Глава 6. Сын

       На следующее утро, в девять, Виктор припарковался  на стоянке  у администрации Первомайска. Вошел  в уже знакомое фойе. Уже другой сержант проверил документы.
       - Мне нужно в орган опеки, командир. 
       Полицейский  взял с тумбочки список, пробежал глазами и  назвал номер кабинета на первом этаже. Чуть позже Виктор сидел на стуле перед  средних дет миловидной женщиной.  Внимательно выслушала.
       - Так мальчик сейчас у вас?
       - У меня.
       - К сожалению, ничем помочь не могу. Он числится за детским домом. Нужно ехать туда и подавать соответствующее заявление.
       - А по другому никак?
       - Увы, нет. Так определено законом.
       - Ну что же, благодарю, - встав, покинул кабинет.
       Отъехав от администрации,  взял курс на Луганск. Через сорок минут въезжал в город. На посту ДПС остановился, спросив у   прапорщика с  полосатым жезлом, где находится детский дом. 
       - Переулок Крупской, 17, - ответил тот. И рассказал, как проехать.
       Детский дом находился недалеко от центра, в ухоженном двухэтажном здании  с примыкавшим к нему сквером. Остановившись рядом, вышел из машины, направился  к двери. В просторном холле охранник выяснил, по какому вопросу и к кому. Проверив документы,  назвал номер кабинета и пропустил через турникет.
       Чуть позже Виктор  сидел перед директором детского дома, средних  лет полной блондинкой, сообщив, с чем приехал.
       - Так Гена у вас? -  охнув, приложила к груди руку.
       - Да, не беспокойтесь. Уже третий месяц.
       - Наконец-то нашелся, - облегченно вздохнула. - Представляете, убегает  второй раз. В первый задержала полиция на автовокзале.
       - Так как насчет усыновления?
       -  Оно возможно, - кивнула.   - Предварительно нужно собрать  пакет документов и представить их на рассмотрение   органу опеки по месту нахождения  нашего детского дома.
       - То есть в Луганск?
       - Да. Назвала  адрес. - Это в городской администрации. И, обязательно, привезите нам мальчика.
       - Большое спасибо, вас понял, - встав со стула, покинул кабинет.
       Администрацию нашел быстро (расспросил прохожих)  попал на прием к ведущему специалисту - молодой, типа кукольной  «барби», девице. Снова все рассказал. Со скучающим видом выслушала.
       - Пишите заявление на имя начальника, - дала бланк и ручку. Написал. Забрала
       - А вот это вам перечень документов, которые следует подготовить и привезти нам. 
       Взяв в руки, пробежал  глазами, - у меня вопрос.
       - Слушаю, -  принялась  рассматривать маникюр на пальцах.
       -  Я пока без работы и не могу представить справку о  зарплате.
       -  Почему не трудоустроены? - перевела на него глаза
       -  Недавно вернулся из армии.
       -  Женаты?
       -  Нет. Холост. Живу с мамой.
       -  Где?
       - В Попасной.
       -  Так она же, разбита (округлила глаза).
       -  Отремонтировал родительский  дом, в нем имеется свет, балонный газ и вода. Ребенку вполне комфортно.
       - Так он еще у вас?
       - Да.
       - Немедленно верните в детский дом. Только при таком условии мы примем у вас документы. Кстати, на усыновление у нас очередь. Не факт, что ребенка отдадут вам.
       - Вот как? - закипая злостью, привстал  с места.
       - А вы как думали? - усмехнулась.  - На этом все. Покиньте кабинет
       - Ладно, - забрал перечень, и вышел, хлопнув дверью.
       Направился к начальнику, на том же этаже. Секретарша в приемной, печатавшая что-то на  компьютере, сообщила,  он в отпуске. Будет через  месяц.
       - А заместитель?
       - У него не приемный день.
       -  Когда приемный?
       - На следующей неделе.
       Выйдя из администрации, в три затяжки выкурил сигарету, сел в машину и тронулся в обратный путь.
       - Ничего (сказал сам себе). Прорвемся, бывало и хуже.
       Выехал из города, стрелка  на спидометре поползла вправо. Домой вернулся к  часу дня.
       - Ну как? - с надеждой  взглянула на него мать, когда въехав во двор, вышел из кабины.
       - Меня отдадут? -  напрягся Генка.
       - Все путем (успокоил).  Был в Луганске в органе опеке. Теперь нужно собрать документы на усыновление, список у меня есть, и представить им на рассмотрение.
       - Слава Богу, - облегченно вздохнула Оксана Николаевна, а мальчишка счастливо улыбнулся.
       Виктор же, присев на скамейку, достал смартфон и набрал Ивана, - привет. Ты  сейчас где?
       - В Стаханове, ударно тружусь.  А что?
       - Нужно посоветоваться.
       - К шести буду у себя. Заезжай.
       - Дядь Вить, а можно и я с тобой?  - спросил сидевший рядом Генка.
       - Почему нет? Конечно.
       После обеда немного отдохнул в прохладе дома, затем переоделся, надел резиновые сапоги и  приготовил все нужное для чистки колодца. В последнее время приток воды в нем стал меньше, наружу вытекал тонкий ручеек. Не иначе засорился.
Работали все трое.
       Для начала, запустив генератор, Виктор выкачал насосом  из колодца воду, и спустился по  лестнице вниз, глубина была около трех метров. Мать  подала  ведро на веревке, внутри совок. Сын вычерпывал остатки воды с песком, а они с Генкой поднимали  ведро  и опорожняли   на меже.
       Спустя час колодец был вычищен, из ключа на дне забулькала  вода.  Виктор вылез наверх, -   к утру будет полный. Разровнял принесенной Генкой лопатой  поднятый  наверх грунт и  присел  перекурить на травку.
       - Труженики вы мои, - заглянула в колодец мать. - За это нажарю вам на ужин драников со шкварками.
       - А это че? - поинтересовался Генка.
       - Такие блинчики из картошки, - выдул вверх синюю струйку Виктор. - Отец их любил. Очень вкусные.
       Забрав  орудия труда, направились по тропинке к дому.
       Там Виктор ополоснулся в душе, без четверти  шесть, прихватив  овчарку, поехали к Ивану.  Того  на месте не было, на двери висел замок. Виктор  присел на вкопанную рядом лавку, а Генка с Дозором принялись гоняться по берегу друг за другом.
       Вскоре со стороны грунтовки послышался рокот, к дому подкатил «Урал».
       - Здорово, - заглушив мотор, слез с седла Иван. Пожали друг другу руки.
       - Давно ждете?
       -  Нет. Только что приехали.
       - Ладно. Генка, давай сюда! -  обернулся к озеру.
       - Чего, дядь Вань? - подбежали с собакой.
Иван отстегнул на люльке мотоцикла фартук и достал оттуда здоровенный арбуз.   
       - Держи. Это тебе.  Угостишь дома  бабушку с дядей Витей.
       - Ух ты!  - принял на руки.
       - Тащи в машину.
       -  С рынка? - улыбнулся Виктор.
       -  Ну да. Сегодня одному азеру ремонтировал ноутбук. У него там павильон, привез с Кубани. Дал   типа премии.
       -  А себе?
       -  У него схряпал еще половину. Чистый сахар.
       -  Дядь Вить, - вернулся от машины Генка. - Можно мы с Дозором  в балку? 
       -  Валяйте, только далеко не убегайте.
       -  Так о чем хотел посоветоваться? - уселся рядом Иван, когда оба скрылись за деревьями.  Виктор подробно рассказал.
       - М-да, - нахмурился. - Там они   будут  тебя  мурыжить  до второго пришествия. И не факт, что разрешат усыновление.
       - Генку я все равно не отдам.
       - Приедут с ментами и отберут.
       - Пусть  попробуют. Замолчали.
       - Слушай, - есть одна задумка, - сказал через минуту Иван.
       - Какая? - повернул голову.
       - А давай обратимся  напрямую к Пасечнику. Должен помочь.
       - Это с какого перепугу?
       -  Ты  с четырнадцатого года  воевал за   Донбасс. Пролил кровь. Имеешь государственные награды. К тому же Путин обращаясь к губернаторам, поручил им оказываться  всяческую помощь вернувшимся с ВСО. Так что думаю, прокатит.
       -  Возможно -  чуть подумал Виктор. - Чем черт не шутит?
       - Тогда не будем  откладывать в долгий ящик. Завтра одеваем военку*, регалии и вперед.
       - Что? И ты со мной.
       -  Мы, Витя, своих в беде не бросаем. Ты что, забыл?
       -  Помню.
       - Тогда завтра к восьми заезжай ко мне и рванем.
       -  Рванем, -  загорелся Виктор.
       Из балки донесся лай овчарки, вскоре к дому подбежали друзья.
       - Во, - показал Генка завернутого в лопухе ежа. - С Дозором поймали.
       - На суп? - рассмеялся Иван.
       - Не, - хочу забрать  домой  (взглянул на Виктора).
       -  Я бы отпустил, - сказал тот. - Здесь его дом.  Все равно сбежит.
       -  Ладно, - вздохнул и отнес в кусты.
       -  Может  заедем к нам, вместе поужинаем? - предложил Виктор.
       -  Не, я пас, - повертел головой Иван. - До арбуза  азер угостил чебуреками.
       Когда вернулись   назад, Виктор сказал матери, что завтра    собирается  в Стаханов, в военкомат, нужно стать на воинский учет. Генка было  попросился с ним - отказал, -  останешься с бабушкой на хозяйстве.
       …У  горизонта всходило солнце, по пустынной  Бахмутке*  в сторону Луганска несся «Патриот». Виктор за рулем,  Иван рядом. Оба чисто выбриты, в  кепи и камуфляже. На груди награды,   начищены до блеска.

       Матушка-земля, белая берёзонька
       Для меня - Святая Русь, для других - занозонька!..

лилась из магнитолы задорная мелодия.
       - За душу берет, - взглянул на Виктора Иван.
       - Не то слово.
       Вскоре песня закончилась, возник речитатив рэпа, выключил. Стало слышно гудение асфальта под колесами.
       - Слышь, Вань, а что представляет из себя Пасечник?   Наш покойный  Захарченко был  достойный мужик. Не зря звали «батя».
       - Да как тебе сказать? Всяко лучше,  чем  гребаный Плотницкий. До майдана был в Стаханове начальником  СБУ*. Полковник. Когда в области началось восстание и провозгласили ЛНР, почти все местное начальство сбежало на Украину.  Он же    остался и перешел на сторону ополчения. Вскоре стал министром МГБ, а шесть лет назад избран главой республики.
       - И как отзывается население?
       -  Да по-разному. На всех не угодишь. Снова замолчали.
       Движение в  Луганске  было оживленным. По улицам катили автомобили, часто встречались военные грузовики с тентами  и кроссоверы с надписью на борту «Росгвардия».
       Иван показал куда ехать, вскоре припарковались  на стоянке рядом со зданием администрации главы республики. Пятиэтажным,  отделанным белым туфом, с пилястрами, идущим по периметру карнизом  и триколором на плоской крыше.
       Выйдя из автомобиля, одернули куртки и направились к  главному входу с высокими, мореного дуба  дверьми.  За ними, в фойе  встретила охрана, три спецназовца  и человек в гражданском.
       Гражданский, внимательно проверив  паспорта,  вернул, - вы к кому?
       - Нам нужен товарищ Пасечник. По важному вопросу.
       - Его сейчас нет на месте.
       - А когда будет? - спросил Иван.
       -  Того  не знаю. Он нам не докладывает.
       В это время открылась входная дверь, и вошел  тот, кто был нужен. Выше среднего роста, лет  за пятьдесят смуглый  мужчина, в темном костюме и белой рубашке с галстуком. Следом  два спортивного вида парня.
       - Леонид Иванович, - шагнул к нему Виктор.
       - Да, - остановившись, оглядел обоих.  - С фронта?
       - Точно так. Комиссованы после ранений. Хотели  бы попасть  к вам на прием.
       Посмотрел на наручные часы, - идемте.
       Вместе с ним и «спортсменами» направились в другой конец фойе, к лифту. Один  нажал кнопку, двери бесшумно раздвинулись, вошли. Нажал на панели очередную (закрылись) кабина стала бесшумно подниматься.
       На третьем этаже вышли, проследовали за главой длинным коридором с ковровой дорожкой до полированной двери с табличкой «Приемная». Внутри секретарша отвечала кому-то  по телефону, у торцевой стены на  стульях сидели  чиновничьего вида двое мужчин и женщина,  с папками в руках.
       Охранники остались там же, вслед за Пасечником вошли в кабинет. Светлый и просторный, с добротной офисной мебелью   и портретом Путина на стене.
       - Прошу, -  кивнул на стулья у приставного стола, сам  уселся за рабочий.
       - С чем пришли, ребята? (ослабил галстук).
       Виктор  кратко изложил суть проблемы,  глава задал несколько уточняющих вопросов.
       - Значит так, - чуть подумал. - Все решим. Давай номер  своего мобильника. Вынул  из подставки ручку, Виктор назвал. Записал в ежедневнике вместе с фамилией.
       - Так. Еще вопросы, или просьбы, - оглядел парней.
       - Имею вопрос, Леонид Иванович, - сказал Иван.
       - Излагай.
       - Мы с Виктором живем в Попасной, отремонтировали там дома. Есть и другие, сотни три, ютятся кто где. В прошлом году прошло сообщение вице-премьера Хуснулинна, что ее будут восстанавливать. Хотелось бы узнать, когда?
       На лице главы мелькнула тень, - повертел в пальцах ручку.
       - К сожалению пока нет финансирования из Москвы, ребята. Придется потерпеть.
       - Понятно.
       - Кстати, судя по наградам, воевали вы достойно (продолжил). На каких направлениях и кем?
       - Я на Донецком,  в штурмовой батальоне «Сомали», взводным - ответил Виктор.
       -  А я у нас, - добавил Павел. - Сначала  в казачьем полку Дремова,  затем во 2-м армейском корпусе. Механик-водитель танка.
      - Получается оба  с первых дней? - вскинул брови.
      - Выходит так, - кивнули оба.
      - Золотые вы ребята, - улыбнулся. - Побольше бы таких.
      На прощанье  пожал руки,  сказав  Виктору, - твой вопрос  буду держать на контроле.
      - А теперь давай навестим одного моего приятеля, - когда вышли из администрации, сказал Иван.  - Вместе лежали в Луганском госпитале. Заодно поедим, у него кафешка. Что-то я проголодался.
      -  Принимается.
      Минут через пять (Иван был за штурмана) остановились на Советской у многоэтажки с вывеской «Кафе -бар». Поставив  автомобиль на сигнализацию,  зашли внутрь.
      Там оказался уютный зал с  дюжиной  столов, в дальнем конце барная стойка, рядом музыкальный автомат. Направились туда.
      - Хозяин на месте? - спросил у протиравшего стаканы бармена Иван.
      - На месте.
      - Позови.
      Тот исчез  за дверью позади, вернулся  в сопровождении  чуть хромавшего  р амбала, примерно их лет. Бритоголового и с наколками на руках.
      - Ванюшка, черт! Давно не заезжал -  радостно облапил   Ивана.
      - Дел было много, Эдик, опусти. Рассмеялся.
      - И при параде, -   чуть отошел. - А это кто?  - покосился на Виктора.
 Иван представил. 
       - Ну, так чего  стоим?  Кого ждем? Айда в  мой кабинет (кивнул  на дверь за стойкой). Направились  туда.
      За дверью  был короткий коридор,  и еще две, толкнул,  ту, что справа.      
      Кабинетом оказался небольшой зальчик с угловым диваном, перед ним стол. На противоположной стене плоский  телевизор, под потолком работающий кондиционер. В углу, в кадке,  цвел жасмин.
      - Располагайтесь, - показал Эдик на диван. Уселись.
      - Когда заезжал прошлый раз  его у тебя не было, дивно пахнет, - одобрил Иван.
      - Уважаю цветы, - пробасил Эдик.
      В дверь легонько постучали, вошла молоденькая официантка с подносом.  Расставила на столе холодные закуски, в центр водрузила откупоренную бутылку «Флагмана» и боржом, к ним три  граненых стакана.
      - Так Леночка, а что у нас сегодня  из горячего? -  поинтересовался хозяин.
      -  Борщ по-киевски, грибной суп, эскалоп, люля-кебаб и сибирские пельмени.
      -  Что будете ребята? - взглянул на гостей.
      - Мне борщ  и пельмени,- чуть подумал Иван.
      - Суп,  потом люля, - добавил Виктор.
      - Хорошо, - застучала каблучками обратно.
      Взяв запотевшую бутылку, Эдик наполнил  два стакана, когда хотел третий, Виктор остановил, - я за рулем.
      - Тогда минералки, - свернув пробку, набулькал и  ему. - Ну, за встречу.
Чокнувшись выпили, принялись закусывать.
      - Ну и как идут дела? - отправил вилкой в рот шпротину Иван.
      - Грех жаловаться, - схрумкал малосольный огурчик Эдик. 
      - А в том зале считай никого, - наколол вторую.
      -  Это сейчас, а вечером  народу будь здоров.
      - Откуда?
      В городе полно военных, не заметил? Одни по ротации, другие командированные,    в гостиницах не хватает номеров. Бабки у всех имеются, ну и расслабляются по вечерам,  до комендантского часа. Мама не горюй.
      - Бузят? - прихлебнул  Виктор ледяного боржома из стакана.
      - Случается. А за что у тебя «мужик»* -  уважительно кивнул на орден.
      - За Мариуполь.
      - Брал его?
      - Да. В составе батальона «Сомали».
      -  Лихие ребята, уважаю.
      Приоткрылась дверь, возникла головка Лены, - Эдуард Петрович, горячее подавать?
      - Да. В самый раз.
      Вскоре перед каждым стояли парящие тарелки с первым и второе.
      - Эдик  вновь налил себе с Иваном водки, Виктор добавил в свой минералки.
      - Помянем всех наших, - поднял стакан хозяин.
      Выпили не чокаясь, принялись за горячее. Закончив, выкурили по сигарете,    Эдик проводил  гостей до машины.
      - Будете в Луганске, заезжайте, - приобнял на прощание обоих.
      - Добро, - похлопал по плечу Иван. - Непременно.
      - Колоритный   парень, -  сказал Виктор, когда отъехали от кафе. - А наколки у него откуда?
      - Из бывших братков*. Срок получил по малолетке.  До майдана занимался рэкетом, а когда в Донбасс зашли бандеровцы, вступил в ополчение.  Участвовал в боях за Металлист*, а потом в составе бригады «Призрак», освобождал Дебальцево.
      Затем, как и я, служил во 2-м армейском корпусе в расчете  гаубичной установки. Попали под огневой налет, осколком раздробило ногу. Отправили в Луганский госпиталь,  там   и познакомились.
      Как и мы с тобой, уволился в запас по состоянию здоровья. На боевые и расчетные купил  это самое кафе. Женился, имеет дочку.
      - Вот уж точно, пути господни неисповедимы, - покачал головой Виктор.
      В Попасной завез приятеля домой,  и порулил на свою улицу. Шел третий час дня.
      - Как съездил, сынок? - поинтересовалась Оксана Николаевна, перебиравшая за столом крыжовник, когда въехав во двор, вышел из машины.
      - Все нормально, мама.
      - Сейчас тебя покормлю. Мы с Геной уже поели.
      - Нет, спасибо, я уже перекусил.  Кстати, где он? Что-то не вижу.
      -  Бегают на улице с  Дозором.
      Войдя в дом, переоделся, вышел, и присел на скамейку рядом. В кармане шорт зазвонил смартфон.
      - Да, - вынув приложил к уху. - Ясно, завтра обязательно буду. Это из  похоронного бюро, - обернулся к матери. - Памятник установили.
      Следующим утром съездили  в Брянку на кладбище. На отцовской могиле  стоял  обелиск.  На нем фотография в керамике, ниже фамилия с инициалами, даты рождения и смерти. Мать, всплакнув, положила  на гробничку  букет чернобривцев, молча постояв, уехали.
      Этим же днем Виктору позвонили из Луганска. Приятный женский голос сообщил, что она уполномоченный по правам ребенка  в ЛНР и назначает ему  завтра в десять, встречу  у  главы администрации Первомайска.
      В назначенное время, в кабинете главы, состоялась встреча.
      Спустя еще две недели, Первомайский городской суд, на  основании заключение местного органа опеки  вынес решении  об усыновлении, а ЗАГС выдал Виктору необходимое  свидетельство.
      Дома он показал его матери, та всплакнула от радости, а потом Генке. Взяв в руки, мальчишка  внимательно прочитал и поднял кверху глаза.
      - Получается теперь я твой сын?
      - Да (улыбнулся).
      - Навсегда?
      -  Навсегда, Генка...