дан сразу.

Он собирается.

Собирается из материала, тела, партнёра, пространства, времени, формы, зрителя и удержания.

Но собирание не механическое.

Нельзя сложить элементы и получить действие.

Действие возникает тогда, когда элементы начинают служить одной незавершённой направленности.

Формула:

театр собирается вокруг того, что удерживается.

Если нечего удерживать, театр распадается на элементы.

Текст отдельно.

Актёр отдельно.

Форма отдельно.

Пауза отдельно.

Зритель отдельно.

И тогда многосложность становится не богатством, а разрозненностью.

17. Театр как материя испытания

Именно поэтому театр нуждается в испытательных стендах.

Многосложную материю нельзя проверить одним вопросом вкуса:

хорошо или плохо?

Нужно проверять:

где драматическое стало сценическим;

где сценическое стало театральным;

где форма удерживает;

где форма распадается;

где актёр действует;

где выполняет;

где зритель усматривает;

где только реагирует;

где сложность стала богатством;

где сложность стала дымовой завесой.

Формула:

театр как многосложная материя требует стенда, потому что действие в нём может быть скрыто, распылено или подменено на любом уровне.

18. Самая точная защита от упрощения

Фраза «театр — материя многосложная» защищает Кретова от грубого упрощения.

Кретов не говорит:

всё в театре просто: есть удержание или нет.

Он говорит тоньше:

в сложнейшей материи театра есть инвариант, без которого эта материя теряет живое основание.

То есть инвариант не отменяет сложности.

Он даёт способ не потеряться в ней.

Формула:

инвариант не упрощает театр; он позволяет различать действие внутри его многосложности.

19. Последний поворот

Театр многосложен.

Именно поэтому он велик.

Именно поэтому он опасен.

Именно поэтому он может быть живым.

Именно поэтому он может быть пустым.

Он может быть храмом действия.

И может быть фабрикой его признаков.

Он может обнаруживать удерживаемую незавершённую направленность.

И может производить тысячи форм, в которых уже нечего удерживать.

Кретовский вопрос не разрушает многосложность театра.

Он возвращает ей центр.

Что удерживается?

Без этого вопроса многосложность театра становится лабиринтом.

С этим вопросом она становится материей действия.

Главная формула

Театр — материя многосложная: в нём одновременно действуют драматический материал, актёрское тело, мнимая реальность, партнёр, форма, пауза, зрительское поле, повтор, институция и культура. Но ни один из этих слоёв сам по себе не является действием. Действие сценическое возникает тогда, когда многосложная материя театра собирается вокруг удерживаемой незавершённой направленности.

Сжатый тезис

Театр сложен не потому, что в нём много элементов, а потому, что каждый элемент может как проводить действие, так и подменять его.

Самый жёсткий тезис

Если в многосложной материи театра нет удерживаемой незавершённой направленности, сложность становится не богатством, а маскировкой пустоты. Театр может быть насыщен текстом, телом, формой, светом, паузами, эффектами, зрителем и культурными смыслами — и всё равно не иметь действия. Именно поэтому инвариант Кретова нужен не для упрощения театра, а для спасения различения внутри его сложности.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации.