Исследователь

Глава 1. 11.05.2023


Я понимаю, что я зря это сделал, но дороги назад уже нет и зверь выпущен на свободу. Меня уже не покидают мысли об убийстве, мысли о том, чтобы впустить хладную сталь в плоть человека, мысли о том, чтобы наблюдать, как кровь хлещет из него, а человек пытается выжить всеми способами.

Теперь мне это очень любопытно... и не с той точки зрения, чтобы просто представить, для того, чтобы это написать... увы, нет... а для того, чтобы исследовать этот аспект человеческой сущности.

А всё начиналось, как всегда - во благо.

Я писатель - писатель ужасов, мистики, какой-нибудь жести, поэтому в один момент у меня появилось желание посетить морг, чтобы поглядеть на покойников, а лучше побывать на вскрытии.

НО, ни в коем случае мне не следовало самому проливать кровь, пускай даже и кровь уже мертвого человека, но мне не следовало этого делать. Только мой внутренний зверь, которого я держал в узде всю свою жизнь, вышел на свободу и я не смог его сдержать.

В перерывах между произведениями, в тот момент, когда внутренняя энергия для новых рассказов иссякла, я начал искать человека, что мне смог бы помочь с моей идеей о посещении морга.

И я смог найти, и довольно таки легко.

Один пост в социальной сети, несколько сообщений, выяснение, что мы оба из Санкт-Петербурга, предложение денег за это и всё, спустя несколько ней я уже стою в морге...

Я пришёл в морг одной из городских больниц. Это был выходной. Меня встретила молодая женщина, явно увлеченная и разделяющая мои интересы.

Мы с ней успели побеседовать до начала процедуры. Выяснилось, что нам обоим нравятся похожие вещи, и это был один из тех разговоров, что идёт сам по себе. Ты не задумываешься, когда участвуешь в такой беседе. В такие моменты беседа напоминает ручей - она может отклоняться, разветвляться, делать крутой поворот, но никогда не заканчиваться и продолжать идти сама по себе.

Наконец нас оповестили, что пора приступить к работе. Она с профессионализмом, а я в предвкушении, начал смотреть за процедурой.

Она, неспеша препарировала труп, а я продолжал наблюдать и периодически доставал свой блокнот, чтобы сделать пометки о которых мне бы совсем не хотелось забыть.

И в какой-то момент она обернулась ко мне в окровавленных перчатках с предложением попробовать самому...

В тот момент я оказался перед выбором, как когда-то в своё время, когда стоял перед голой любимой женщиной, что хотела, чтобы я ублажил её, но я дал ей обещание не прикасаться к её телу, пока мы не будем в браке.

Тогда я смог сдержаться. Тогда я смог остановить зверя.

И если бы патологоанатом предложила бы мне самому в самом начале, пока зверь внутри меня не успел насытиться, то я бы легко отказался.

Но не в тот момент...

Я не смог отказаться...

К сожалению...

Поэтому сегодня я впервые узнал вкус крови.



Глава 2. 17.05.2023


Сегодняшний день начался довольно обыденно для меня - я собрался на работу, принял душ, выпил кофе и чуть раньше, чем обычно вышел на остановку в ожидании автобуса.

Но меня не покидала мысль "Что будет, когда я убью? Что я почувствую?"

Я довольно сильно задумался и ушёл в свои мысли, совершенно не обратив внимания, как ко мне на остановке присоединились женщина с девочкой лет четырёх.

Собственно мама девочки меня и вытащила из небытия задумчивости, поинтересовавшись, не проходил ли недавно автобус.

Покинув мысли, я обратил внимание на девочку. Веселая и настоящая, именно то, что я и люблю в детях. Я видел, что я её заинтересовал так же, и тогда решил легонько ткнуть её пальцем в бок.

Она не испугалась - молодец - а начала игру.

Мы тыкали друг друга пальцами в живот и в бок. Совсем слегка, не ради боли, а ради игры и смеха. Девочка смеялась, как и я. Ей нравилось играться с дядькой, что совсем, как ребёнок, дядькой, что настоящий.

Вдоволь насмеявшись и наигравшись, мне нужно было уже уезжать, ведь прибыл автобус на работу. Я дал девочке шоколадку, как подарок от веселого дядьки. Шоколадка всегда у меня при себе на такие случаи, да сел в автобус.

Я ждал - ждал, когда рабочий день подойдёт к концу, чтобы свершить задуманное. Я не знал, как это будет, и кто будет моей жертвой, но я знал, что этому быть, и пути назад уже нет.

Когда вечером, я стоял во тьме, и в тиши осеннего позднего вечера Питера, спрятавшись за деревом около одинокой тропы, что пересекала одинокий пустырь, сердце колотилось.

От страха? Нет. Совсем нет. От предвкушения того, что скоро случится.

Наконец я заслышал шаги. Кто-то шёл.

Если бы это был ребёнок, то я не сделал бы этого, и возможно даже и не стал бы убийцей.

Но нет. Это была молодая девушка.

На самом деле, мне повезло, что я не родился в прошлом веке, ведь тогда бы у меня не было преимущества в виде наушников у жертвы, а так, я мог шуметь практически спокойно, и она никак даже и не заметила бы меня.

Девушка прошла чуть дальше места, где я прятался, тогда я вышел из укрытия...

Какое же это приятное чувство, запустить нож в живую человеческую плоть. Сколько раз я это представлял, когда держал нож в руке ни как обычно, лезвием вверх, а лезвием вниз, что погружаю клинок ножа в плоть.

Я сразу же вернулся обратно, в своё укрытие и наблюдал.

Я наблюдал за тем, как кровь хлещет из сонной артерии. Я наблюдал за тем, как она корчится от боли. Я наблюдал за тем, как она умирает.

Испытал ли я наслаждение от её страданий? Нет.

Мне было любопытно - что я почувствую после того, как убью человека. А я почувствовал наслаждение. Истинное наслаждение. Но не от страданий жертвы, а от удовлетворения своей цели и любопытства.

Мне очень жаль, что эта молодая девушка стала моей первой жертвой, что ей не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Ей бы жить да жить, в счастье с любимым мужем и детьми, но её путь в этом мире уже окончен.

Я оборвал его.

И я искренне прошу прощения перед душой девушки за то, что оборвал её жизнь и её путь.

Но так было нужно.



Глава 3. 06.06.2023


Я так и знал, что именно к этому всё и придёт. Если в морге, самостоятельно препарировав труп, я познал, какие звуки издаёт человеческое тело, какие запахи разносятся, когда из тела вытекает кровь, и иные запахи.

Только, познав всё это, мне стало мало.

Дальше мне стало любопытно, а как умирает человек, какие звуки он издаёт, бьётся ли его тело в конвульсиях и кричит ли человек, когда он умирает, а может быть и плачет.

И я это так же узнал, использовав, молодую девушку.

А теперь мне стало интересно всё, а что чувствует человек, когда он погибает другими способами, или получает иные увечья.

Я понимаю, что это уже от обычного интереса к передаче естественных звуков, запахов и эмоций для книг переросло в мою гиперфиксацию. Человеческое тело, а точнее человеческая психика на грани, перед смертью и во время смерти стали моим объектом исследования, и я ничего не могу с собой поделать.

Поэтому сегодня я сжёг человека заживо.

Конечно, для будущих исследовательских экспериментов мне потребуется какое-то помещение, где я мог бы проводить свои опыты.

Но пока что этого не требуют обстоятельства. Пока что мне было достаточно пожилого мужчины вновь встреченного на безлюдной тропе - я так понимаю, он срезал путь после работы.

Я оглушил его ударом арматуры сзади. Ударил так, чтобы не убить его сразу, а лишь оглушить. Дальше связал и отвёз его в багажнике до места.

Эх, какое же красивое и безлюдное место я выбрал. Давно заброшенный и никому не интересный частично заболоченный пруд в глубинке Ленинградской области. Это были непроходимые дебри, поэтому я был уверен, что нас никто не услышит и не увидит.

Я вытащил его из багажника машины. Развязал. Облил бензином и бросил спичку, пока он ещё был без сознания.

Вначале было тихо.

Вместе с распространением огня по его телу, вместе с углублением пламени в его плоть, он очнулся с криками агонии.

Тут же он подскочил и с дикими глазами, весь в огне начал смотреть по сторонам. Заметив пруд, побежал к нему.

Только он совершенно не учёл того, что я окажусь на его дороге.

Вновь.

Один точный и сильный удар по ногам и он рухнул на землю, теперь уже заверещав от боли в ногах помимо боли по всему телу от огня. Он пытался ползти. Он пытался спастись, как только мог. Но с переломленными ногами это было совершенно для него невозможно.

Поэтому за пару метров он остановился - его тело остановилось, продолжая полыхать и всё больше обугливаться.

От горящего пламени исходил столь чудесный треск, будто от костра в летнем лагере. Что поделать, люблю я пламя. Это единственная вещь в этом мире, что может поглотить меня полностью.



Глава 4. 07.02.2026


Сжигание человека заживо было лишь первым пунктом в моём списке.

За всё это время, например, я, успел утопить человека и видел, как он уходит ко дну до последнего цепляясь за свою жизнь.

Другому я перерезал горло и наблюдал, как он держится за горло, пытаясь остановить кровотечение и как рыба хватает воздух.

На самом деле было много чего, и я не вижу смысла перечислять это, тем более уж самому себе. Главное записал себе на подкорку и в блокнот, что человек плачет, если ему по очереди отрубать по фаланге пальцев. А со временем, когда он привыкает к мучениям и боли от разрубания плоти и последующего прижигания горелкой, он совершенно перестаёт реагировать на боль.

Садист ли я? Совсем нет. Я не наслаждаюсь человеческой болью. Я лишь изучаю более глубинно человеческую психику, чем это делал Фрейд или Юнг. Они изучали психику слишком поверхностно, и я всегда был уверен, что в психиатрии и психологии не хватает знаний о человеческой боли и человеческой агонии.

Изучив человеческую психику, я смогу написать свой труд, и пускай, и даже вероятнее всего он будет или из тюремной камеры или из палаты психиатрической больницы. Зато я гораздо полнее смогу раскрыть суть человека и его страхов. Гораздо полнее и естественнее описать человеческие страдания и человеческую боль.

И заявлю о себе, хотя уже более чем заявил. Да с удовольствием буду сотрудничать с исследователями. От нейробиологов и нейропсихологов, до психологов и психиатров. Ведь я знаю, что я уникален и обладаю уникальным нейростроением мозга.

Нарциссизм и самолюбование?

Нет.

Только констатация факта. И я знаю, что я прав и уверен. До конца замысла мне осталась всего одна деталь.



Глава 5. 14.04.2026


Последней моей жертвой стала молодая женщина. Я выбрал женщину и именно молодую, потому что она уже всё понимает в отличие молодой девочки только перешедшей порог школы, и она не ждёт смерти, как женщина в годах.

Молодая женщина, как я предполагал, показала бы максимальную эмоциональную реакцию своей психики. Ведь помимо двух вышеперечисленных вещей, выбор женщины произошёл по той причине, что они - женщины острее ощущают чувство безопасности, и в том числе по этой причине женщины так тщательно стараются выбрать себе партнёра, чтобы быть в безопасности во время родов и после в первые годы жизни ребёнка.

Вообще, я понимаю, какой головной болью я стал для полиции Санкт-Петербурга. Периодически происходят убийства. Они остаются глухарями, потому что я не оставляю следов.

Никогда.

И именно по этой причине я ещё и не был пойман. И в том числе они не могли сопоставить разных жертв, разных возрастов, в разных местах и убитых разными способами. Это буквально невозможно.

Тут нужно либо строение мозга подобное моему, либо интеллект подобный моему.

А это всё-таки огромная редкость.

Поэтому я безнаказанно продолжал дальше свои исследования, и уже, вновь поджидал необходимый объект для исследования на безлюдной тропе в темноте ночи.

Если для некоторых предыдущих исследований мне были нужны, прям совсем безлюдные места, или же, как в случае с отсечением частей тела у жертвы, было нужно место, из которого человек не сбежал бы и никто бы его не услышал - и уж тем более не увидел, то в этом случае мне ничего из этого не было нужно.

Лишь игла.

Всё произошло быстро. Я накинулся на женщину сзади.

Вначале закрыл ей рот кляпом.

Дальше повалил её на землю и уселся на нее, сверху прижав её руки своим телом.

Она пыталась вырваться и кричать, но всё было бесполезно.

В это время я достал иглу, и поднёс её к левому глазу женщины.

Жаль я не помню, какого цвета были её глаза. Увы, но я никогда не смотрю людям в глаза. Не из-за стыда или страха. Нет. Мне просто от этого некомфортно.

Женщина завертела головой. Я вцепился ей в подбородок и прекратил любые её попытки, к сопротивлению крепко сжав его.

Когда игла была в миллиметре от её глаза, мне было интересно, как будет реагировать её тело - глаз дрожал, а зрачки расширились.

Она боялась. Она испытывала животный страх. Она понимала, что будет дальше. И это случилось.

Я проткнул иглой её левый глаз.

Она попыталась закричать, но кляп не позволил ей. А по лицу потекли слёзы смешанные с кровью.

Крови и слёз стало больше, когда я проткнул ей правый глаз.

Ослепив её, я освободил её от гнёта своего тела, а сам ушёл во тьму, слушая её вопли, ведь она вытащила кляп.

Она вертелась на земле, прижав ладони к глазам, точнее к тому, что от них осталось. Она ещё не осознавала до конца, что она теперь слепа до конца жизни, но она испытывала боль.

Осознание к ней придёт позже.

Довольный своим экспериментом, я оставил её лежать на безлюдной тропинке, а сам отправился домой.

Я оставил её.

Пока что...



Глава 6. 30.04.2026


Вот за что я люблю современность и современное время, что о любом человеке, что однажды что-то оставил в сети очень легко можно узнать практически всё. Либо же купить информацию о конкретном человеке из краденой базы данных какого-нибудь банка.

А если нужна более углублённая информация, то всегда есть даркнет и ИИ.

Комбинация последних, даёт великолепные результаты, но эта комбинация мне не пригодилась, чтобы найти ослёплённую женщину.

Через несколько недель после моей с ней встречей некая журналистка Евгения, журналист периодического издания о преступности, рассказала её историю...

Назвала имя...

Очень зря.

Хотя, почему зря. У меня было её фото - его я сделал, пока она пыталась вырваться. Знание её имени просто облегчило мне поиск.

Путём нетрудных манипуляций с фото, теперь ослепшей женщины я нашёл её страницу в социальной сети. Она давно не была в сети, это и понятно.

У неё на странице другая женщина оставила комментарий под недавним фото с соболезнованиями о случившемся.

Перейдя на её страницу, я понял, что это очень хорошая её подруга.

И она засветила больницу, в которой лежал мой объект исследования.

Что так же очень зря.

Дело оставалось за малым. Покупка букета цветов и хорошей шоколадки.

Меня поначалу совсем не хотели впускать к женщине, но моя природная харизма добряка, вкусная шоколадка женщинам на посту и демонстрация букета цветов, оказались достаточными, чтобы мне поверили, что я жених ослепшей женщины.

И вот, несколько этажей спустя, и воздыханий медсестры с поста о том, как повезло несчастной, что у неё такой мужчина, как я, что не бросил её после случившегося, и я уже был в палате.

Медсестра со словами: "К вам тут жених с цветами", оставила нас одних в палате, прикрыв за собой дверь.

Женщина вопрошала: "Вадим? Вадим это ты?"

А я продолжал молчать.

Так же молча, я подарил ей цветы. Ей, кстати, очень понравился их аромат.

Но она продолжала: "Вадим! Почему ты молчишь?"

Я видел, как она не понимает, что происходит, и почему же её жених молчит.

В тот самый момент я сказал одно единственное слово: "Привет".

Её лицо сразу же изменилось. В тот самый момент времени, когда она услышала мой голос, когда она его узнала, её лицо исказилось в ужасе.

Она ожидала чего угодно, но точно не услышать голос того, кто сделал её слепой.

Истерика не заставила себя ждать. Женщина вначале начала рыдать с широко открытым ртом, периодически моргая глазами, а после просто начала кричать.

Но крики её я услышал уже, когда неспеша покидал больницу.

Я был доволен. Я получил то, что я хотел. Напоследок остался последний штрих, и мой замысел будет полностью окончен. Мои же исследования уже окончены.



Глава 7. 30.04.2026


Сегодня меня показали по телевизору. Неужели, хотя бы камеры в этой больнице работали, а то в нашей стране, особенно в бюджетном учреждении вечно что-то не работает.

Они рассказали всё. Сказали, что я издевался над женщиной, особенно, что пришёл к ней в палату. Ну, разве это издевательства? Вот, если бы, я её насиловал, унижал, пытал, да это могло бы сойти за издевательства, но я всего лишь занимался исследованиями человеческой психики.

Тем более я не испытал и грамма удовольствия от причинения боли за время своих изысканий.

На этом на сегодня я думаю всё. Завтра всё закончится.

***

Нет, всё же сегодня не всё. Нет. Нет. Меня что-то вытянуло на эмоции.

Что произошло?

Я решил провести последний вечер в своём доме, как я люблю - бутылочка красного сладкого вина, сыр с голубой плесенью, мёд, грецкие орехи и закуска из карпаччо, сыра и абрикосового джема.

И, конечно же, не наедине со своими мыслями а за одним из моих самых любимейших фильмов.

Я решил посмотреть Ла Ла Ленд.

Честное слово, лучше бы я этого не делал. Вот зачем я это сделал?

Я же знал, что это фильм достаёт давно забытые эмоции. Алкоголь делает то же самое, а вместе...

я плакал...

я плакал сегодня, вспоминая, как с любимой на шикарной съёмной квартире мы смотрели этот фильм вместе в любви и заботе. я плакал потму что всю жизнь был одинок

а всего лишь хотел любви

настоящей

чистой

искренней любви

нет. я совсем не виню судьбу или жизнь. таков мой путь. мне было не суждено встретить ту самое.

моя судьба быть непонятым доконца. таким же непонятым, каким я был в детстве, и особенно с возрастом, когда интеллект стал ещё больше, я стал ещё более непонимаем...

но я никогда не был изгоем!

ничего. ничего. скоро я постараюсь быть понятым хотя бы наукой. если нет, то я покину этот мир так и оставшись уникальным человеком, которых практически не бывает в этом мире...



Глава 8. 02.07.2026


Я уверен, что это финальная глава моего дневника превращения.

Меня поймали. Хотя, это точно нельзя назвать поимкой. Когда ко мне пришёл спецназ, я сидел одетый, с собранной сумкой в ожидании, когда меня заберут.

Всё равно, как же приятно самому быть творцом своей жизни и своей судьбы, быть умнее большинства и не ждать, когда тебя поймают.

Практически сразу, как я оказался в ИВС, ко мне пришли несколько специалистов вместе с несколькими офицерами. Они предложили мне сделку - меня признают безумным для официальных источников, от чего мне ни в коем случае нельзя в тюрьму. А на самом деле меня, поместят в лечебницу для изучения, и я не буду иметь возможности отказаться от любых исследований.

Я согласился. И даже не по той причине, что я не хотел в тюрьму, или что-то ещё. Нет. Я согласился по причине, что меня смогут изучить. Что впредь таких людей, как я смогут определять с лёгкостью и держать под надзором.

Учёные, как я и ожидал подтвердили мои собственные исследования себя. Я являюсь редким обладателем двух нейроотличий - первичной психопатии и высокофункционального аутизма.

Большинство людей с таким мозгом выходят инвалидами. Их мозг не может вечно переключаться из одного режима в другой тем, самым вызывая огромную перегрузку, агрессию и насилие. И тотальнейшую социальную дезадаптацию.

Мой случай иной - уникальное строение мозга, интеллект гораздо выше среднего и гигантские способности к осознанию собственного сознания сделали своё дело.

Так получился я. Тот, кто должен был быть инвалидом, а стал идеальным социальным хамелеоном.

И я на самом деле очень рад, что они приняли моё собственное названия для такого синдрома - аутистичная психопатия. Это большой шаг к изучению дальнейшего строения мозга и его патологий. Это показывает, что может быть нейроотличный человек уже среди нейроотличных людей.

Так же я очень рад, что это подтвердилось, в том числе и при помощи МРТ, и энцефалограммой. Оба исследования показали аномалии в префронтальной коре моего головного мозга и миндалевидном теле.

Особенно сильную аномалию они наблюдали в миндалине в моменты, когда я спокоен, и, когда меня пытались пугать или злить. По замерам, складывалось чувство, что моё миндалевидное тело из-за этого строения может переходить в разные режимы (аутичный и психопатичный), и за счёт этого выходит моё уникальное поведение.

Я знал, что я уникален, что таких людей были единицы за всё время существования, и мне не нужно было подтверждения этого.

Своими исследованиями, что зашли так далеко, но невозможно пожарить яичницу не разбив яиц, помимо изучения человека и человеческой психики, я хотел привлечь к себе внимание. Чтобы те, к кому я обращался, пока не начал исследования самостоятельно, пришли ко мне сами и изучили меня.

Я добился своего.

Теперь меня ожидает остаток жизни в больничной палате. Мне нужно проанализировать все дневники со своими исследованиями, дабы преобразовать их в научные тексты по психологии, психиатрии и нейробиологии.

Благо среда подходящая, да и трогать людей для исследований мне более не нужно. Достаточно анализа и наблюдения.

Да и не стоит забывать о теме, с которой всё началось - ужасы, благо теперь у меня множество материала для будущих произведений.



Глава 9.


Здравствуйте, уважаемые читатели. Не так давно я получила письмо, как я поначалу думала, от неизвестного, а оказалось, что это от не так давно терроризирующего Санкт-Петербург маньяка по прозвищу "Исследователь".

Он сам дал мне разрешение в письме опубликовать его содержимое. Поэтому без зазрения совести, я предоставляю вам к прочтению содержимое письма Исследователя:



"

Евгения, здравствуйте. Если вы получили это письмо, значит, я уже мёртв.

Мне, конечно, интересно, как и где это произошло - во время задержания, или в тюрьме, или быть может в психиатрической лечебнице, но речь совсем не об этом.

Мне хотелось бы предоставить вам ещё одну частичку себя, чтобы вы передали этот текст тем, кто будет заинтересован во мне, как в личности, как в объекте исследования.

Ведь никто лучше меня не знает, какова была моя жизнь, и какие события и случайности привели меня к тому, кем я стал.

Знаете, одни люди рождаются везучими, а мне повезло, что я родился. Когда я был в животе моей матери, то совсем не хотел выходить, да это и не удивительно, ведь родился большим. Поэтому во время родов мне наложили на голову щипцы, что имело свои последствия.

До пяти лет я был на учете у невролога, у меня долго не зарастал родничок, и уже тогда я пил много препаратов.

Но доктор, что принимал роды, сказал, что мой случай, один из ста, когда после наложения щипцов, ребенок в итоге остаётся нормальным.

Ну как нормальным...

Мало кто может сказать, что нормальным может быть ребёнок, который с двухлетнего возраста строит огромные идеально симметричные замки из подручных материалов, а после расставляет в них свои немногочисленные игрушки по росту и размеру.

Так же, долгое время я задерживал кал, уж сейчас, уже будучи взрослым и зрелым, я не знаю, зачем я это делал. Ведь я ходил потом грязный, и от меня воняло... однажды даже меня во дворе обрызгали освежителем воздуха другие ребята... не понимаю, зачем я это делал. Мама пыталась меня отучить от этого. Даже однажды решила запугать, когда в очередной раз я испачкал штаны, она меня грязным отвела к входу в детский приют и пригрозила, что в следующий раз заведёт меня внутрь и оставит там навсегда.

Но я её не виню, и не обижаюсь на неё за этот случай. Ей самой не сладко пришлось.

Моими родителями оказались первичный психопат - отец, и высокофункциональный аутист - мать. Я не представляю, как они смогли вообще полюбить друг друга ... нет, отец никого не любил... но факт остаётся фактом, они были вместе и после у них появился я.

Мне повезло, ко мне перешли оба их нейроотличия. Поэтому мой мозг объединил в себе и первичную психопатию и высокофункциональный аутизм. А высокий интеллект, перешедший ко мне от матери, дал осознанность, создал моральный кодекс, который запрещал причинять боль ради удовольствия. А мне ведь хотелось...

До подросткового периода, я очень много дрался, однажды разбил голову девочке камнем. А однажды поджёг кота. Ох, и досталось мне тогда от бабушек с лавки у подъезда.

Я не сожалею об этих вещах, я не чувствую вины... я ничего не чувствую...

И так было всегда. Чувство вины и эмпатия в привычном понимании, для меня неведомы. Это, конечно, огромный плюс.

Дальше в моей жизни было множество всего, и предательства со стороны друзей и особенно любимых девушек и женщин, но я считаю, что они повлияли в меньшей степени на моё строение мозга, чем на меня, как на личность, поэтому я не вижу смысла их рассказывать.

Тот, кто прочитает эти строки, и если это будет исследователь, то я буду этому несказанно рад, теперь ты знаешь, что за наследственность была у меня, и каким я был в детстве. Я знаю, что это поможет в изучении меня, ведь в наследственности и в детстве кроется множество разгадок любой личности.

Спасибо, Евгения.

"



Уважаемые читатели, это были последние слова, последний монолог Исследователя. Я уверена, что вам, так же, как и мне было интересно узнать о том, как получился такой человек, как он.

А кто не в курсе, то я расскажу - Исследователь действительно погиб.

После того, как его признали безумным и поместили в психиатрическую лечебницу среди граждан и особенно родственников жертв начались волнения.

Они требовали высшей меры - смертной казни, если бы она была в России в данный момент, а так требовали пожизненного наказания в самой строгой тюрьме страны.

Но доктора были непреклонны и не позволяли отправить Исследователя в тюрьму.

Тогда граждане взяли дело в свои руки. Они подкупили санитара из лечебницы, и отравили Исследователя одним из самых мучительных ядов из доступных - стрихнином.

Этот случай стал резонансным из-за самосуда. Даже хотели посадить причастных, что подкупили санитара, и самого санитара в том числе, но всё вышло иначе, и никто не сел за отравление Исследователя.

И недовольных не было таким решением.

На этом подходит моя история, как и подошла к концу история одного из самых необычных маньяков в истории - Исследователя.