Дневник

В Санкт-Петербурге, в Доме офицеров, в экспозиции "Непокорённый Донбасс" каждый экспонат уникален. Но есть среди них один, который для меня особенно дорог и ценен.
 Потрёпанный, местами порванный, промокший от дождей и пота, небольшой блокнот. Дневник ополченца Александра Чепишко. Всего несколько страниц рукописного текста неровным почерком.

 В Государственном музее истории Санкт-Петербурга хранится дневник Тани Савичевой, а в Доме офицеров на Литейном, в экспозиции "Непокорённый Донбасс" - дневник Александра Чепишко. Когда-то, я уверен, он тоже будет одним из документов обвинения международного трибунала.

23.08.
"....Всю ночь обстреливали город. Много убитых и раненых. Очень много. Не могу понять, почему и за что эти фашисты так зверствуют? С несколькими парнями отвозили трёхсотых в областную больницу. Сотни убитых гражданских людей, некоторых даже невозможно опознать, тяжёлые раненные. Я не понимаю за что? Что это за так называемая власть Украины, твари, которая не хочет, чтобы люди, их же граждане, жили в своих домах на своей земле. Чтобы жили вообще.
 А как защититься от арты, которая бьёт по гражданским людям...."

Тогда, в августе 2014-го, я со своими казаками Черной сотни был там же, под Луганском, на Острой могиле, позиция "Аэропорт". Возможно, в каких-то сотнях метров от Александра. И от того его дневник дорог мне вдвойне. Возможно, мы даже где-то мимоходом пересекались с Александром, когда-то в те дни разминулись с ним, встретившись глазами. И я готов под присягой подтвердить правду каждого слова из его дневника!
А вот познакомился с Александром я через несколько лет, когда сербский доброволец Деян Берич, выполняя волю родителей Александра Чепишко, передал его дневник руководителю АНО ПЦ ПВ "Ленинградский доброволец" и основателю музея Боевого братства России Герману Владимирову.

24.08.
"....22 часа 30 минут. Ездили в военкомат. Там – мужчины и женщины. Получали оружие и отправлялись на окраину города. Старшими этих маленьких групп назначались имевшие хоть какое-то понимание в военной науке (чаще вышедшие на пенсию офицеры старой закалки, ещё со времён СССР). Там строили баррикады из всего, что было рядом и защищали город практически голыми руками. Луганск фактически окружён. Писать некогда – даже ночью Димона от себя не отпускаю ни на шаг. Всегда вместе и рядом.
… военкомата, не успели отойти и 50 метров от ворот, как первый раз ощутили на себе, что такое укропская арта. Накрывали минут 15-20. Несколько снарядов прилетело на территорию военкомата, а все остальные по жилому сектору. С началом обстрела мы успели схорониться за мешками с песком возле здания.
На базе у нас спросили, что мы умеем, служили ли в армии, были в горячих точках. Описав весь свой боевой опыт, мы стали ждать распределения...."

Александр Дмитриевич Чепишко родился 29 июня 1969 года. Потомственный военный. Участник обеих чеченских войн. Кавалер Ордена Мужества. Казалось бы, долг Родине уже отдал сполна, но на Донбассе украинские фашисты убивали русских и он не смог остаться в стороне. Снова поехал добровольцем - защищать Родину.

24.08.
"...Город расстреливают из орудий. По мирному населению, где живут обычные люди. Погибших не могут достать из-под завалов неделями. Людей просто не успевают доставлять в больницы из-за нехватки машин скорой помощи. Местные собирают на улицах убитых и раненных. На окраинах города жители просто пропадают без следа. Парни говорят, что это ещё весной началось. Именно тут я осознал, что воевать придётся не с украинскими военными и не с боевиками, как в чеченскую, а с самыми настоящими животными – нациками фашистами, других слов у меня для этих ублюдков нет. Они забивают до смерти безоружных людей, пытают и издеваются.
Были случаи, когда находили тела молодых девушек, изнасилованных и порезанных, с выколотыми глазами и вспоротыми животами. Беременную девушку зверски избили и изнасиловали, а потом вспороли ей живот и убили не рождённого ребёнка. Мужиков, которых ловили нацики, пытали и ради развлечения перерезали сухожилья на лодыжках, чтобы не могли идти, но не убивали, а привозили поближе к Луганску и выбрасывали из машины. Над людьми издевались, пытали, уродовали, но не убивали и отпускали, чтобы показать, что так как будет с каждым жителем Донбасса.
По-прежнему бодаемся в районе Хрящеватого. Слышали украинскую и польскую речь.
Парни опять нашли мужика с перерезанными сухожильями на лодыжках ног. Он живой остался, его не убили, а пытали и зверски мучили, требуя у него, проживающего всю жизнь в Луганске, сознаться, что он диверсант. Потом довезли поближе к нашим позициям и выбросили. Ползи, говорят, к своим и скажи, что так будет с каждым кто не уйдёт из города! Суки, ненавижу этих скотов!!! Медики сказали, что он выживет, но станет инвалидом..."

В августе 2014-го Луганск был в оперативном полуокружении. ВСУ прорвались в Новосветловку и Хрящеватое - фактически пригород Луганска. Группировка врага насчитывала 4500-5000 штыков, защитников Луганска было всего около тысячи.

26.08.
"...Жёстко нас встретили на окраине Хрящеватого. В бинокль видел людей в чёрной форме, нацики стоят в посёлке. Из посёлка выехал танк и начал обстрел наших позиций. Никто не испугался. Идут воевать за своих погибших родных. Просто идут вперёд за свои семьи. Настоящие русские люди. Гордость, что иду рядом с ними. Никто не отступил. Аж мурашки по коже.
За этот день много 200-300х. С некоторыми знакомы всего несколько дней, но такое чувство, что потерял друзей детства.
Горько на душе и тяжело смотреть на всё это, это не война, а бойня, на которой убивают тех, кого, по сути, надо защищать. На западной и северной окраине Луганска стоят наши насмерть. Я тоже буду стоять до последнего..."

27.08.
"С утра попрощались с теми, кто погиб вчера. Снова отвезли в больницу тяжёлых 300х. Зданию больницы тоже досталось от нацистской арты. Врачи валятся с ног, но держатся.
Легко раненые после перевязки вернулись в строй."

28.08.
"Вернулись парни с секрета, говорят, что дорога на Краснодон по-прежнему перекрыта.
По дороге на Краснодон стоят обгоревшие машины. В некоторых ещё лежат обуглившиеся трупы, которые, как я понял, пытались из города выехать ещё до того, как укропы заблокировали трассу. Те, кто выезжали ночью, попали в засады.
Устал так, что с ног валюсь, а заснуть не могу. Света нет, воды нет. Есть безумное желание посмотреть в глаза тем псам, мразями и тварям, которые это делают. Посмотреть им прямо в глаза!!
Спросить – зачем и почему?..
Буду пытаться уснуть, завтра трудный день."

29.08.
"Выбили нациков из Хрящеватого и Новосветловки. Писать нет сил. Завтра-послезавтра выдвигаемся освобождать аэропорт. Там укры сконцентрировали свои основные силы."

Последнюю запись в своем дневнике Александр сделал 30-го августа...

30.08.
"...Стоим под аэропортом. Либо нацики нас, либо мы их. Силы не равны. Но мы их выдавим, а то они расхерачат больницу, куда свозят всех больных и раненых..."

31-го августа Александр Чепишко был смертельно ранен в бою за Луганский аэропорт.
На следующий день подразделениями народного ополчения Луганской Народной республики Луганский аэропорт был взят.

Самые сокровенные свои мысли мы говорим самым близким людям.
В дневник Александра Чепишко был вложен тетрадный лист - письмо отцу....

"Здравствуй, Батя!
Пишет тебе твой блудный сын Саня. Я сейчас в Луганске вместе с Димкой. Прости, что не заехал к вам и не попрощался. Я знаю, что ты сможешь меня понять. Уж ты то точно. Я не знаю, что будет со мной завтра, или послезавтра. Очень надеюсь, что это ненадолго, и мы скоро увидимся. Но если к тебе все-таки попало это письмо, значит мы не встретимся в этой жизни! Но я дождусь тебя там... И мы поговорим! Ты всегда говорил, что если тебя не будет, я буду за главного в семье! Но получается, придется тебе еще побыть за главного! Надеюсь, вы будете гордиться мной и Димкой! Мы не смогли сидеть сложа руки, и смотреть на все это дома. Вы так сами воспитали нас, что жить нужно правильно, по совести. Обьясни маме, почему так все получилось! Пусть она знает, что мы поехали защищать людей, тех кому нужна наша помощь..."

Спи спокойно, солдат! Царствия тебе Небесного и вечная Память! Ты выполнил свою задачу! Донбасс - это Россия!